Чтение онлайн

Разумеется, лучше ехать с Дэвидом, ведь он первый предложил подвозить ее. Кроме того, Эми водила так, что это было опасно для жизни: она неслась на невероятной скорости, маниакально давя на газ, и гудела всю дорогу, потому что без очков ничего не видела.

Кроме того, надо же было восстановить справедливость. В конце концов, вчера Эми выставила ее из своей машины ради парня, всего-навсего такого, как Юджин Элфред. Но сейчас Джиллиан была слишком напряжена, чтобы испытывать торжество от реванша. Она немного опасалась реакции Дэвида на свой новый образ, ведь она изменилась так быстро и неожиданно.

Ангел, а что, если мне станет плохо и я упаду в обморок? Это произведет на него впечатление, как ты думаешь?

Дыши глубже, детка. Вдох-выдох. Ну-ну, не так быстро! И улыбайся.

Открывая дверь машины, Джиллиан не совсем справилась с улыбкой. Она вдруг почувствовала себя выставленной на обозрение. А что, если Дэвид подумает, что она просто кривляка? Маленькая девочка, которая вырядилась в мамины вещи?

А ее волосы? «Она вдруг вспомнила, как нежно Дэвид касался вчера ее волос. Что, если ему не понравится стрижка?

Стараясь дышать ровно, она юркнула в машину. Пальто распахнулось... Она едва смогла заставить себя посмотреть в сторону водительского кресла. Но все же взглянула и обмерла. У Дэвида был такой взгляд, какого ей никогда раньше не приходилось видеть ни у кого из ребят, во всяком случае, так на нее еще никто не смотрел. Правда, она замечала, что парни иногда бросали такие взгляды на других девчонок – на Штеффи Локхарт или Дж. З. Оберлин. Они словно не могли отвести глаз, и выражение лица при этом у них было жалкое, умоляющее. Всем своим видом они словно говорили: «Я повержен и ничего не имею против, если ты будешь топтать меня ногами, детка».

Дэвид смотрел на нее именно так. И тут же все ее страхи, в том числе и испуг, который вызвала реакция Эми, исчезли. Ее сердце все еще тяжело стучало и волны адреналина проносились по всему телу, но теперь это было просто радостным возбуждением. Ошеломляющим предчувствием счастья. Ей казалось, что она вдруг вскочила на роликовую доску и понеслась на ней по дороге жизни.

Дэвиду действительно понадобилось несколько минут, чтобы прийти в себя и собраться с мыслями, прежде чем он вспомнил о том, что надо повернуть ключ зажигания. И потом, вместо того чтобы следить за дорогой, он продолжал украдкой коситься на нее.

– Ты что-то такое сделала с твоими... с твоими...

Он неопределенно покрутил рукой вокруг собственной головы. Какие у него руки! Сильные, красивые, с длинными пальцами.

– Я отрезала волосы, – сказала Джиллиан.

Реплика должна была прозвучать равнодушно, как бы невзначай, но голос ее дрогнул, и получился глуповатый смешок в конце фразы. Она сделала вторую попытку:

– Мне надоело выглядеть слишком молодо.

– А! – Он понимающе кивнул. – Это моя вина, да? Ты слышала нашу болтовню вчера. Ну, мы с Таней говорили...

Скажи ему, что ты уже давно собиралась это сделать.

– Да нет, я уже давно собиралась постричься, – ответила Джиллиан. – Не велика важность.

Судя по взгляду, Дэвид был явно с этим не согласен. Нет, не то чтобы ему не понравилось, – скорее, он был потрясен... он сделал открытие, и чем больше он смотрел на нее, тем больше обожания было в его глазах.

– Я никогда раньше не замечал тебя в школе, – пробормотал он. – Наверное, я был слепым.

– Прости, что?

– Нет, ничего. Это ты прости.

Некоторое время он вел машину молча. Джиллиан заставила себя оторвать взгляд от Дэвида, выглянула в окно и увидела, что они проезжают как раз мимо того места, где она вчера сошла с шоссе, услышав детский крик. Странно, насколько иначе выглядел пейзаж сегодня. Вчера он был диким и неприветливым, сегодня же радовал глаз мирной и тихой красотой, а снег казался пушистым и мягким, как взбитая перина.

– Послушай… – нарушил молчание Дэвид, но осекся и покачал головой.

Затем он сделал нечто поразительное: он съехал на обочину дороги, как можно дальше от транспортного потока, и остановился.

– Мне кое-что хотелось тебе сказать.

Сердце Джиллиан бешено забилось, его биение отдавалось во всем теле: в горле, в пальцах, в ушах. Она словно перестала существовать, как во сне, и превратилась в единое пульсирующее сердцебиение. Перед глазами поплыли круги.

Она ждала...

Но Дэвид сказал совсем не то, что она ожидала услышать.

– Помнишь, как мы встретились первый раз?

–Я? Да.

Ну конечно, она помнила. Четыре года назад ей было всего двенадцать, и для своего возраста она была очень маленькой. Она лежала в сугробе за домом, изображая снежного ангела. Ребячество, разумеется, но в то время только что выпавший снег приводил ее в такой восторг, что она не могла удержаться от дурачества. И вот, пока она лежала на спине и делала руками отпечатки крыльев ангела, с ветки у нее над головой свалился огромный ком снега. Все лицо облепил сырой снег. Ее словно завернули в снежную упаковку, мешавшую дышать. Она вскочила, задыхаясь и судорожно хватая ртом воздух. Но тут кто-то подхватил ее, аккуратно поставил на ноги и стал отряхивать снег с ее лица. Первое, что она увидела, когда опять смогла открыть глаза, была чья-то сильная рука и загорелое запястье. Потом она увидела его лицо: высокие скулы и темные озорные глаза.

– Я – Дэвид Блэкберн. Мы только что сюда переехали, – сказал мальчик.

Он продолжал вытирать ей лицо.

– Будь осторожней, Снегурочка. В следующий раз меня может и не оказаться поблизости.

У Джиллиан внутри что-то взорвалось и сердце готово было выскочить из груди. А когда, отряхнув снег, он погладил ее по голове, она словно воспарила над землей.

остальной мир больше не существует. Только она и Дэвид – они одни во всем мире.

И даже голос Ангела звучал где-то очень далеко.