Тело для богини
Шрифт:
Глава 1
Слеза Морфея
Она шла по всё ещё находящемуся в предрассветный дрёме лесу. Голые ступни касались влажной травы, давя призрачные капельки росы. Лёгкий подол длинной батистовой ночной рубашки, белым облаком окутавший хрупкий девичий стан, совсем промок. Тончайшие паутинки беспрестанно прилипали к её бледному лицу, заставляя вздрагивать от их липкого прикосновения. Щупальца колючего кустарника цеплялись за длинные волосы, живым плащом трепетавшие в потоках незримого ветра.
В сплетённых кронах деревьев слышались тревожные голоса птиц, знавших, казалось, неведомое.
Папоротники раскинули повсюду свои зелёные перья, напоминающие хвосты коварных птиц ночи, спрятавшихся под землю и готовых вырваться наружу, с целью атаковать незваного гостя, вторгшегося в тайное сердце леса.
Зелёный мох раскрашивал сухие стволы погибших деревьев мягким пушистым ковром. В обволакивающей темноте то тут то там флюоресцировали зеленовато-жёлтый светом свисающие с ветвей и прячущиеся в траве диковинные грибы.
Кровавая луна сияла с тёмного неба. Свет её волшебным потоком лился на заснувшую землю…
В этом призрачном свете трепетала энергия чистого зла…
Деревья всё сильнее надвигались со всех сторон, готовые раздавить её в своих древесных объятиях…
В голове невидимым эхом звучал таинственный голос…
Подвластная его зову она настойчиво продолжала идти вперёд, несмотря на ощущение надвигающегося на неё ужаса, заставляющего, одновременно, трепетать от страха и от непреодолимого желания увидеть пугающее…
Медленно аромат ночных цветов смешался с лёгким шлейфом угнетающего чувства аромата… На секунду она замерла, а затем ещё быстрее заскользила в зыбкую тьму…
Внезапно лес распахнул свои ветвистые лапы и открыл проход на небольшую круглую поляну с утоптанной безжизненной травой.
Едкий и сладковатый запах горевшей плоти заполнил всё вокруг…
Взгляд её широко распахнутых тёмных глаз застыл на чёрном неподвижном теле.
Крепко примотанное к высокому тяжёлому шесту, стояло оно на постаменте из сложенных обугленных брёвен, словно адов памятник покинувшей его душе.
Тихим приведением приблизилась она к нему, поднялась по готовой рассыпаться лестнице и, вглядываясь в оплывшее лицо, застыла, пытаясь осознать мужчина это или это женщина…
Где-то совсем рядом дико каркнул ворон и этот звук будто пробудил мертвеца. Веки его поднялись и живые влажные глаза устремили на неё флюиды немого страдания.
Не в силах оторвать взгляд от этих ищущих глаз, она увидела, как крупная слезинка навернулась на них, медленно стекла вниз и коснувшись её обнажённой ступни, обожгла её огненной каплей. Из открытого в немом крике рта сожжённого донёсся хриплый стон: “Он идёт за тобой”.
В то же мгновение чёрные крылья мелькнули перед ней, поленья с треском рухнули, рассыпавшись серым пеплом…
Хватаясь руками за воздух, она полетела вниз и….
Проснулась…
Несколько секунд Эдера находилась между сном и явью, щурясь от слепящих солнечных лучей, устроивших пляску на её лице. Затем стряхнула с себя остатки ночного кошмара и взглянула на будильник. Резные стрелки его старинного циферблата слились на римской цифре девять. “Как могла я проспать так долго,”– пронеслось в её голове.
Будучи жаворонком по своей природе, Эдера просыпалась в 5 утра, не зависимо от погоды или времени года, но сейчас ей хотелось лишь тонуть и тонуть в расслабляющей неге кровати…
Она буквально утопала в ворохе пуховых подушек и обвивающем её обнажённое тело мягчайшем воздушном одеяле. Хрустящие ситцевые простыни благоухали свежестью и отливали белоснежной чистотой, наводя на мысль о практикуемой когда-то стирки руками с последующим накрахмаливанием белья. И всё это воздушное великолепие было усыпано крупными алыми маками.
Изящными ловкими пальцами взяла Эдера нежный цветок, поцеловала тонкий почти прозрачный лепесток и, счастливо улыбнувшись, повернула голову туда, где лежала подушка её жениха, сохраняющая ещё пряный запах его волос. Легкокрылой бабочкой в голове пронеслось чудесное воспоминание о предыдущем вечере или скорее ночи, когда они приехали сюда, в этот старинный дом, принадлежащий семье жениха уже второе столетие…
Завязав ей глаза шёлковым платком, привёл он её в эту спальню и в непроглядной темноте уложил в кровать, чтобы следующий день стал началом сюрпризов и открытий, постепенно приходящих в её новую жизнь…
Вновь вдохнув родной любимый запах, Эдера вскочила с постели. Ноги её коснулись натёртого до блеска паркетного пола из светлого дерева, и в то же мгновение она почувствовала боль от ожога на внешней поверхности своей правой ступни и следом заметила, что подол кружевной ночной сорочки слегка разорван…
Эд вздрогнула, но тут же рассмеялась. Казалось по-детски глупым, поверить в реальность сновидения…Поэтому списав ощущение ожога на странную аномалию мозга, а разорванную сорочку на собственную оплошность, она произнесла знакомую с детства фразу: “Куда ночь, туда и сон” и сразу же выбросила из головы бесцельные мысли. Сейчас ей хотелось лишь одного – осмотреть комнату.
Потянувшись, как гибкая кошка, она огляделась вокруг.
Это было поистине любовное гнёздышко, сотканное для них двоих. Здесь царил роскошный стиль барокко, завораживающий своей мягкостью и обилием форм. Огромная кровать, цвета слоновой кости, занимала большую часть спальной комнаты. Её украшенное выступающими, изгибающимися растительными мотивами и завитками с изящными линиями позолоты изголовье почти касалось светло-бежевой стены. Изножье этого ложа так же являлось истинным украшением комнаты, повторяя мотивы изголовья и открывая взору гнутые резные ножки. Справа у стены стоял великолепный пузатый шкаф с инкрустированными шпоном, перламутром и кусочками зеркал створками. Две прикроватные тумбочки и мягкое обтянутое жаккардом кресло с округлой спинкой и подлокотниками-ракушками довершали меблировку. На потолке, словно сотканная из золота и страз, вилась ажурными канделябрами изумительная старинная люстра ручной работы. Пол покрывал шёлковый отливающий золотистым переливом ковёр.