Чтение онлайн

После Шанхая Сэм и его коллеги решили держать нас в неведении десять лет, но теперь уже мы решили закрепить это недоверие, придержав секрет нашего случайно открытого оружия. Если они догадались о его сути, то уже могли найти защиту против него, в этом случае молчание не давало нам никаких преимуществ.

Но если это предположение ошибочно? Тогда тамошние «ястребы» только и ждали, когда мы передадим им суть работы Кэмпбелла, чтобы сокрушить нас.

— Нам нужно кое-что спланировать, — решил я. — Хочу надеяться на лучшее, но мы должны быть готовы к худшему.

Чтобы превратить это пожелание в нечто конкретное, потребовалось гораздо больше работы, чем я представлял, и лишь через три месяца картинка начала складываться. Когда я наконец-то вспомнил про повседневный мир, то решил, что заработал перерыв. У Кейт приближались свободные выходные, и я предложил съездить на день в Голубые горы.

Сначала она отнеслась к этому с сарказмом, но когда я не отступился, она сперва немного смягчилась и в конце концов согласилась.

Пока мы ехали из города, возникший между нами холодок начал медленно таять. Мы слушали музыку по радио и удивленно смеялись, осознав, что самая крутая современная музыка состоит по большей части из перепевок и ремиксов песен, считавшихся хитами, когда нам было по двадцать, и вспоминая расхожие шутки времен нашего знакомства.

Но когда мы уже ехали в горах, выяснилось, что невозможно просто перевести часы назад.

— Не знаю, на кого ты работал последние несколько месяцев, но мог бы ты поместить их в свой черный список? — спросила Кейт.

— Это их так напугает, — рассмеялся я и, подражая голосу Марлона Брандо, проговорил: — Вы в черном списке Бруно Констанцо. Вы никогда больше эффективно не запустите в этом городе программы для распределенных вычислений.

— Я серьезно, — сказала она. — Не знаю, то ли работа тебя так напрягает, то ли заказчики, но ты действительно стал какой-то дерганый.

Я мог бы дать ей обещание, но вряд ли сумел бы даже произнести его искренне, а уж тем более сдержать.

— Нищие не выбирают, — ответил я.

Она тряхнула головой и разочарованно поджала губы:

— Если ты действительно хочешь получить инфаркт, дело твое. Но не притворяйся, что причина только в деньгах. Мы никогда не были нищими, равно как и богатыми. Если, конечно, ты не переводишь все заработки на свой счет в Цюрихе.

У меня ушло несколько секунд, чтобы убедить себя, что упоминание о швейцарском банке — чистая случайность. Кейт знала об Элисон, о нашей давней близости. У нее самой хватало мужчин из прошлого, и все они жили в Сиднее, а мы с Элисон более пяти лет даже не ступали на один и тот же континент.

Мы оставили автомобиль и около часа шагали по живописной тропе, почти не разговаривая. Нашли местечко возле ручья, с камнями, выглаженными потоками какой-то древней реки, и съели завтрак, который я прихватил с собой. Вглядываясь в голубую дымку поросшей густым лесом долины внизу, я не мог выбросить из головы образ густонаселенных небес «той стороны». Ведь нас окружает поразительное богатство: чужие миры, чужая жизнь, чужая культура. Должен отыскаться способ положить конец взаимному недоверию и начать истинный обмен знаниями.

Когда мы пошли обратно к машине, я повернулся к Кейт:

— Я знаю, что уделял тебе мало времени. У меня была черная полоса, но все изменится. Я хочу все наладить.

Я приготовился услышать губительный отказ, но она долго молчала. Потом слегка кивнула и сказала:

— Хорошо.

Она взяла меня за руку, но тут мое запястье начало вибрировать. Я уступил давлению обстоятельств и все же купил часы, которые приковывали меня к сети круглые сутки.

Я высвободил руку и поднес часы к лицу. Канал связи, доставший меня в лесу, был недостаточно широк для видео, но сохраненное в часах фото Элисон появилось на экране.

— Это канал «только для экстренных сообщений»! — рявкнул я.

— Проверь новости, — ответила она. Звук был сфокусирован так, чтобы попадать мне в уши, а Кейт могла разобрать примерно столько же, как если бы она была глуховата, а на вечеринке у нее испортился слуховой аппарат. У многих, когда они едут в общественном транспорте, а сосед бубнит что-то столь же невнятное, возникает желание врезать ему как следует.

— Ты можешь кратко изложить, что именно мне так срочно понадобилось узнать?

Как оказалось, финансовые вычислительные системы начали сбоить, причем настолько серьезно, что это уже расценивалось как терроризм. Торги на большинстве бирж были остановлены на выходные, но некоторые эксперты предсказывали крах, который произойдет в понедельник.

Я задался вопросом, уж не мы ли во всем этом виноваты, не мы ли непреднамеренно развалили весь Интернет, связав его поведение и работу с дефектом? Нет, это полная чепуха. Половина финансовых сделок, оказавшихся искаженными, осуществлялась по защищенным межбанковским сетям, не имеющим никаких общих аппаратных средств с нашим глобальным компьютером. Это все шло с «той стороны».

— Ты связалась с Сэмом?

— Он не отвечает на вызовы.

— Ты куда помчался? — гневно крикнула Кейт. Я неосознанно перешел с шага на бег — мне хотелось возвратиться к машине, в город, в свой кабинет.

Я остановился и обернулся:

— Побежишь со мной? Пожалуйста. Это важно.

— Ты что, шутишь?! Я и так полдня ходила по горам. Никуда я не побегу!

Я заколебался, на мгновение поддавшись фантазии, что смогу просидеть под деревом и управлять всем с помощью своих шпионских часов, пока не сядет батарейка.