Шрифт:
Grey S. L.
The apartment
Глава 1
Марк
Зайдя в кухню за новой бутылкой, я понимаю, что вино ударило мне в голову. Сейчас я достиг той идеальной стадии опьянения, когда ты выпил уже достаточно, тебе тепло и ты позабыл обо всех бедах. Я слышу фирменный смех Клары – зловещий хохот, способный распугать по углам привидения. И где-то среди раскатов этого громогласного хохота мне слышится нежный, робкий смех Стеф – я уже много недель не слышал ее смеха. С тех самых пор.
Стараясь не думать о том, что случилось в кладовке, я беру пачку чипсов с нижней полки шкафа. Парень Клары принес нам в подарок дорогое красное вино и, отдавая его мне, сказал, что не стоит пить его сегодня, такое вино лучше приберечь для какого-нибудь праздника, но я уверен, что и сейчас никто от него не откажется. Я открываю пачку и запихиваю в рот горсть чипсов, а потом тянусь за бутылкой на заставленном посудой столе, но в этот момент включается наш новый прожектор с датчиком движения на заднем дворе. Вздрогнув, я роняю бутылку, и она разбивается на множество грязных осколков, а лежавшие на верхней тарелке в груде немытой посуды ножи и вилки с грохотом валятся на пол.
Я обмираю – всего на мгновение, как мне кажется. Грохот оглушает меня, звон взвивается крещендо, а затем сходит на нет. Теперь и мои ноги, и пол вокруг усыпаны осколками, вилками и ножами, но я не могу отвести взгляд от окна, я всматриваюсь в этот свет, будто надеюсь, что прожектор отпугнет всех чудовищ.
Но на самом деле проходит вовсе не одно мгновение, не одна секунда, а куда больше, потому что, когда прожектор гаснет, так и не открыв причину срабатывания, вдруг оказывается, что вокруг царит ватная тишина, а потом слышится какой-то шорох – кто-то стоит в дверном проеме.
– Марк? – Я слышу голос Стеф, но не могу заставить себя оглянуться. – С тобой все в порядке, милый?
Наконец-то мне удается отогнать наваждение.
– Да. Прости, я просто… что-то уронил.
Стеф подходит ко мне, ступая босыми ногами по усеянному битым стеклом полу.
– Осторожнее, ты порежешься, – говорю я.
Но она меня не слушает. Пройдя на цыпочках к окну, она всматривается в темноту двора.
– Ты что-то увидел? – мягко спрашивает она. – Кого-то?
– Нет, я… Наверное, кошка пробежала…
– Ты точно в порядке? – Стеф сжимает мою руку.
– Да, все хорошо.
Но мне стыдно за свою эскападу, и потому я поскорее беру другую бутылку вина и веду Стеф в обход осколков в гостиную, будто это ей нужна сейчас моя поддержка. На самом деле рядом с этой сильной, волевой молодой женщиной я чувствую себя беспомощным и уязвимым.
– Давай выпьем, пока у нас еще есть такая возможность.
– Звучит зловеще. – Стеф пристально смотрит на меня.
– Я имел в виду, пока мы можем насладиться вином.
– Знаешь, тебе правда стоило бы сохранить такое хорошее вино до лучших времен. После еды не уловишь его знаменитый шоколадный привкус, – говорит приятель Клары.
Я забыл, как зовут нового «друга» Клары. Он подошел к музыкальному центру и подключает к нему мобильный – наверное, хочет включить какую-то новомодную песню с непристойным текстом.
– Знаменитый шоколадный привкус? – осведомляется Клара. Она сидит за столом, изо всех сил притворяясь, будто не слышала грохота в кухне. – Чем же он знаменит, отвратительностью? «Дуивель-фонтен» – просто разрекламированная дрянь для пижонов. Без обид, Деймон, дорогой.
– Без обид, кисонька.
Я сажусь за стол и смотрю на Деймона, думая: что у него происходит с Кларой? Знает ли он, что Клара меняет парней как перчатки и он просто очередное ее увлечение? Зачем он ей вообще нужен? И зачем она нужна ему? Он лет на двадцать пять моложе ее, но, впрочем, я и сам на… На сколько? Мне приходится сосредоточиться, чтобы вспомнить, – на двадцать три года старше Стеф. Я забываю об этом каждый день. Я не чувствую, что мне уже сорок семь, не чувствую, что молодость миновала. Я не могу позволить себе даже представить, каким меня видит Стеф: обрюзгшим, дряблокожим, жалким, усталым, потрепанным жизнью неудачником. Наверное, она находит в этом какой-то извращенный фетиш.
Стеф становится за моей спиной и принимается массировать мне плечи. Когда она склоняется ко мне и ее волосы, источающие аромат травяного шампуня и специй, которыми она приправляла ужин, касаются моего лица, все мысли о собственной несостоятельности улетучиваются.
– Я поднимусь проверю, как там Хейден.
– Уверен, с ней все в порядке. У нас же радионяня, вон приемник лежит. Мы бы услышали.
– Просто проверю.
– Конечно. Ладно. Спасибо.
– Если ее не разбудил смех Клары, то так просто ее не разбудишь, – говорит Деймон в спину Стеф, как будто он когда-то видел нашу дочь, как будто он ее знает.
Клара улыбается и закатывает глаза. Я все еще не понимаю, как они могут быть вместе.
Я отпиваю вино – по вкусу оно ничуть не напоминает шоколад – и прислушиваюсь к ленивым завываниям певца, льющимся из музыкального центра. Я пытаюсь вернуть блаженное чувство идеального опьянения.
– Ты как? – спрашивает меня Клара. – Ну, на самом деле?
Я пожимаю плечами и, вздохнув, смотрю на Деймона.
– Не волнуйся, я в курсе, – говорит он. – Мне очень жаль. То же случилось с моим братом.
Стеф возвращается, кивком давая мне понять, что с Хейден все в порядке.
– Прекрати, Деймон, – осаживает своего парня Клара, когда Стеф садится за стол.
Но тот не может сдержаться:
– Эта страна катится ко всем чертям, точно вам говорю. В других станах все иначе, знаете… Если кто-то хочет что-то украсть, он не станет пытать и…
– Слушай, – говорю я, – я не хочу об этом говорить.
– И не надо перебивать его, чтобы защитить меня от таких разговоров, Клара, – добавляет Стеф. – Я сама способна за себя постоять.