Чтение онлайн

— Кто приходил с тобой? — спросил отшельник.

— Друг, — ответил я.

— А как у Райли дела?

— Неплохо. Она нашла Суфир-Акиль.

— Это замечательно. Значит теперь она апологет?

— Да. Но в Апологетике она не осталась.

— Как же так? Почему?

— Говорит, что её путь ещё не окончен.

— Ох уж эта тридцать седьмая. Второй субкод не даёт ей покоя… Ну а ты, Писатель, когда пойдёшь в Апологетику?

— Уже сходил. И был достойно принят вашими бывшими коллегами.

— Я же говорил! Расскажи, как они?

— Ваш друг Эвилон передаёт Вам привет. Нибилар всё ещё возглавляет Конклав.

Потом я вкратце рассказал Водзорду о том, как познакомился с верховными апологетами, и какие впечатления у меня остались после этого знакомства. Он слушал меня с большим интересом.

— Увы, даже мудрый Нибилар не смог помочь мне выбраться из города, — печально подытожил я.

— Ну ты погоди отчаиваться, — улыбнулся он. — Не теряй надежду. К сожалению, если даже Нибилар не смог тебе помочь, то такой старый пень, как я, тем более тебе не поможет…

— Надежда — это всё, что у меня осталось. Я пришёл к Вам по иной причине.

— По какой же?

— Экрофлониксы. Как Вы к ним относитесь?

— Я люблю всех живых существ, окружающих меня. Все они достойны жить, плодиться и размножаться. Однако, экрофлониксы, такие непредсказуемые. С ними тяжело уживаться.

— Не то слово. Я смотрю, они даже Вас держат в осаде. Теперь водопой стал не самым безопасным местом в лесу.

Водзорд печально вздохнул, — вынужден признать. Мои возможности не безграничны. Нашествие экрофлониксов было неожиданным и необычайно массовым. Я могу их понять. Им лишь нужно жизненное пространство. Но при этом надо учитывать баланс и гармонию. Удобство для одних не может быть неудобством для других.

— Для нас они стали настоящим неудобством. Вы против их убийства, я понимаю. Но когда эти полчища начинают угрожать нашим жизням, тут уже не до пацифизма.

Отшельник развёл руками, — каждый имеет право защищать свою жизнь. Убийства ради спасения и пропиания — не возбраняются. Но почему вас беспокоят экрофлониксы? У вас же есть мясник.

— Больше нет.

— Куда же он делся? Ушёл?

— Понимаете… Всё так получилось… — и я признался Водзорду в том, что хотел убить Хромого, и в том, что в итоге его убила Райли. — Вы только не сердитесь на Райли, луриби Водзорд! Это не её грех. Это всецело моя вина. Только я достоин вашего порицания. И сейчас я осознаю глубину этого преступления, не переставая себя проклинать. Из-за меня началось нашествие экрофлониксов.

Водзорд долго молчал. Я не смел нарушать это молчание. Жизнь моя держалась на волоске.

— Вы совершили плохое, очень плохое дело, — произнёс он.

— Признаю, — кивнул я. — Если бы у меня была возможность всё исправить…

— Лучшее исправление ошибки — не совершать эту ошибку.

— Так-то оно так, но раз уже всё свершилось — тут ничего не попишешь. Воскресить мясника я не смогу. Вот если бы Вы подсказали мне, чем можно сдерживать экрофлониксов. Ведь Вас же они не трогают…

— Сдержать природу невозможно. Хищник всегда останется хищником, как не ублажай и не корми его. Его инстинкты всегда будут преобладать над ним, и в один прекрасный день он убьёт тебя. Не потому что злой и плохой, а потому что он — хищник. То, что ты видишь здесь — временное явление. Моё благополучие основывалось на гармонии, сложившейся в этом уголке природы. Но гармония не может быть вечной. Из-за тебя выпал необходимый элемент, противовес, компенсирующий баланс. И чаши весов дрогнули, сместившись под давлением экрофлониксов. Хочешь, чтобы я научил тебя управлять природными энергополями, чтобы отгородиться от агрессии хищников? Я не буду этого делать. Не из вредности. По другим причинам. Во-первых, это сложно и очень долго. Даже если у тебя есть предрасположенность к этому, ты не успеешь освоить мою науку за короткий промежуток времени. Во-вторых, даже если ты её освоишь, и сровняешься со мной в этом мастерстве, экрофлониксы рано или поздно пробьют твою защиту. Как и мою пробьют когда-нибудь…

— И что же мне делать?

— Ничего. Я бы на вашем месте начал искать себе новое пристанище. Зимой экрофлониксы станут ещё наглее и опаснее.

Разговор зашёл в тупик. Полное фиаско. Мы сидели молча. Водзорд о чём-то думал.

— Скажи, Писатель, — вдруг спросил он. — А за что ты ненавидел мясника? Ведь ты решил убить его не просто так, ради развлечения?

— Я его очень боялся. Считал злым и опасным.

— А сейчас бы как к нему относился?

— Думаю, точно так же. Но уже точно не стал бы его убивать. Лучше мясник, чем экрофлониксы.

— Вот в этом твоя проблема. Поэтому ты будешь и дальше совершать подобные ошибки. Ведь ты можешь только видеть. А понимать не умеешь…

— Так научите меня, луриби, — приподнялся я из-за стола.

— Научить чему?

— Научите меня понимать мясников. Вы правы — я относился и отношусь к ним предвзято. Для меня это страшные чудовища, которых невозможно полюбить. Можно только бояться и ненавидеть. Но я верю в то, что это неправда. Что они не заслуживают подобного отношения. Расскажите мне про них. Позвольте искупить свою вину перед убитым мясником.

— Ты правда этого хочешь? — удивился Водзорд.

— Всем сердцем.

— А не забоишься?

— Постараюсь.

— Тогда я тебе не буду про них рассказывать. Вместо этого, я тебе их покажу.

Предложение было неожиданным. Я боялся идти, смотреть на мясников. Но деваться было уже некуда. Да и способ оттянуть время, и попробовать склонить Водзорда на оказание помощи, был очень даже подходящий. Если мне удастся посильнее втереться к нему в доверие, то он может 'размякнуть'. Об этом я тогда думал.

Возвращаться в лес, полный хищников очень не хотелось. Я заметно ёжился.

— Не бойся, — заметил это Водзорд. — Держись поближе ко мне и тебя никто не тронет.

Обойдя избушку, мы отправились дальше, в самую гущу леса. Экрофлониксы последовали за нами.

— Вот приставучие, — произнёс лесник.

— Не то слово.

— Не обращай на них внимания. Они отвяжутся.

— Послушайте, луриби. Помнится, у Вас был ручной неоконис.

— Да. Был.

— Что с ним стало?

— Однажды пошёл к озеру, попить воды, и не вернулся. Экрофлониксы его задрали. Я отвлёкся и не успел его защитить. Старенький он уже был. Но всё равно жалко.