Чтение онлайн

— Конечно, обязательно, — ответил Эрл. — Простите, а мой багаж еще не прибыл?

— Ваш багаж, сэр?

— А разве я не предупредил вас? Извините! Я отправлял его со станции на адрес отеля.

— Подождите минутку, я узнаю. — Голос смолк, послышались шаги и через несколько минут трубка снова ожила:

— Вы слушаете, сэр? На ваше имя багаж не поступал.

— Наверное, произошла какая-нибудь досадная ошибка. Придется съездить и узнать самому… А вы абсолютно уверены, что мне следует предпочесть именно жаркое вечером?

— Слово чести, сэр!

— Тогда я обязательно возьму его. И еще вино и ликер обязательно. Я полностью доверяю вашему вкусу в этом вопросе и обещаю, что с моей стороны никакого недовольства не будет.

— Понятно, сэр, не сомневайтесь! — в голосе слышалась легкая улыбка. — Я надеюсь, что с вашим багажом все будет в порядке!

Время, думал Дюмарест, опуская трубку аппарата. Ему необходимо действовать очень быстро. Керон идет по следу и, похоже, довольно стремительно. Разговор о еде, на который он потратил несколько минут, мог помочь дезориентировать преследователей. Человек, собирающийся исчезнуть из этого отеля, вряд ли стал бы столь подробно говорить об ужине. Но этот ужин пройдет без его участия.

Что же ему предпринять? Где остановиться на ночь? В создавшейся ситуации человек, не имеющий удостоверения, вызовет подозрение в любом отеле. Использовать офицерское — слишком рискованно. Может, бордель? Нет. Там будут искать в первую очередь. Прогуливаться по улицам? Там наверняка полно охранников, занятых его поисками.

Дюмарест вышел на улицу. Небо постепенно затягивалось тучами; сильно похолодало. Эрл выбросил в мусорник бумажник и лазер и зашел в ближайший магазин. Он купил легкое пальто: человек без верхней одежды в такую погоду будет смотреться слишком подозрительно. Расплачиваясь за покупку, Эрл поинтересовался:

— Как мне добраться до вокзала? — спросил он продавца.

— Который вам нужен? Подземка или железнодорожный?

— Второй.

— Пять кварталов на север и три — к востоку отсюда. Вы приезжий?

— Да, прилетел только вчера. Ваш город очень красив.

— Этот? — клерк презрительно поджал губы: — Вы просто не видели столицы! Технос — просто настоящий современный гигант! А этот скорее похож на казармы. Он просто наводнен военными; куда ни глянь — везде сплошные мундиры! А вы на службе?

— Нет; я здесь по делам гражданской фирмы.

— Вам везет! А меня забирают на службу через неделю. Два года трубить безвылазно! И все потому, что эти болваны на Кесте не хотят жить по-человечески. Ведь даже ребенку понятно, что им же будет лучше при власти нашего Технарха! Но они — глупцы и упрямцы! Так что мне предстоит два года служить там на охране какого-нибудь объекта. И, может статься, схлопочу нож в спину от слишком ретивого местного жителя!

— Глупцы, — согласился Эрл. — Но зачем посылать вас туда? Почему нельзя использовать людей, набранных на Лоуме?

Молодой человек смотрел непонимающе:

— Каких людей?

— Вам неизвестно об этих специальных наборах? — Эрл посмотрел в удивленные глаза юноши. — Впрочем, неважно. Я, наверное, что-то перепутал. Никогда нельзя верить слухам.

Вокзал, на который приехал Эрл, находился на возвышении, откуда как на ладони был виден весь город. Вся территория вокзала и посадочного поля была наводнена охранниками. Эрл прошел сквозь толпу, направляясь к справочной. Железная дорога по форме представляла собой петлеобразную систему; поезда к столице шли и в западном и в восточном направлениях, проходили по побережью и по общей ветке возвращались в Технос.

Помня об охранниках, Эрл направился к кассе.

— Один билет до Фарбейна, пожалуйста.

— В один конец или прямой-обратный?

— Двойной.

Клерк оформил билет, отметил его в компьютере и взглянул на Дюмареста:

— Ваше удостоверение, пожалуйста.

Эрл протянул карточку Керона. Это было рискованно. Но поскольку им еще не было известно, что Эрл изменил цвет кожи, а его и клерка разделяла пластиковая перегородка, не позволяющая рассмотреть его подробно, то риск чуть уменьшался.

Клерк взял протянутую карточку, ввел данные в компьютер.

— Все в порядке, майор, — он протянул билет и удостоверение Эрлу:

— Платформа номер два. В вашем распоряжении двадцать минут до отправления.

Он даже не взглянул в лицо Эрла, возвращая документ…

Из своего окна Мада Грист в задумчивости смотрела на медленное и мягкое движение снежинок. Снегопад начался около часа назад, и теперь макушки деревьев ближнего леса, ровное обширное поле, все выступы зданий и балконы были покрыты мягким белым одеялом, переливающимся в свете огней отеля. Есть какое-то грустное очарование в снегопаде, думала она, в неповторимости, красоте каждой отдельной резной снежинки, которая, находясь полностью во власти ветра, кружится, волнуется, движется, но так или иначе оказывается частичкой снежного покрова, частью чего-то целого, монолитного.

Как и человек, решила она, сравнив. Он рождается, мечется, совершает разные поступки, ошибается, исправляет — и так всю жизнь, чтобы прийти в конце концов к печальной неподвижности. Но все-таки сравнение не совсем точно, поправила она себя. Ведь люди в отличие от пассивных снежинок могут, совершая поступки, выбирать направление своего перемещения, жить там, где им нравится.

Мада вздохнула и отошла от окна, постепенно возвращаясь в реальность. Ее комната, мягко освещенная изнутри неярким светом, почти тонула в полумраке. Она включила контрольный индикатор часов; сверкнув ярким пятном, он напомнил, что в ее распоряжении осталось лишь около получаса до начала обеда. Она отмахнулась от него и приблизилась к большому зеркалу, укрепленному в стене.

Шелковая рубашка бесшумно упала к ее ногам. Ноги были длинными, изящными, хорошей формы, начиная от тонких лодыжек и кончая сильными округлыми бедрами. Зеркало отражало всю ее стройную фигуру, подчеркнуто тонкую талию, великолепную высокую грудь и женственную мягкость плеч. Она провела руками по бархатистой коже груди и изгибу шеи…

Часы, просигналив, снова напомнили ей о распорядке; через два часа начнется заседание Совета. Только Варгасу может прийти в голову созывать Совет в столь неудобное время! Он становится все более беспокойным и странным день ото дня; Мада решила, что Совет прекрасно может состояться и без ее участия. Это будет не первое и, она знала наверняка, не последнее заседание, которое она пропустит. Вечером у нее есть более неотложные дела, требующие ее участия.