Чтение онлайн

— Ну а ты? Неужели согласился?

— Ни в коем случае. Я повел себя так, словно моя семья для меня ничего не значит, и сделал вид, что мне наплевать на все ее угрозы, хотя в душе молился, чтобы с ними ничего не случилось. В целом я провел в Кэрн-Туле около двадцати лет. Так ей и не удалось добиться моего согласия, несмотря на многократные попытки.

— Как же ты вырвался?

— По слухам, некоторым удавалось бежать. Следовательно, для этого существовали те или иные возможности. И одну из них я нашел. Как-то Дейрдре призвала меня в свои покои и принялась соблазнять лечь с ней в постель. Это был мой шанс. Убедившись, что я согласен, Дейрдре не воспользовалась помощью вирранов для охраны и конвоя и использовала простых слуг. Сбежать от них на свободу не составило никакого труда.

— И она не бросилась в погоню? — спросила Риган, широко открыв глаза от удивления.

— Сама она не покидала тогда своих гор, поэтому послала других. У меня хватило сил убежать.

— А твоя семья?

— Они думают, что меня уже нет в живых. — Риган видела, что последние слова доставляют ему нестерпимую боль. — Оказавшись на свободе, я как-то заглянул посмотреть на них издалека, конечно, не показываясь на глаза. Риск был слишком велик: Дейрдре могло прийти в голову убить их при мне просто из чувства мести. К счастью, этого не случилось.

— То есть ты даже не смог коротко переговорить с ними? Я имею в виду твою семью, конечно.

— Я не осмелился, — покачал головой Гэлен. — Кроме того, возникло бы много вопросов, на которые я не нашел бы ответа.

— Прости, Гэлен. У меня нет никаких мыслей на этот счет.

Он пожал плечами в ответ:

— Это было давно.

Слишком давно. Но тем не менее это продолжало терзать его память.

Риган была ошеломлена историей, рассказанной Гэленом. Она ощущала почти физическую боль в сердце, как за самого Гэлена, так и за его потерянную семью. Осознание того, что кто-нибудь, обладающий такой же силой и властью, как Дейрдре, может схватить любого и освободить древнего бога, спящего внутри, леденило кровь.

Она искоса посмотрела на Гэлена. Оставаясь в сидячем положении, он внимательно изучал местность вокруг.

— Расскажешь мне про Воителей? Я слышала про них немало, но где правда, а где досужие вымыслы? Утром на озере ты был весь изранен, а теперь от ран и следа не осталось.

— Да, Риган, наши раны быстро заживают. Мы же бессмертны.

Риган прожевала остатки оленины и протянула руку за бурдюком с водой.

— Итак, ты вообще не можешь умереть?

— Могу. Но только если голова и тело будут разделены. Больше — никак.

Риган не смогла представить, чтобы у кого-нибудь хватило бы сил проделать такое с Воителем: слишком уж они были могучи и подвижны. Слишком… смертоносны.

— По-моему, никто и рядом с тобой не успеет появиться, прежде чем решится на такое безрассудство.

— Желал бы я, чтобы ты была права, однако наши сражения с Дейрдре пока не кончены. Из этого следует, что схватки Воителей с вирранами случатся еще не раз.

— Это правда, что у тебя есть особая сила?

— Такая особая сила есть у каждого Воителя. Это сила их богов. Кстати, они предпочитают разные цвета.

— То есть поэтому ты зеленый, а Логан — серебристый?

— Точно. Мой бог, Айсволд, по своей сути обманщик, хитрец и ловкач. У каждого Воителя свой цвет в запасе. Кроме того — когти, клыки и обостренные чувства. Ну и своя особая сила, свойственная только ему.

Риган облизнула сухие губы: каждый ответ Гэлена порождал новые вопросы.

— Например?

— Например, Фэллон может в мгновение ока перемещаться в любое место. Средний брат предводителя Маклауда, Лукан, способен управлять тенью и мраком. Младший умеет разговаривать с животными.

— Все это находится за гранью моего понимания. А вы, чем особенным владеете вы — ты и Логан?

— Бог Логана дает ему способность управлять всем текучим. Ну, жидкостями, ты понимаешь? Простой силой мысли он может разделить озеро на две части.

— Ну а ты? — продолжала Риган, поскольку Гэлен надолго замолчал.

— У некоторых Воителей есть сила, которую, — тут он замялся, — которую можно использовать для личной выгоды.

— Гэлен, что это за сила?

Он тяжело вздохнул и ответил с явной неохотой:

— Я могу читать чужие мысли.

— Ты хочешь сказать, что читаешь мои мысли? Прямо сейчас?

— Нет, конечно, нет. — Гэлен энергично закачал головой. — Для этого мне нужно прикоснуться к кому-либо. Или, наоборот, чтобы кто-нибудь прикоснулся ко мне. Только в этом случае я могу проникнуть в чужой разум. Другие Воители используют свой дар, только если задействован их бог. У меня… у меня же это происходит всегда.

Риган изменилась в лице.

— Значит, когда ты целовал меня, когда мы с тобой… Ты читал мои мысли?

Темные глаза Гэлена впились в лицо Риган:

— Поверь, ты единственная, в чьи мысли мне не удалось проникнуть.

По горестной гримасе, пробежавшей по лицу Гэлена, по его страдальчески сжатым губам Риган смогла прочесть всю глубину переживаний Воителя.

— Значит, ты прочел мысли каждого друида, когда помогал им спускаться вниз по склону.

Гэлен лишь молча кивнул в ответ.

— А вирраны?

Снова короткий кивок.

— Боже упаси от такого, — пробормотала Риган. Ей было очень сложно представить, каково это — чувствовать поневоле, что значит иметь уникальный дар, но не контролировать его. — А почему же ты не смог влезть в мою голову?

— Не имею ни малейшего понятия. Я был просто ошеломлен, когда осмелился к тебе прикоснуться. Но мне хотелось еще. Позже я не мог найти этому объяснения. Находилось немало людей, которых я касался, ничуть не беспокоясь, что вторгаюсь в чужой разум. А с тобой… Ты даже не представляешь, какое это для меня имеет значение!

У Риган заныло сердце. Даже не за Гэлена, а за то выражение, с каким он произнес последнюю фразу. В его словах таилась плохо скрываемая безысходность.

— Неужели нет никого, в чьи мысли ты не смог бы проникнуть?