Темногорск
Шрифт:
– Второй этаж, прыгать высоковато, – заметил водный колдун.
– Зачем прыгать, когда можно выйти через дверь! – Большерук никогда не терял самообладания.
– Что ты ищешь? – спросил Роман у Тины, увидев, что та опустилась на колени у стены и пытается достать что-то из-под груды переломанных стульев, принесенных снаружи ветвей и битых стекол.
– Платок! – Тина и вытащила из кучи хлама по-прежнему ослепительно белый платок.
Надевать на голову она его надевать не стала, повесила на руку.
– Я же сказал: уходим! – заторопился Большерук. – Минут через десять менты нагрянут и прочие недружественные личности. Так что времени у нас – только спуститься и удрать.
Слаевича не надо было уговаривать: он уже бежал к выходу.
Однако покинуть хоромы Жилкова оказалось не так-то просто. Едва ступили в холл, как вернулся Слаевич, минуту назад выскочивший наружу, и, юркнув под прикрытие, застыл:
– Снаружи менты! Положат всех нафиг, или повяжут и отвезут в кутузку. Что делать будем?
Большерук и Роман переглянулись.
– Роман, ты как? – с тревогой спросила Тина и стиснула изо всей силы его локоть.
– Кругом вода, значит – хорошо.
– Слаевич, у тебя звездный час еще не кончился, надо полагать? – уточнил Большерук.
– Ага! Как же! А потом все на меня свалят! Нет уж, увольте! Сами разбирайтесь.
– Может быть, выйдем с поднятыми руками? – предложила Тина.
– Не стоит. Или ты забыла: наверху три трупа, плюс вокруг руины особняка господина Жилкова, – уточнил ситуацию повелитель воды. – . Я еще за Аглаины хоромы не расплатился, а этот скромный домишко мне точно не потянуть.
– Густой туман, – предложил Большерук. – Как вы на это смотрите, Роман Васильевич? Очень-очень густой туман. Мы бы с вами смогли организовать. Наше совместное умение плюс моя сила.
– Туман – это хорошо, – согласился водный колдун. – Но и заклинание невидимости не повредит. Мы ведь все мокрые – с ног до головы. Так что стоит произнести заклинание. – Он стоял по щиколотку в воде, как и остальные. – Думаю, моей силы даже на это хватит…На тебя накладывать, Слаевич? Или ты сам по себе?
– Ладно, валяй, – отозвался земляной колдун. – Если что, подсоблю.
Белый, как молоко, туман опустился на Темногорск. На шаг впереди себя ничего нельзя было разглядеть.
– Вот и все, – вздохнула Иринка, оглядывая голую землю вокруг недостроенного дома. – А такая красота была!
– Ты по памяти нарисовать можешь, – сказал Юл.
– По памяти не получится! – У Иринки задрожали губы.
– Не боись, получится, – засмеялся Юл. – Кстати, я тебя все спросить хотел: как ты возле стеклянного сада снова очутилась? Я же тебя до самого дома проводил…
– Ну да, да! – перебила его девчонка. – Я уже войти хотела… И тут вспомнила про этюдник и рисунки, на том участке брошенные. Жалко стало этюдник, он же совсем новый! Его папа подарил мне на день рождения. Из Питера привез. Я обратно помчалась. Добежала почти до самого участка. Запыхалась – ужас. И тут какой-то человек в кожаном пальто навстречу… Волосы черные, а глаза мертвые, белые. Подошел, схватил меня за плечо. Я бежать хотела, но ноги будто к земле приросли. Ни двинуться, ни заорать. Он в лицо дунул, что-то шепнул. Я стою…
«Память пытался стереть, – догадался Юл. – Но мое охранное заклинание не позволило».
– Тогда он что-то опять выкрикнул. Я тут же в черную пропасть грохнулась. Летела, летела… Пришла в себя, смотрю, сижу на земле, и какой-то парень противный меня за руку дергает. Я ему сказать хочу, что мне плохо… А он у меня с руки браслет срывает – и тикать… А потом я опять в пропасть полетела… Долго летела. Так долго, будто целые годы. Я подумала, что вся жизнь уже прошла, пока падала. И тут меня опять кто-то за руку схватил и из пропасти рванул назад, вверх. Очнулась в больнице.
Судя по всему, прежде чем Иринка столкнулась с Генкой, на нее напал кто-то из колдованов. Чем она ему помешала – Юл не знал.
Он обернулся к брату, и только тут заметил, что Стен застыл в какой-то странной неестественной позе, запрокинув голову к небу. Видимо, снова пытался прощупать будущее. Новый вариант.
– Как? Мы изменили будущее? – весело спросил Юл и осекся, потому что в этот миг ощутил страх… или, вернее, ужас. Не свой – Алексея.
Никогда прежде он ничего подобного не ощущал.
– Что там, в будущем? – спросил мальчишка дрогнувшим голосом.
– Н-не знаю, – прошептал Стен. – Я ничего не вижу…
– Что? Больше не видишь будущего?
– Будущее не определено… муть… Я настоящего не вижу… – Стен снял очки, протер глаза, растерянно оглянулся.
Сделал неуверенный шаг в сторону. Юл увидел, что стекла в очках теперь черны с двух сторон.
«Роман, зараза! Неужели ты знал?»
Или… очки не при чем?
Стен вытянул руку вперед, ощупывая пустоту.
Юл задохнулся от ужаса – его собственный страх смешался с отчаянием старшего брата.
Преодолевая себя, мальчишка сделал шаг к Стену. Тот коснулся его плеча, стиснул пальцы, сказал:
– Я ослеп. В самом прямом смысле слова.
– Возможно, это временно, – пробормотал Юл. – Если уничтожить очки…
– Разве дело в очках? – Стен дернул уголком рта, глядя поверх головы брата. – Ведь я это знал… Знал, что ослепну. Случилась, и не раз, когда не хватало воды и ожерелье начинало душить меня, я терял зрение. Помнится, во время приступа такой слепоты Игорь Колодин пытался меня захватить…