Темнотропье
Шрифт:
Моргрелл…
Судя по всему, исполинской твари пришлось сильно пригнуться внутри немаленького тоннеля. И лишь выйдя в коллектор, он сумел выпрямиться во весь свой рост, вздеть голову и взглянуть на дело рук своих свысока.
Тут было на что глядеть…
Сплошное ледяное поле, замерзшие водопады, запечатанные ледяными пробками тоннели и трубы. Покрытые мертвым инеем стены, обледеневшие колоны с которых сыпались и сыпались обломки промороженной растительности. И множество ледяных статуй засыпаемых снегом.
И я, несчастный воришка начавший эту беду, покачивающийся на серебряной цепи под самым потолком. Цепь кстати стала леденеть…
Саму тварь я толком не видел. Лишь смутный громадный силуэт скрытый почти непроницаемым плащом мутной стылой аурой и обилием снега, что теперь превратился в густой снегопад. Видимо моргрелл «включил» свои мощности в полную силу.
Глянув вниз, я понял, что темные клубы ледяной смерти витают у самых моих дрожащих пяток. Но не поднимаются выше и не пытаются лизнуть ледяным языком мои ноги. Среди ворочающегося облака тьмы полыхнуло два светящихся глаза, буквально пронзивших меня насквозь и подарив мне еще один приступ ужаса – вот и смерть. Сам накликал…
Бам…
Бам…
Облако стылой тьмы отступило от моих ног, начало перемещаться дальше по коллектору. Под ногами гигантского монстра трещал лед и камень, на ходу он сносил все попадающееся на пути, давил ледяные статуи и крошил вмерзшие в лед островки. Со стен и потолка сыпался иней. Огромные потолочные цветы погибли почти полностью – за исключением тех, что были прямо надо мной. Исполинский зал подземного коллектора погрузился в густую полутьму. Меня обуревало лишь одно желание – сползти вниз по цепи и сорвать заиндевевшее покрывало со светильника, возвратив тем самым сюда солнечный свет.
Но я сдержался. А грозный шум вскоре затих вдали, эхо уже не терзало мои уши, сместившись к другому большому проходу в огромном зале. Несмотря на свои нешуточные размеры моргрелл обладал большой проворностью. Он пересек зал за пару десятков секунд, мимоходом уничтожив все живое и пощадив лишь три светящихся цветка и одного перепуганного воришку…
Да, именно пощадил.
На всех прочих участках потолка не осталось ничего живого. Почерневшие и вытянувшиеся цветы свисали с потолка как иссохшие трупики летучих мышей. Живые светильники остались только прямо над моей головой, рядом с серебряными цепями. Темная тварь была разумна – и она прекрасно поняла, что именно я являюсь тем, кто включает и выключает губительный для нее дневной свет. Даже более того – кажется, меня приняли за союзника. За одного из своих. И потом меня не тронули.
Мои пальцы разжались, и я съехал вниз, усевшись на крестообразный светильник верхом. Испустив облегченный стон, схватился за покрывало и одним рывком сдернул его, возвращая свет.
Я и до этого успел заметить ужасные последствия прогулки моргрелла. Но сейчас, когда вновь зажглось рукотворное светило…
Сидя на перекладине, я ощутил себя вороном усевшимся на могильный крест старой могилы посреди заброшенного зимнего кладбища. Лишь белая смерть кругом. И пугающая морозная тишина…
– Кар… - тихо произнес я, обнимая себя за плечи и выдыхая облачко морозного пара – Кар…
– Ур – согласился со мной Ползун, показывая внутри своего слизистого тела мутный печальный смайлик.
На руку упала тяжелая холодная капля.
Подняв лицо, я увидел ожидаемое – вернувшийся солнечный свет мигом обратил иней обратно в воду, начав оттепель сверху. Вниз по стенам буквально бежала пелена талой воды, смывая с камней остатки снега и льда. Тепло распространялось во все стороны.
Вновь вернувшееся потрескивание становилось все громче. Резкие хлопки ломающегося льда начали напоминать частые и нестройные винтовочные залпы. Трещины открывались одна за другой – на застывших водопадах и на ледяном торосистом поле.
– Сейчас рванет – подытожил я, вцепляясь покрепче в светящийся крест – Держись крепче, дружище.
– Ур-р-р! – подтвердил понимание слим.
Мы приготовились к завершению ледникового периода.
Но никак не могли ожидать такого грохота – мне показалось, что меня зарядили в пушку в качестве ядра и подожгли фитиль. Столь дикий шум наполнил мои многострадальные уши, что я невольно их руками, едва не упав вниз.
Вот он – ледолом во всей красе…
Первым вылетела пробка из зева самой большой трубы расположенной под потолком. Как пробка из бутылки шампанского. Ревущая струя ударила на много метров вперед, вновь наполняя оттаивающий коллектор водой. Прямо-таки водная пушка…
Следом начал ломаться лед буквально повсюду. Треск, хруст, звон. Уцелевшие ледяные статуи одна за другой падали в открывающиеся трещины и навсегда пропадали в воде.
Но я больше не смотрел на картину всеобщего таяния.
Я смотрел на плавающие перед глазами строчки, среди которых одна особенно сильно бросалась в глаза: «Пособник тьмы».
Интересный подзаголовок навешенной на меня «уголовной» статьи. «Пособник тьмы». В темное средневековье людей за такое казнили через сжигание заживо. Как-то прямо нехорошо я себя почувствовал, хотя прекрасно понимал, что подобного следует ожидать с очень большой вероятностью.
Пропустить через границу темное чудовище и думать, что тебя за это одарят вкусной карамелькой и ласково потреплют по волосам? О нет, так может думать лишь наивный идиот.
И чего же пишут мои виртуальные обвинители, чем конкретно грозит мне случившееся.
Пособник тьмы.
Осознанно или нет, нарочно или случайно – но деяние на благо Тьмы было совершено. Принесет ли это вред Свету? Того пока не ведает никто, разве что Великий Оракул, кому доступны самые сокровенные тайны мира.
Вы ступили на опасную дорогу! Пока это лишь первый шаг, небольшая ступенька ведущая в наполненную мраком бездну. Но шаг сделан!
Высшие силы предупреждают – следующий шаг может привести к тому, что вернуться назад будет уже невозможно!
Выбран крайне опасный путь!