Чтение онлайн

Я уж было собрался обойти эту деревню стороной, когда услышал за спиной звонкий девичий голос.

— Так, и что это у нас за шпион?

Я резко обернулся. Прямо передо мной стояли две молодые женщины. Обе были очень красивые. Первая из них натуральная блондинка с косой до пояса, соболиными бровями и нежной матовой кожей, вторая напротив, была брюнетка с короткой модной стрижкой. Обе они были одеты в охотничьи костюмы и высокие замшевые ботфорты. За обычных поселянок их нельзя было принять.

— Прости дамы, я тут проездом, шёл себе по лесам, шёл, да и наткнулся на вашу деревеньку. Думал воды попросить, да вижу, могу перебиться без неё, пойду дальше.

— Постой добрый молодец, что же ты так торопишься, — приятным грудным голосом сказала брюнетка, — зайди к нам в деревню, водицы напейся, отдохни с дороги, в баньке попарься, отдохни на перинах белых.

И берут они меня под ручки белы, да и ведут в деревню заколдованную…. тьфу, что это меня на старославянский потянуло…. Никак колдовство, наверное.

В общем, взяли меня эти две крали под руки и потащили в деревню. Попытался я от них вырваться, но куда уж мне с тридцать четвёртым уровнем против двух шестидесяток.

Пока шли, бабы на огородах на меня все заглядывались. Мужиков у них, что ли своих нет? А бабы все такие из себя ладные, с любой не грех на сеновале поваляться.

Привели меня в один из домов на окраине деревни. Внутри него хорошо — всё чисто, прибрано, а вот снаружи дому требовался ремонт — крыша прохудилась, забор покосился, крыльцо прогнило.

Растопили они печь, да и сажают меня за стол, весь уставленный едой.

— Стойте, — говорю своим хозяйкам, которые за стол стали меня сажать, — негоже мне задаром хлеб да соль вашу есть. Дайте мне кой-какой инструмент, что у вас есть. Нужно дом вам поправить.

Тьфу, точно сглазили окаянные. Опять на старославянский тянет.

Изумлённые девушки переглянулись между собой, а потом чернявая вскочила и выбежала из дома. Вернулась назад она с топором в одной руке, пилой во второй и, поклонившись мне в пояс, говорит:

— Не обессудь, добрый молодец, вот и весь инструмент, что у нас есть.

Взял я его, проверил остроту, ничего — сгодится.

— Ну, пошли во двор.

Вышли мы во двор.

— Где, — говорю им — у вас материал, есть и какой? Доски там, гвозди?

— В сарае, батюшка.

Зашёл я в сарай, а там добра разного, просто завались, да всё как будто впопыхах свалено, бессистемно.

Взял я нужное, вытащил во двор. Ну и пошла потеха. Я сам и в реальной жизни от физического труда не бегал. До армии в деревне несколько лет жил, вот и пригодился мне деревенский опыт.

К концу дня, были у сестриц, а это сёстры оказались, Изабэль и Валенсия, новый забор и крыльцо, крыша залатана, и вещи в сарае перебраны и отсортированы.

Девчата на меня, чуть ли не молились. Квас холодный подают, молоком поят.

Истопили к вечеру баню жаркую.

Зашел я туда — лепота просто. Камни раскалены, от жара чуть не лопаются, полка есть большая, человек пять на ней лечь могут. На лавке стоит бадья с ключевой водой — попробовал, аж зубы от холода ломит. Красотища.

Только вот спину потереть некому. Подумал, и тут же открывается дверь, и входят в парилку сёстры-красавицы, в чём мать родила.

Ну, думаю, вот масть и попёрла. Стали они меня намывать, обхаживать. Веничком по мне прошлись, а я по ним — красота. Обожаю сельскую жизнь.

Ну и одним мытьём дело не закончилось. Натешился я с ними, а они не против. Ласковые слова в уши шепчут, ручками своими нежными меня обнимают, губками своими красивыми меня целуют, ну и не сдержался я….

Вышли мы из бани довольные друг другом.

— А вот теперь девоньки, можно и за стол, — говорю я.

Проводили меня в дом, усадили в центр стола как дорогого гостя, стали потчевать, большой графин самогонки достали. А как наелся, напился, в спальню отвели и в постель ко мне легли, чтобы не холодно значит, гостю было.

А я лежу в постели ласкаю тела их молодые, красивые, а потом беленькая, Валенсия, говорит мне:

— Оставайся с нами, добрый молодец, будешь с нами жить, на охоту ходить, да и в деревне работы хватает.

— А мы с тобой будем постель делить, — поддакивает Изабэль.

— Утро вечера мудренее, — отвечаю я, а пока чего время зря терять, и глажу их груди налитые.

Короче ухайдакали меня они пополной, и заснули мы после этого как убитые.

Проснулся почему-то я за полночь, а моих сестрёнок в кровати нет. Глянул на системные часы — полпервого ночи.

Дай думаю, пойду, поищу красавиц. Негоже одному ночь коротать.

Встал я, оделся и вышел во двор.

На дворе стояла звёздная ночь. Как у нас, на Ивана Купалу. Круглая луна освещает двор. По небу ползут ленивые облака. Откуда-то издалека льётся грустная песня.

Во дворе девчат тоже нет. Я толкнул калитку и вышел на улицу. Деревня спала — окна в домах были тёмные, кругом не было ни звука. На душе стало как-то жутко.

Я решил пройтись по улице. Так как приютивший меня дом стоял на отшибе, направился я прямиком к центру деревни.

Подбивая ногой по дороге, мелкие камешки и насвистывая нехитрую мелодию, я прошёл несколько дворов и вышел на большую утоптанную площадку, служившую в поселении деревенской площадью.

А прямо в центре площадки горел большой костёр, над которым висел огромный котёл. Несколько женщин подбрасывали в него дрова и помешивали содержимое.