Чтение онлайн

Уличные торговцы продавали всё, начиная от жареных чёрных пауков, которых туристы могли съесть смеха ради, футболок с надписью «Меня трахнули в Бангкоке»1, жареных спринг-роллов и пад-тай, киосков с супом Том Ям и жареными креветками. Ещё больше стендов занимали поддельные святые реликвии, в основном в виде подвесок, которые люди носили на себе, чтобы отогнать злых духов или привлечь удачу.

Алексис пробиралась сквозь плотный поток людей рядом с Кэлом, окружённая запахами пота, алкоголя, сладкого чили и жареных креветок.

Она изо всех сил пыталась подумать о том, что будет дальше, пока они направлялись к реке с окружающими её освещёнными храмами вдалеке, известными местным жителям как ваты.

Сквозь просветы в зданиях она мельком увидела один из самых знаменитых ватов, возвышающийся над водой. Он стоял на другом берегу реки от них, освещённый голубыми и зелёными прожекторами и окружённый пальмами.

Мимо него проплывали лодки и паромы с дымящимися дизельными моторами. Туристы глазели изнутри лодок без окон, фотографируя все старые здания, но особенно Ват Арун, или Храм Рассвета.

Обычно Алексис нравился Бангкок.

Иногда ей даже нравились более мутные туристические районы Бангкока, вроде этого.

Однако сегодня, когда она смотрела на спотыкающихся пьяных туристов и подмечала более знающие, циничные взгляды, которыми обменивались продавцы и водители тук-туков, всё это казалось ей смутно зловещим.

Для живущих здесь людей ничего не изменилось.

Однако для Алексис казалось, что мир уже начал медленно полыхать. Кто-то зажёг спичку, и теперь все они ждали, когда огонь доберётся до них, когда жар усилится и распространится настолько, что его уже нельзя будет избежать.

Их время на исходе.

Алексис чувствовала это.

Даже без того, что сказали ей видящие, она, вероятно, почувствовала бы это.

Варлан, который ясно дал понять, что уже видел по крайней мере один апокалипсис, явно думал, что грядёт что-то плохое.

Она чувствовала то же, что и он, даже не зная, что именно это означало.

Кэл посмотрел на неё с мрачным выражением лица.

— Да, — сказал он.

— Ты чувствуешь это? То, о чём я думала?

— Да, — он на мгновение поджал губы. — Хотя меня гораздо больше беспокоит то, что это можешь чувствовать ты, Светоносная. Сам я бы, возможно, отмахнулся от этого как от паранойи или даже от потрясения из-за отца… но тебя внедрили сюда специально для того, чтобы чувствовать такие вещи. Тебе поручили защищать закреплённое за тобой измерение от вторжения Тьмы.

На это ей было нечего сказать.

Очевидно, Кэлу тоже.

Он не стал вдаваться в подробности помимо того, что уже сказал.

Но на самом деле ему это было и не нужно.

— Что ты думаешь об этом? — следом спросил он. — О том, что они рассказали нам? О Тёмных Богах? Тебе что-нибудь подсказывает твоё внутреннее чутьё?

Алексис нахмурилась.

Резкий смех заставил её повернуть голову влево и напрячься.

Она посмотрела на пьяную девушку около двадцати лет, которая, запрокинув голову, засмеялась во второй раз, сжимая в одной руке кокосовый орех, из срезанной верхушки которого торчала лаймово-зелёная соломинка. Что бы ни находилось внутри этой кокосовой скорлупы, Алексис решила, что это точно что-то сорокаградусное.

Она заставила себя расслабиться и разжать хватку на рюкзаке.

Очевидно, все её боевые инстинкты активировались.

— Я не знаю, что я думаю, — честно призналась она. — О Тёмных Богах или о чём-то ещё из сказанного им. Было нечто странное. Не только в нём. Но и в Маре тоже.

Всё ещё размышляя, она добавила:

— Но у нас больше ничего нет. Так ведь? Что ещё у нас есть? Мы должны изучить хотя бы ту малость, которую они нам дали, тебе так не кажется?

Кэл нахмурился.

Затем вздохнув, он искоса взглянул на Алексис.

— Полагаю, что должны, — признал он с изящным жестом. — Ты права, у нас больше ничего нет. Нам абсолютно не за что зацепиться, кроме этого. Поэтому будем разбираться. По крайней мере, до тех пор, пока что-то не изменится. Может быть, это откроет нам нечто большее.

Он приподнял бровь, одарив Алексис лёгкой улыбкой.

— Это хотя бы займёт нас, пока другие будут охотиться на моего отца.

Алексис согласилась.

Видящие сказали им, что лишь у очень небольшого числа существ хватило бы «сил», чтобы снова открыть врата или хотя бы восстановить связь с Древними.

По всей видимости в этом мире не существовало того особого типа видящих, которым удалось открыть врата в прошлый раз. Эта некая форма «сверхвидящих» вообще не появлялась в этом измерении, по крайней мере, насколько было известно Варлану.

О существах, которые обитали здесь, в этом измерении, Варлан и Мара, похоже, тоже мало что знали.

Они называли их «Тёмными Богами».

Алексис не знала, что именно это означает, но Кэл, казалось, был в курсе.

— Да, — ответил идущий рядом с ней Странник.

— Ты знаешь, что они такое?

Кэл задумался над вопросом.

Затем он выдохнул с очевидной досадой.

— Нет. Не совсем. Но я слышал о них. Это не первый раз, когда я узнаю об их существовании. Мой отец рассказывал о них. Когда я был ребёнком. Он проводил ритуалы, пытаясь обуздать их силу в своих собственных целях… Ещё до того, как у него появилась мания разрушать целые жизненные циклы, — иронично произнёс он.

Бросив на Алексис более серьёзный взгляд, он добавил:

— Тогда вся его озлобленность была в основном нацелена на другие виды. На тех, кого он объявил врагами Странников. Позже она была направлена и на его внутренних врагов. Затем на гораздо более обширную группу существ… в принципе, на любого, кто не находился под его контролем. Очевидно, ты уже могла заметить, к чему это привело.

Алексис задумалась над его словами.

Она сосредоточилась на том, как это сможет сейчас помочь ей и Кэлу.

— Он достиг какого-нибудь результата? — спросила она. — В использовании их силы в своих собственных интересах?

Кэл выдохнул, и его голос зазвучал почти устало.

— Честно говоря, я не знаю. Он часто лгал о таких вещах.

— А сам как думаешь? — настаивала Алексис. — Мог ли он провернуть нечто такое?

Воцарилось молчание.

Затем Кэл пристально посмотрел на неё.