Чтение онлайн

— Точно, — кивнул призрак. — Феи, небось, сварганили подходящее заклинаньишко — и готово! Ламии у них в подчинении и даже пикнуть не смеют!

— Опять феи, — задумчиво проговорил Дарин. — А кто-нибудь вообще их видел? Вот я, например, ни разу…

— А ламий ты до сегодняшнего дня видел? — резонно поинтересовался Фендуляр. — Не видел, вот то-то. И вдруг — бац! Повелитель ламий появляется у нас на пороге, — он поежился и снова покосился на дверь.

Тохта кивнул.

— Ты ведь в Лутаке-то живешь всего ничего, — сказал он. — Может, увидишь и фей… но они редко в городе появляются.

— Вот это и хорошо! — поспешно сказал Фендуляр. — Это к лучшему! В городишке без них как-то спокойней!

— Я всего пару раз видел, — признался Тохта, — Хотя всю жизнь прожил здесь, в Лутаке. Онт в заколдованной Тисовой роще, плетут свои чары.

— Чары?

— Ну, знаешь, эти слухи, что феи хотят покорить драконов… прости, Тохта, знаю, ты не любишь, когда о них говорят, но сам понимаешь, ни один драконишко в Лутаку не прилетит, так что зря боишься. Право, не стоит бояться того, кого ты никогда в жизни не увидишь.

Кобольд пробурчал что-то себе под нос.

— … покорить драконов и установить свое владычество во всем волшебном мире, — продолжал Фендуляр, не обращая внимания на въерошенного Тохту. — Но драконы, хранители равновесия в мире, феям не по зубам. Драконы сильны, могущественны и…

— Не желаю слушать про др… вот про этих самых! — сверкнул рубиновыми глазами кобольд. — Фендуляр, умолкни!

— Ладно, ладно, — остановил их Дарин. — Не хочешь — не будем. Давайте лучше про… как его? Про Тесса.

— Давайте, — кивнул призрак. — Так вот. Он ламия, а ламии…

— Блин, — вздохнул Дарин. — Слушайте, я не совсем… кто такие ламии? Что-то вроде вампиров?

Фендуляр отрицательно мотнул головой.

— Ни одного вампиришки у нас в округе давненько не объявлялось, — сказал он. — Хотя, раньше, правда, бывало, нет-нет, да объявятся.

— Вампирам нужна кровь, а ламии…

— Вспомнил! — спохватился Дарин. — Барклюня из Морского Управления рассказывал как-то. Говорил, что ламии высасывают жизнь из человека — питаются его жизненной энергией? Так?

— В обшем, так, — неохотно сообщил Тохта. — Когда идут войны или сражения, ламии всегда шныряют неподалеку, в такое время еды у них навалом. Завтра на ярмарке тоже будет кто-нибудь из них… хотя Тесс, говорят, запретил им охотиться возле Лутаки.

— Кстати, — Фендуляр внезапно оживился и даже чуть-чуть взлетел над креслом. — Слышал, ламии могут превращаться в змей, а когда оборачиваются обратно, у них остается змеиный раздвоенный язык? Из-за того-то ламии всегда говорят тихо, будто шипят. А? Так?

— Глупости, — пробурчал кобольд. — Ламии не могут оборачиваться в змей, так что насчет языка…

Дарин почесал в затылке.

— Гм… он действительно говорил негромко, — припомнил он. — Может, у него и, правда, раздвоенный язык?

Кобольд фыркнул.

— Повелителю ламий нет нужны кричать во все горло. Даже если он будет говорить шепотом, все во всех ног бросятся выполнять его приказания!

Дарин подумал и продолжил допрос:

— Ламии могу колдовать, как феи?

Фендуляр повозился в кресле.

— Ну, не колдовать, конечно, а…

Он задумался.

— Они могут очаровывать. Человечишко вроде как цепенеет, как кролик перед змеей, делай с ним что хочешь. Но это все, что они могут. Хотя, — он снова оживился. — Слышал я, что раз во много лет рождается ламия-маг, — он пожал плечами, потом махнул прозрачной рукой. — Опять, небось, чародеишки выдумали!

Кобольд беспокойно заерзал в кресле.

— Не выдумали. Тесс — ламия-маг, — выдавил он. — И слышал я, что он — очень сильный маг. Жестокий, хитрый и умный. Он даже способен вытянуть душу мага-человека, не всякого, конечно, но… — кобольд в волнении облизал мордочку. — В общем, когда где-то ни с того, ни с сего умирает маг, подозрение всегда падает на… вы знаете, на кого.

— Ничего себе, — пробормотал Дарин, грызя ноготь. — А ваши маги — что же?

— Доказательства, — пояснил кобольд. — Доказать никогда ничего не удавалось. Тесс всегда выходил сухим из воды и отклонял все претензии.

Тохта подумал немного.

— Особенно ламии-маги любит получать души детей чародеев. Это для них самая лакомая пища! Ну, слава небесам, ламии редко заходят в Лутаку. Разве что сам Тесс иной раз появится…

— Да уж, — кивнул Дарин. — Явился, хоть его вроде никто и не звал…

— Таких не зовут, они сами приходят, — глубокомысленно заметил Фендуляр.

— Во-во. Пришел поболтать о том, о сем, сжег на моих глазах вига и да пошел себе восвояси. Нанес визит вежливости, так сказать.

— Гляди, как бы он тебе еще один визит не нанес. Последний, — бестактно брякнул призрак и засопел.

Они помолчали.

— Я видел его в Лутаке год назад. Помнишь, тот случай? — спросил Фендуляр у кобольда. Тот молча кивнул. Призрак продолжил:

— Мне Дадалион рассказал, я сам-то не видел. Один чародеишко малость умом тронулся, — пояснил он Дарину. — Иногда это бывает. Взбредет магу в голову овладеть знаниями, которые ему явно не по силенкам, откусить кусок, который ему не проглотить. Ну, и того… помрачение рассудка. В общем, он сошел с ума и нет бы ему тихо-мирно отправиться в лечебницу для душевнобольных, что в Квартале лекарей и целителей…

— А, и такое здесь есть? — удивился Дарин. — Полезное заведение.

— Полезное, — согласился Фендуляр. — Ты запомни на всякий случай. Так вот, у чародеишки оказалось буйное помешательство!

— И что?

— Он взобрался на башню, — продолжил Тохта. — Видел, возле Торговой площади башня с часами? Вот на нее и залез… и давай выкрикивать, что сейчас нашлет на город черную чуму и лихорадку!

— А он мог? Мог это сделать?

— Конечно, — кивнул кобольд. — Он же маг! Видел бы ты, что творилось в городе! Я как раз сидел у ворот: только что прибыл караван, и работы у менял было невпроворот. И вдруг началось! По небу черные тучи несутся, ветер свистит, народ на площади в панике! Никто не знает, что делать!