Чтение онлайн

Однако, я, завершения этого героического рейда, не дождался, так как срочно был вызван в Японию. Где и узнал о том, что правительства Германии и Италии наградили меня своими государственными наградами. Немцы вручили мне аж две своих награды. Первая - Рыцарский крест Железного креста с Дубовыми Листьями и Мечами. И вторая - Большой крест Ордена Заслуг германского орла. Один мой знакомый по той еще жизни в двадцать первом веке был коллекционером вот таких вот германских висюлек. Он как раз мечтал о вот таком вот Рыцарском кресте. Жаль, что теперь нельзя его обрадовать и задарить ему эту гадость. Носить эту пакость я все равно не собирался. Ну не люблю я немецких фашистов с их бесноватым Адольфом. По мне, так надо загнать всю нацистскую кодлу во главе с Гитлером на какой-нибудь ржавый транспортный корабль-гавновоз, который стоит затем вывести в район Марианской впадины и после чего расстрелять его главным калибром нашего сверхдредноута "Ямато".

Итальянцы так же вручили мне всего один Большой крест Ордена Короны Италии. Пожмотились макаронники! Немчура вон две висюльки отвалила, а эти жмоты только одну. И прием меня в их посольстве ждал довольно скромный. Немцы хотя бы фуршет устроили, а эти любители пиццы только руку пожали и выставили за дверь. А все туда же, рвутся Великую империю строить крохоборы!

Правда, наш император тоже решил не отставать от своих зарубежных коллег и лично вручил мне Высший орден Хризантемы с большой лентой. Это был самая высшая награда Японской империи. И к тому же самая редкая. Пока за всю историю Японии ее получили лишь пять человек. Я был шестым. Хотя, кроме этой и немецко-итальянских государственных наград у меня были еще и другие, полученные настоящим Исороку Ямамото еще до моего вселения. И так, у меня были: Орден Цветов Павловнии, Орден Священного сокровища 1-го класса, Ордена золотого коршуна 1-й и 2-й степени, Орден Заслуг Японского Красного креста, Орден Благодатных облаков 1-й степени. В принципе не так уж и много, в сравнении с европейскими и американскими генералами и адмиралами. Вообще, в Японской империи к наградам было особое отношение. Ими, в основном, награждали либо высших офицеров, либо крупных чиновников. Японским военнослужащим низших рангов ордена вручались довольно редко. Считалось, что они и так должны совершать подвиги, ведь их долг в служении императору. Хотя, их конечно же поощряли другими методами. На флоте, например, рядовому и унтер-офицерскому составу вручались специальные грамоты, чайные чашки с дарственными надписями, небольшие наградные вымпелы. В особых случаях вручали именные самурайские кинжалы. Офицерам флота низшего и среднего звена вручалось именное оружие или самурайские мечи с гравировкой. В японских вооруженных силах не было такой тяги к медалям и орденам, как это было в европейских армиях. У военнослужащих Японской империи боевой дух и так был выше некуда.

Я, кстати, тоже относился ко всем этим наградам, как к несерьезным висюлькам. Ну какой из меня герой. Ничего такого героического я не делал. И вообще, я считаю, что давать ордена надо только подчиненным, а не их командирам. Именно простые летчики, солдаты, моряки, унтер-офицеры и офицеры низшего звена заслуживают быть награжденными, а не генералы, адмиралы и прочие фельдмаршалы. Генерал просто рисует стрелочки на карте и ждет исполнения своих не всегда гениальных приказов. Отдуваются то за это его подчиненные. Именно они платят своей кровью за каждую точку на генеральской карте, за каждую стрелочку, нарисованную старательными штабными офицерами. Однако, в большинстве случаев, все почести и награды почему-то получают генералы. На мой взгляд такой подход не справедлив. Поэтому я не могу смотреть без смеха на увешенных с ног до головы различными наградами высших военных деятелей. Японцы то еще были довольно скромные в этом плане. А вот генералы и адмиралы европейских держав, увешанные разнообразными висюльками смотрелись откровенно смешно и глупо. Картонные герои, мля! Поэтому сам я редко надевал все свои награды. Да и парадный мундир старался одевать как можно реже.

Глава 38.

Второй лейтенант Конфедерации Южных Штатов Америки (КЮША) Томас Бьюкенен Макгуайр вел свой истребитель Р-51 "Мустанг" над окраинами Атланты. Рядом рассекали воздух еще три "Мустанга" южан. И сейчас у них была очень важная миссия. Они летели на перехват группы бомбардировщиков северян, которая двигалась прямо к Атланте. Летом 1942 года военно-воздушные силы США возобновили налеты своих бомбардировщиков на мирные города, контролируемые Конфедерацией. Видимо, постоянные военные неудачи американской армии в действиях против мятежных штатов побудили администрацию Трумэна возобновить бомбардировки мятежных городов.

Теперь, правда, верхушка США подготовилась гораздо лучше. На протяжении нескольких месяцев на граждан Соединенных Штатов обрушился мутный вал антиконфедератской пропаганды. Все американские газеты и радиостанции, контролируемые правительством США, обвиняли мятежников во всех смертных грехах. У американского народа создавали отвратительный образ врага, затаившегося на юге США. Поэтому, когда наконец начались новые бомбардировки городов Юга, то "прогрессивная общественность" не стала возмущаться по этому поводу. Теперь редкие голоса правозащитников, призывающие к миру и согласию с мятежниками, были практически не слышны в реве военной истерии. Все права человека были моментально забыты, а жители Южных Штатов получили статус врагов американского народа. Южане так же не лучились миролюбием после возобновившихся варварских бомбардировок их городов. Американская нация окончательно раскололась на два лагеря. Обратной дороги назад не было. Теперь все решала только военная сила. Обе стороны были полны решимости браться до конца.

К сожалению, у южан было не так много самолетов, как у их противников. Поэтому, бомберам северян довольно часто удавалось прорваться и сбросить свой смертоносный груз как на военные заводы, так и на жилые кварталы мирных городов. Кстати, такая тактика была придумана отнюдь не стратегами США. Ее уже почти три года с успехом применяли Англичане, разрушая своими тяжелыми стратегическими бомбардировщиками немецкие города. Они так же не только разрушали промышленность Германии, но и убивали гражданских людей. Английские бомбы не разбирали кого убивают - детей, женщин, стариков. Это был настоящий конвейер смерти. И такой цивилизованный геноцид творили не кровавые маньяки, а вполне трезвомыслящие джентльмены. Свою чудовищную жестокость они объясняли тем, что вместе с военными заводами уничтожается и рабочая сила Германии. Ну а убитые дети - это просто сопутствующие потери. Американская 8-я воздушная армия, дислоцированная в Англии, тоже участвовала в таких налетах на Германию. Так что практика у них была хорошая.

И вот теперь тактику, отработанную на немцах, решили применить против мятежных штатов. И она стала приносить плоды. И без этого довольно скромный промышленный потенциал Юга начал стремительно сокращаться. Авиация мятежников пыталась этому помешать, но пока у них это плохо получалось. ВВС Конфедерации несли тяжелые потери в самолетах и людях. Так за два месяца боев от эскадрильи, в которой служил второй лейтенант Макгуайр, осталось всего четыре пригодных к бою истребителя Р-51 и восемь пилотов. Хотя, среди летчиков ходили упорные слухи, что скоро они получать новые истребители. Вроде бы, Конфедерации удалось наладить выпуск истребителей Р-51 "Мустанг" на техасском авиазаводе фирмы "Норт Америкэн" в Далласе. А в городе Форт-Уорт для ВВС Юга уже начали изготавливать двухмоторные средние бомбардировщики Б-25 "Митчелл". Но пока в эскадрилье самолетов было меньше чем пилотов.

– Еще год назад я даже не мог себе представить, что буду драться на смерть против американских "Летающих крепостей"!
– возникла в голове Макгуайра внезапная мысль.
– И никто не мог помыслить о том, что произойдет. Все казалось таким стабильным. Война шла где-то далеко за океаном и нас это никак не касалось.

Молодой пилот Конфедерации начал размышлять о том, почему же его жизнь так кардинально изменилась? Родился наш герой 1 августа 1920 года в городе Риджвуд, штат Нью-Джерси. В конце 1920-х годов с матерью переехал в город Сербинг, штат Флорида, где окончил в 1938 году школу. Затем он поступил в Технологический институт Джорджии, где стал членом братства "Бета Тета Пи". После третьего курса Томас ушел на службу в Армию США и 12 июля 1941 года окончил лётную кадетскую программу. Когда на Юге вспыхнуло восстание, Томас еще не был настоящим военным летчиком. Он только был курсантом в летной школе города Корсикана, штат Техас. Сначала он не хотел во всем этом участвовать, утешая себя тем, что это не его война. Однако, когда ВВС США нанесли ряд авиаударов по городам Юга, убив много мирных жителей, то Томас просто не смог больше оставаться в стороне. Его с детства учили, что долг военного человека состоит в защите его страны и народа от врагов. Разбомбив мирные американские города, правительство США в его глазах превратилось во врага. Он пришел на вербовочный пункт и записался в армию Конфедерации. Узнав, что он является практически готовым военным летчиком, ему практически сразу же предложили службу в военно-воздушных силах вновь образованного государства Южных Штатов. Пилотов у Конфедерации было мало.

Поэтому, очень скоро Томас Бьюкенен Макгуайр стал вторым лейтенантом ВВС Кофедерации и был назначен в 3-ю истребительную эскадрилью 1-го воздушного флота КЮША. Эскадрилью возглавил капитан Дэвид Маккэмпбелл, бывший до восстания морским летчиком ВМС США. Он быстро взял в оборот молодого пилота, обучая его премудростям воздушного боя. И во многом благодаря своему командиру Томас Макгуайр смог выжить в первых боях. А смертность среди пилотов Конфедерации была довольно большой. Но Томасу везло. Два раза его сбивали, но оба раза он умудрялся не получить при этом ни одной царапины. Правда, механики его шутливо ругали за то, что он не бережет свои самолеты в бою. Ведь тот "Мустанг", что он сейчас пилотировал, был уже третьим его самолетом. Он был из той партии из семидесяти машин, что фирма "Норт Америкэн" изготовила для Великобритании. Правда, к англичанам эти самолеты не попали, а достались конфедератам, которые их конфисковали и передали в свои авиачасти. За его феноменальную выживаемость Тома прозвали Счастливчиком. Теперь это был его новый позывной, которым он гордился. Как гордился и своими тремя воздушными победами. За два месяца боев он сбил два Р-40 "Томагавк" и один В-24 "Либерейтор" северян. Теперь он считался опытным летчиком, на которого с уважением смотрели новички, приходившие на пополнение их эскадрильи. Опытных пилотов у конфедератов было мало, а те что прибывали взамен погибших и выбывших из строя по ранению, были совсем зелеными пацанами, которые гибли в первых же боях. На их фоне двадцати двухлетний Макгуайр чувствовал себя старым ветераном.

– Внимание, красная эскадрилья, впереди противник!
– вырвал его из воспоминаний голос капитана Дэвида Маккэмпбелла.
– На два часа!

– Сэр, мне кажется или их там чертовски много?
– пробормотал Томас, так же заметивший самолеты противника.
– Нам явно не помешала бы помощь.

– Счастливчик, отставить панику! Мы справимся! Нам ведь не надо их всех сбивать. Нужно только заставить их сбросить бомбы в поле и повернуть назад! Всем красным, следовать за мной! Если мы их не остановим, то эти гады сбросят свой груз на город! Думайте о женщинах и детях, которые при этом пострадают! Моя пара берет на себя истребители, а Счастливчик и его ведомый займутся бомбардировщиками!
– произнес капитан Маккэмпбелл, направляя свой "Мустанг" к плотному строю вражеских четырехмоторных бомбардировщиков.