Чтение онлайн

Голос увлекает за собой куда-то вниз, сердце у обоих гулко бьется в груди, неистово и нежно, сочетая несочетаемое, как и их брак. Солнце и луна, день и ночь, волк и вьюнок. Но как же я за них счастлив!

— Начинаю догадываться, — после очень долгой паузы шепчет Алиенна, пряча улыбку.

Хотя от Дея прячь или не прячь, все одно. Ну вот, и я говорю, стоило ему только попасться!

Волк мгновенно притягивает ее к себе, долго целует, бормочет всякую милую чушь, она смеется в ответ, и я щурюсь, глядя на них. Волосы Алиенны растрепаны, щеки розовеют, глаза горят. Дей любуется ей так же, как и я. Шепчет, не было ли ей больно, а она, конечно же, мотает головой. Потом стеснительно спрашивает, а было ли ему хорошо с ней?

Было, было! Я тому свидетель!

Я больше не могу называть Лили девочкой, и вот это — больно. Зато мне радостно видеть их вместе — счастливого Дея, сияющую Алиенну, и я готов смириться с потерей. Это всего лишь имя, люди и ши меняют их, когда завершается какой-то этап и начинается новый. Мидир вон тоже стал Майлгуиром когда-то, изменившись сам и перечеркнув старую жизнь. Теперь и Алиенна…

— Дей, ты успеешь? — тревожится она, вспоминая о чем-то за границей вьюнков.

Да-да, моя госпожа, там вас ещё дожидается целый мир!

— Немного времени у нас есть, — как настоящий волк, Дей неутомим и ненасытен, а еще очень, неприлично счастлив, что у них есть это время. — Совсем немного, но…

Поцелуи иногда нужны больше слов, а Дей не больно-то разговорчив. В этих поцелуях, впрочем, смысл читается очень явно.

— Пока твой пес!.. — дыхание моей госпожи прерывается, невыносимо горят губы, в груди её сладко, вьюнки закручиваются крутыми спиралями желания. Выдох снова в губы Дею, о моя госпожа, ты будишь зверя! — На нас не смотрит?

— И твоя ящерица. Солнечная, — тянет довольно. Он водит пальцем по ее коже, покаянно гладя укусы. Потом в который раз обводит их языком, — как ты.

Глаза волка снова зажигаются знакомым огнем, золотятся мирным янтарем, муж моей госпожи видит сейчас только её, не сводя своих волшебных глаз, шутит:

— Пусть тоже уходит, я стесняюсь.

Он не стесняется, нет, я уверен! Но он не хочет ни с кем делить мою госпожу, сейчас — совсем не хочет.

От мысли, что Дей может чего-то стесняться, Алиенна опять заливается смехом, но тут же серьезнеет:

— Как это?

Её пальчики деловито зарываются принцу в волосы, черные, теплые и плотные, как звериная шерсть. Дей вздрагивает всем телом, ему трудно сосредоточиться на словах, но ради моей госпожи он готов на такой подвиг.

— Её же никто не видит!

Я хотел было уехать на широкой лохматой спине Грея. Но я здесь, я все вижу. И Дей меня?!

— Я тот, кто видит, чего другие не видят!

Дей расслаблен и доволен, как вдоволь наигравшийся зверь, он даже позволяет себе шутить. Да, Алиенну обнаженной никто, кроме него, не видел. Только я. Она шепчет, теперь мне, именно мне:

— Побудь с ним сегодня. Пожалуйста.

Взобраться на плечо Дея — пара секунд. Его волчья кожа бела, как свежевыпавший снег, и пахнет зимой, под ней круглятся мускулы, что мне непривычно. А еще она плотнее и горячее, чем моей де… моей госпожи, супруги волчьего принца.

Я ощущаю его руку на ее руке, его бедро на ее бедре. Я прикрываю глаза, не мешая им радоваться.

Кольца перед рассветом запылали ярче, очень надеюсь, что к счастью.

— Кому, как не мне, дорог Джаред! — рявкает Майлгуир.

Он поджимает губы, не глядя на наследника, подлокотник трещит в крепкой руке короля, и мне кажется, я слышу муку в его голосе.

— Он чтит честь нашего дома более, чем мы сами.

— Отошли его на дальние рубежи, — убеждает его сын. — Там сейчас очень тревожно. Фоморы то и дело нарушают границы, одиночные вылазки могут легко перейти в нападение отряда, и тогда мы легко не отобьемся. Нам и так словно разрешили победить! Для лесных это назначение будет выглядеть почетной ссылкой, а спокойнее станет всем нам, — это слово звучит для Дея уже иначе, но король пока этого не замечает. Дей умеет быть убедительным даже с собственным отцом. Научился. — Джаред будет только рад заняться обороной. Укрепить необходимо две сторожевые башни, а построить — не менее четырех.

— Нужен веский повод для помилования! Очень веский.

Король озлоблен, ему не нравится терять советника, почти друга, но если не пожертвовать Джаредом, то политические игры могут выйти вообще за пределы каких-либо правил.

— Пусть бы Финтан себе помял эту девку. Джаред всегда подставлялся ради солнечных!

Бросает взгляд на Дея, и мне кажется, это проверка. Или Мидиру до такой степени безразлична судьба Алиенны? Да и отдал ли он Джареда на растерзание? Ой, вряд ли. Услал бы на время, наказывая за неповиновение, это да.

Дей недвижим. Ни бровью, ни вздохом не дает понять своей ярости, только глаза на миг вспыхивают желтым огнем.

— Я шел за Джаредом следом, и он прикрыл меня в Черном Замке, как прикрывал в бою. Я понял, за что ты его так ценишь. Принцесса Солнца по защитой нашего дома, и он лишь вступился за нее. Вместо меня. Волки никогда не выказывали слабость!

Король хмурит брови, но — сдерживается. Майлгуир сдерживается! Это удавалось лишь Джареду, но Дей сейчас рассудителен и спокоен, словно… Советник.

— Сегодня сыны Леса союзники, завтра — враги. Разве так уже не было? Протяни палец, откусят руку, — тут Дей скалится, будто напоминая, чьё это право, откусывать руки. — Хочешь мира — готовься к войне, разве не это ты мне говорил когда-то?

— Финтан просил отдать Алиенну ему, — говорит король невпопад и опять пристально смотрит на сына. Наверняка ему есть что сказать, но сегодня он хочет слушать.

— Но ты ведь еще не ответил, мой король? Все равно, нельзя отдать в жены ту, кто уже замужем.