Чтение онлайн

— А я вот, бессонницей мучаюсь. Дома одному скучно, вот, катаюсь. Если повезет, подвезу кого, поговорю. У меня пес был, Булька. Старый, умер полгода назад, а я тоже старый. В этом году девяносто будет. Завел бы пса, да сам помру, кому он нужен будет? На улице окажется. А этой железке все равно. — дед стукнул ладонью по приборке.

— Как вас зовут? — две минуты общался с этим стариком, а уже испытывал острое желание знать его имя.

— Владимир Григорьевич, а тебя? — он обрадовался моему интересу, ему и поговорить-то не с кем.

— Сашка я. — представился по-детски, рядом с ним я ребенок и есть.

— Сашка… — он улыбнулся, с грустью повторил мое имя, думая о чем-то своем, далеком, а потом рассказал, о чем вспомнил.

— Друг детства. Так и звали, как тебя. Вы, кстати, чем-то похожи с ним. Ему мяч подарили, мы его гонять пошли во двор. Новый мяч, настоящий. Это сейчас игрушек валом, какие хочешь. А вот тогда, нам мальчишкам ценность была. Тогда-то и узнали, что война. Все было, страх, голод, завод, эвакуация, а главное, смерть. А вот война, она все с тем мячом и с Сашкой в памяти засела. Погиб он. В первый год еще. Я сам-то не москвич, с Ленинграда. — поведал мне старик, не отвлекаясь от дороги.

— И что же вы, один совсем? — жаль его стало, не потому, что война и друг погиб, потому что мотается по ночным дорогам, а поговорить не с кем.

— С женой прожили полвека, схоронил. Дети выросли, я прадед уже. Уехали мои за границу. Меня звали, а у меня жена тут. Память, все тут. Здесь влюбился, женился, детей тут вырастил, даже внуков тут понянчить успел. А правнуков, их два у меня, их видел только по фотографиям. Дочка присылала. — он радостно улыбнулся, вспоминая о правнуках.

— А друзья? Неужели друзей нет? — хороший же дед, все никак в голове не укладывалось, что один он.

А он усмехнулся и спросил;

— Вот ты молодой, скажи, много у тебя друзей, которым можно ночью хотя бы позвонить и поговорить?

Я задумался, кому я могу ночью позвонить? Да никому.

— Вот! То-то и оно. Друзья есть, только с одной разницей, спят они по ночам. А я нет. — с грустью заметил он.

— И не боитесь вот так вот ездить ночью, подбирать всех подряд?

— А я не подряд, я вот таких вот влюбленных подбираю. — серьезно заявил он.

— С чего вы взяли что я влюбленный? На лбу написано? — я посмеялся.

— Написано, но не на лбу. А вокруг тебя аура цвета любви. — он так повел рукой, перебирая пальцами воздух, и почти пропел последнюю фразу.

— Что, вообще, такое любовь? Химия? А цвет ауры, это ее химическая реакция? И какой цвет-то? — завалил деда вопросами.

— Золотой, конечно. — уверенно, даже немного возмущенно заявил он.

— Допустим. Ну и все же, что такое любовь? — даже было интересно, о чем думает старшее поколение.

— Любовь, это магия. — протягивая последнее слово, ответил дедуля, точно блаженный.

— Магия, в смысле приворот, что ли? — спросил, а сам про себя думаю, ну да там вроде рядом, аура, магия, дед, похоже колдун.

— В смысле того, что это волшебство. Это не химия, любовь — это всего миг. Встреча двух людей, в нужное время, в нужном месте. Разве это химия? — дедок улыбнулся с вопросом, а потом серьезно спросил; — Тут налево? Или прямо? — только сейчас сообразил, что он меня довез, а ведь казалось, что совсем мало времени прошло.

— А вы тут к обочине прижмитесь, я дальше пешочком добегу. Сколько с меня? — полез в карман за бумажником, но уловил строгий взгляд, дед денег не возьмет.

Немного подумал, достал-таки бумажник, визитку свою вытащил.

— Вот, возьмите. — протянул ему кусок картона со своими телефонами.

— Звонить тебе по ночам? — посмеялся дед.

— Звоните, и заведите пса. — я выскочил из машины и уже снаружи крикнул ему; — Я его заберу!

Крикнул, и сразу пошел прочь, чтоб не смущать дедулю. Потом шел до дома и думал, он позвонит. Хотел, чтоб он позвонил. Это мой дед. У меня с ним случилась магия, золотого цвета аура. Посмеялся со своих же мыслей и забежал в свой подъезд.

Как ушел от Кристины, так старался и не думать о ней, о нас. Даже беседа с дедом, про ауру любви и магию, на то не сподвигла. Весь следующий день был на работе, дел накопилось, без обеда разгребал, один кофе хлебал.

Когда мама позвонила, обрадовался. Думал на ужин меня позовёт.

— Какого черта Саша?! Я же просила тебя, ничего не говорить никому о том, что Кристина приёмный ребёнок! — без приветствия, мама начала сразу с претензий.

—Я никому и не говорил. А что случилось? — спросил ее, а самого уже колотун бьет.

Неужели Кристина на меня нажаловалась маме моей?

— Не говорил? Тогда какого спрашивается рожна, Кристина сегодня приехала ко мне, и расспрашивала, кто знает про неё?! — мама так кричала, что пришлось телефон от уха убрать.

— И что ты ей сказала? — от нервного напряжения, не смог на месте усидеть, зашагал по кабинету.

— Что я могла сказать? Марина меня убьёт, если узнает, что я кому-то проболталась. Я сказала Кристине, что никто не знает. Поэтому ещё раз спрошу, ты уверен, что никто, кроме тебя не знает? — с нажимом спросила мама.

— Уверен. — слишком грубо ответил маме, и нажал отбой.

После этого разговора, долго не думал о том, что мне теперь делать. Решение пришло как-то само собой, раз Кристина все знает, то, сама мне все расскажет. А если нет, то не судьба. Значит, я для нее лишь брат и ничего больше, а все, что в клубе, это мне привиделось.

Работа дальше совсем не шла. Не мог работать. Все думал, как он будет, если все срастется. Как родителям сказать и каково будет их отношение. И лишь когда задумался уже о совместном будущем с Кристиной, вспомнил, она же с этим упырем встречаться удумала. Как представил, что между ними происходит, голова кругом пошла. Надо было срочно отвадить Олега от Крис. Плевать, даже если я для нее навсегда братом останусь. Пусть с кем-то другим лучше, но точно ни с этой козлиной мордой.