Телохранитель
Шрифт:
— А может, они выжидали, хотели посмотреть, выживет ли Эмма.
— Обязательно опиши его Би-Джею и Барри.
— Обязательно.
Она остановилась. Я вытащил конверт из-под какого-то письма Мэгги Т.
— Здесь стреляная гильза. У тебя нет эксперта, который бы взглянул на нее? Меня интересует абсолютно все. Отпечатки пальцев, тип оружия…
— Возможно, такой эксперт найдется. На всякий случай скажи-ка и номера «джипа». — Она вытащила из кармана пиджака ручку.
Я повторил номер, и она записала цифры и буквы на конверте. Потом она вышла. Я тоже. Я очень внимательно огляделся по сторонам. Ничего. Жанетт обошла машину и открыла багажник, порылась среди вещей и подошла ко мне с бело-синим целлофановым пакетом.
— Запасной магазин, сто патронов, наплечная кобура. Насколько я поняла, ты свой сотовый так и не нашел?
— Нет.
— Там есть новый. Я хочу быть в курсе. На счете четыреста рандов. И еще в пакете деньги. Десять тысяч рандов сторандовыми купюрами. Леммер, десять тысяч — деньги немаленькие. Потом отчитаешься.
— Сделаю что смогу.
Она торжественно вручила мне пакет.
— Спасибо, Жанетт.
— Не за что. А теперь слушай. Возьми их, чего бы это ни стоило. Но не попадай в неприятности с полицией. Если на тебе найдут «глок», ты вернешься на нары. Ты это знаешь.
— Да, матушка.
— Леммер, я серьезно!
— Знаю.
— Ладно, — сказала она и отвернулась.
— Жанетт…
Она раздраженно остановилась и вытерла пот со лба.
— Что?
— Если она так богата, почему выбрала самый дешевый вариант?
— Кто? Эмма?
— Да.
— По-твоему, ты — самый дешевый вариант?
— Я не думаю, я знаю.
Жанетт покачала головой:
— Ты ничего не знаешь. Она пришла и заявила, что ей нужен самый лучший. Деньги не проблема.
Я ждал, что она засмеется, скажет, что она шутит. Но она ничего не сказала.
— Леммер, я серьезно, — заявила Жанетт, заметив мое смущение.
— И ты поручила задание мне?
— И я поручила задание тебе.
— Издеваешься!
— На такой жаре?
Она постояла еще секунду и открыла дверцу «мерседеса».
— Пока, Леммер. С Новым годом!
— Обниматься-целоваться не будем?
— Пошел ты, Леммер! — Она села в машину, но не смогла скрыть улыбку. Потом она уехала, ни разу не оглянувшись.
Я подошел к стойке администратора больницы и спросил, какой у них номер телефона. Этот номер я забил в память своего нового мобильника. Потом я направился в блок интенсивной терапии, где напротив двух полицейских уже сидел Барри Миннар.
— Уже тоскуешь от одиночества? — спросил он, увидев меня.
Я кивнул в сторону представителей закона:
— Представители ЮАПС что-нибудь тебе сказали?
— Много чего. Уже наябедничали начальству.
— Патуди?
— Ему самому.
— Он будет рвать и метать, но ничего не сделает.
Барри достал из кармана рубашки сложенный лист бумаги:
— Вот копия контракта с Леру. Пусть Патуди рвет и мечет, если захочет.
— На парковке мы встретили кое-каких друзей. Черный «джип-гранд-чероки», TWS 519 GP. Водитель белый, волосы темно-каштановые, короткие. Пассажир прятал лицо.
— Ты попрощался с ними?
— У них не было времени. По-моему, дружбе конец.
— Хорошо, что ты сказал о них мне.
— Барри, — я вытащил мобильник, — скажи свой номер.
Он назвал свой номер. Потом я забрал свои вещи из номера для особо важных гостей.
29
В будке у ворот «Мололобе» сидел незнакомый человек. На его бедже значилось: «Сидни. Начальник охраны». Я спросил, когда будет смена Эдвина.
— Эдвин ушел.
— Ушел?
— Да, сэр.
— Что значит «ушел»?
— Никто не знает, где он.
Я въехал на территорию и направился к домику администрации. По пути пришлось ждать полчаса, пока я пропускал стадо слонов, переходивших дорогу. Четверо самцов, восемь самок и четыре слоненка. Они не торопились. С выражением крайнего презрения они взирали на «ауди» сверху вниз — подумаешь, чудо техники!
Сьюзен-Сусан была на боевом посту. Помогала паре американцев среднего возраста разобраться со счетом. Она привычным жестом отбрасывала назад густую прядь светлых волос, улыбалась безупречными зубами и говорила:
— Конечно, мистер Брэдли, большое вам спасибо, мистер Брэдли.
Когда американец отошел, она подняла голову и увидела меня. Улыбка сменилась озабоченным выражением.
— Господин Леммер! — К моему изумлению, она обратилась ко мне на африкаансе и даже вышла из-за стойки.
— Здравствуйте, Сьюзен.
— Мы все были потрясены, когда узнали о мисс Леру… — Она подошла ко мне вплотную.
— Вот как… Интересно, кто вам рассказал?
— Здесь побывал инспектор Патуди.
— Естественно.
— Как она?
— Ей немного лучше.
— Она поправится?
— Пока рано судить.
Сьюзен положила руку мне на плечо.
— А вы, мистер Леммер? Как вы себя чувствуете? — заботливо осведомилась она.
Надо было признать, держалась она великолепно.
— Я в порядке.
— Мы даже не знаем, что случилось!
— На нас напали. Хотели угнать машину.
Она убрала руку с моего плеча и приложила ее ко рту.
— Угнать машину! Надо же! Здесь…
— Сьюзен, я ищу Эдвина, привратника.
Она помолчала, а потом чуть суше заявила:
— О нем вам лучше поговорить с Грегом.
— Где мне его найти?
Она проводила меня к Грегу, «Начальнику службы гостеприимства», толстяку с редеющими светлыми волосами и румяными щеками.