Чтение онлайн

— И впрямь любопытно! — старательно изобразил улыбку юноша одеревеневшими вдруг губами.

«Купец из Малаша! — тревожно забилось у него в груди. — И как же я раньше не додумался! Кто же еще, если не Реми, мог послать тебе весточку, Насмешница?»

Проклиная свою глупость, поспешил он следом за стражей. В ближайшем безлюдном переулке, стараясь не замечать ледяного ветра, плащ дорожный без сожалений бросил, лицо закрыл маской. И к оцеплению, что обнаружилось в конце следующей улицы, уже не беззаботным юнцом столичным подошел, но таинственным Белым Мастером во всем надменном и жестоком его величии.

Держащие оцепление доблестные стражи, узрев его, явно опешили.

— Что за… Куда лезешь! — преграждая путь, на всякий случай взревел один из них.

Огнезор лишь презрительно скользнул по нахалу взглядом, небрежно замахнулся и ударил белой перчаткой его по лицу. А откуда-то из-за спин уже мчалась, летела всполошенная черная фигура. Выскочила между мастером и вконец разъяренным стражем, прошипела последнему что-то испуганно и злобно, затем поспешно опустилась на колени.

— Господин Белый Мастер! Молю о прощении за сей ужасный инцидент!

— Неужто вся городская стража Эн-Амареша столь невежественна и непочтительна? — вливая в свои слова как можно больше царственного негодования, проговорил Огнезор.

— Виновные будут наказаны, — еще ниже склонился темный, бойцы же за его спиной, услышав такое, и вовсе поникли испуганно.

— Рад это слышать, старший подмастерье, — ничуть не смягчившись, проговорил юноша. — Хотелось бы знать также, с каких это пор городская охрана вовлекается в дела Гильдии и кто за это ответственен?

— Н-не знаю, — совсем растерялся несчастный. — Как мастера столичные велели, так и сделано…

— Стражу вернуть к их прямым обязанностям, чтоб и духу здесь не было! Беспорядков на улицах нам еще не хватало! Меня же проведи немедленно к месту событий, — распорядился Огнезор тоном, и вовсе не терпящим возражений, так что если до сих пор и были у подмастерья насчет его полномочий какие-то сомнения, то теперь уж точно исчезли.

— Желаешь лично за всем проследить? — торопливо поднявшись с колен, спросил темный.

— Разве я обязан давать объяснения? — высокомерно воззрился на него Огнезор.

Старший подмастерье от слов этих и взгляда сразу сжался, будто и его, как беднягу-стража, по лицу хлестнули. Зато вопросы задавать не стал больше — молча потрусил впереди, сыпля распоряжениями и в рядах усердной охраны прокладывая дорогу, пока не вывел Белого Мастера к внушительному двухэтажному зданию. У порога еще раз почтительно поклонился и юркнул за чужие спины, торопливо и с облегчением.

На пару секунд Огнезор замер у тяжелой, чуть приоткрытой деревянной двери, бессмысленно застыв глазами на нелепой резной ручке, сжимая-разжимая кулаки в бессильной попытке унять дрожь в пальцах. Наконец, пересилив себя, он вошел, уже зная, что увидит внутри…

— Приветствую тебя, Огнезор, Белый Мастер! Какая чудесная встреча! — гулко разнесся по залу знакомый ненавистный голос, ядовитым злорадством задребезжал по стенам и окнам, ударился в высокий потолок и вернулся к своему владельцу — мастеру Темнослову собственной персоной.

Одним долгим, отчаянным взглядом вобрал в себя юноша темную его уродливую фигуру, примостившихся в сторонке черных помощников, сжавшегося в углу дрожащего Реми. А еще — бледное девичье лицо: растерянное, ошеломленное, неверящее. На миг он встретился с ней глазами, но тут же отвернулся.

Еще жива! Страх схлестнулся в нем с безумным каким-то азартом. Жива! Значит, что-то понял о них старый мастер! Значит, все-таки началась игра, и назад нет больше хода…

— Что за переполох ты учинил здесь, Темнослов? — стараясь больше не смотреть на Лаю, не видеть ее лица, проговорил Огнезор лениво, с хорошо отмеренной дозой презрения. — Город растревожен, вся местная Гильдия на ногах… Не находишь, что это уже слишком? Или мне напомнить еще раз о скромных твоих полномочиях?

— Самоуверен и нахален, как всегда! — бросил Темнослов с мрачным удовлетворением. Притянул девушку к себе, обнял ее почти любовно, холодным кинжальным лезвием, разрезав легкую ткань рубашки, заскользил по белой коже — от скрученных черным поясом кистей рук до часто бьющейся жилки на шее.

— Таков уж Огнезор, — прошипел он ей в самое ухо. — Не правда ли, малышка, он восхитителен? За это мы его и любим…

Лая дернулась, не в силах сдержать отвращения, но быстро совладала с собой: глянула уверенно, почти невозмутимо.

— Не знаю. Я этого человека вижу впервые.

«А ведь это правда!» — подумалось юноше с неожиданной иронией.

— Прости, малышка, но ты врешь, — оскалился Темнослов. — Ведь врет же, Огнезор? Мы-то понимаем…

Лезвие побежало обратно, прижалось чуть сильнее, оставляя на Лаином плече тонкий красный след, замерло у края рукава.

— Знакомая у тебя здесь вышивка, малышка, — подхватывая разрезанный кусок ткани, хихикнул Темнослов. — Глянь-ка, Огнезор, совсем как твоя. И имя твое. Ранг вот, правда, новый не указан… Ох и удивил ты меня, Белый Мастер! Видел я, что дело здесь нечисто. Думал, может, на самолюбии уязвленном попадешься, охотничьем азарте… Но чтобы на десятой статье! Это уж как-то слишком даже!

«Просил же я их спороть», — глянул Огнезор на Лаю с болью и безмолвным укором.

«Прости», — в беззвучном понимании шевельнулись ее губы, затем сложились торопливо в хамоватую ухмылку и выдохнули прямо в черную Темнословову личину:

— Не пойму, о чем толкуешь, господин мастер. Я же воровка! Понравилась одежка — вот и прихватила! А чья она — мне нет до того дела. Да и приятелю твоему, похоже, все равно…

— А это мы сейчас проверим, — прошипел Темнослов уже со злостью. — Твой ход, Огнезор. Или тебе и впрямь наплевать?

— Ты убьешь ее, что бы я ни сделал. Так чего тянуть? Давай!

Последние слова продрались сквозь него, оставляя след из животного страха и ярости, но он все же заставил их сорваться с языка, завершив холодно-язвительной усмешкой.