Тайник
Шрифт:
— Хотели, чтобы я зашла в дверь для прислуги и бродячих торговцев, — пошутила Джуд, следуя за ним вверх по лестнице.
— Господи, конечно, нет! Я не принял вас за торговку, — расстроился мужчина. — Просто все терпеть не могут взбираться на это крыльцо, особенно с детскими колясками.
— Да, конечно, — кивнула Джуд, посчитав, что он человек приятный, но без всякого чувства юмора.
Они добрались до круглого мраморного атриума, где в нишах стояли каменные бюсты насупленных римлян. Переполненная вешалка приютила коллекцию маленьких цветных резиновых сапожек и игрушечных зонтиков. Коробка с пластиковыми машинками, роботами и ухмыляющимися куклами лежала прямо перед давно усопшим цезарем. Возмущенный взгляд последнего был так комичен, что Джуд едва сдерживала смех, из опасения оскорбить хозяина.
— Могу я взять ваш жакет? — вежливо спросил мужчина.
— Пожалуй, я в нем останусь.
«Здесь довольно холодно. Наверное, из-за мраморных стен», — подумала Джуд.
— Сколько у вас детей?
— Трехлетние близнецы, — ответил хозяин удивленно, будто сам себе не верил. — Мальчик и девочка. Жена повезла их в Йоркшир, к своим родителям. Здесь сразу стало спокойнее.
На этот раз она с облегчением увидела в его глазах веселые искорки.
— Хотя я скучаю по ним. Теперь прямо. — Он повел ее по длинному коридору и открыл дверь в передней части дома.
— О, как чудесно! — воскликнула Джуд.
Она вошла в одну из самых оригинальных и красивейших библиотек, какие только видела. Комната выглядела почти овальной: эффект создавали белые книжные шкафы, высящиеся у стен двумя огромными изгибающимися скобками от двери до окна. Под высоким оконным переплетом громоздился огромный старый глобус, слегка наклоненный, словно готовый подняться на орбиту. Почти рядом притулилась модель Солнечной системы, о которой Роберт упоминал по телефону: сферическая структура из пересекающихся деревянных обручей, представляющих разные орбиты планет Солнечной системы. Джуд подошла ближе, чтобы лучше ее рассмотреть.
— Великолепно, правда? — Роберт погладил внешний обруч. — В детстве меня всегда восхищала эта модель, тем более что здесь не все известные сейчас планеты. Кстати, когда открыли Уран?
— Уильям Гершель обнаружил его в восьмидесятых годах семнадцатого века.
Она сосчитала планеты. Всего шесть, включая Землю. Урана действительно нет.
— У меня плохая память на даты, — хмыкнул Роберт. — Алексия всегда жалуется. Будьте как дома, Джуд. Сейчас сообщу маме, что вы здесь. Хотите кофе?
— Было бы неплохо, — кивнула Джуд.
Роберт вышел, закрыв за собой дверь. Он ей понравился: довольно приятный человек, типичный деревенский сквайр. Немного нервный, но бывали клиенты и похуже.
Джуд наслаждалась спокойным полумраком, успокаивающими запахами дерева, кожи и старых книг. На мгновение она залюбовалась висящим над камином романтическим портретом молодого человека в костюме восемнадцатого века.
Овальная форма библиотеки вызывала странные ощущения. Она чувствовала себя как в большом яйце или трюме старого корабля. Расставленные у мраморного камина солидные кожаные кресла и диван привносили в обстановку сдержанность.
Облокотившись на кресло, Джуд стала рассматривать потолок, представляющий собой астрологическую карту ночного неба с обозначением знаков созвездий: Водолея, Близнецов, Рака и остальных, выполненных золотом, кармином, серебром и белилами. Поразительная красота!
Она оставила портфель у большого письменного стола рядом с окном и глянула на большой двор. За газоном начиналось поле небрежно скошенной травы, затем шли деревья. Низкая стена отгораживала дом от дороги. За дорогой до самого горизонта тянулись поля и кусты живой изгороди.
«Где же коттедж егеря, в котором жила бабушка, и лесные развалины башни?» — задумалась Джуд.
Справа от парка виднелся низкий холм, окруженный густой рощей. Должно быть, башня там, хотя отсюда не видно.
Джуд прошлась по комнате, останавливаясь у шкафов и полок. Здесь в большинстве были издания девятнадцатого и начала двадцатого века: романы, устаревшие справочники, работы по истории и путешествиям. Книги явно читали, значит, здесь живут люди образованные, хотя ни одного ценного издания Джуд не заметила.
Только в глубине комнаты она увидела то, что искала. Книги стояли за запертыми стеклянными дверцами шкафа. Ключ лежал на соседней полке, но, несмотря на предложение Роберта чувствовать себя как дома, Джуд посчитала необходимым подождать возвращения хозяина. Сквозь стекло она смогла разобрать вытисненные золотом заглавия. «Полная оптическая система» Роберта Смита — первое издание, и можно выручить пару тысяч только за этот том. «Разъяснения по астрономии» Джеймса Фергюсона тоже дорогая книга, и, похоже, знаменитый «Атлас звездного неба» Флемстида. Разглядев во втором ряду «Принципы» Ньютона, она ощутила прилив адреналина. Чрезвычайно редкое издание.
Джуд повернулась на стук открывшейся двери. В комнату вошла элегантно одетая женщина в сопровождении Роберта с кофейным подносом.
— Мисс Гауэр Джуд… — представил Роберт и поставил поднос на столик у камина. — Это моя мать, Шанталь Уикем.
Миссис Уикем протянула ей изящную руку:
— Могу я называть вас Джуд? Не представляете, как рада вас видеть.
Когда их руки соприкоснулись, а взгляды встретились, словно некая теплая сила передалась от пожилой женщины к молодой, и Джуд едва не охнула.
Шанталь Уикем была прекрасна…
«Все еще прекрасна, — мысленно поправилась Джуд. — Трудно сказать, сколько ей лет: пятьдесят пять или семьдесят. Почти такая же высокая, как я, спина прямая, густые, темные, пронизанные серебром волосы до плеч и высокие скулы. У нее природная грация: такой не добьешься с помощью одежды от модного дизайнера. Но хотя тональный крем скрывал большинство следов возраста, все же под карими глазами виднелись большие впадины. Похоже, она, как и я, знает, что такое всю ночь ворочаться в постели без сна».