Тайна графа
Шрифт:
– Извини, дорогая, но я не вижу Лианы рядом с твоим братом.
– Отстаешь от жизни, родной, у них с Тор произошел обмен жен. Ты что, тупой? Илья Львович взял у Тор на правах хозяина его Эллу, а ему отдал после первой ночи Лиану в вечное пользование.
– Они же люди, а не предметы!
– Милый мой, значит, дамы на обмен согласились. Лианы в городе нет, ее Тор увез к себе.
– Меньше грез, меньше слез, так и должно было случиться, – пробормотал растерянный от новости Паша.
Виктория Львовна посмотрела на Пашу и ничего не добавила. Сверкающий певец появился на сцене. Ожидание, необходимое для знакомства с залом, закончилось. Но Паша продолжал смотреть в зал. Его друг Юра сидел с Аней, веселым кудрявым созданием, а Андрея и Аллы не было.
– Виктория Львовна, – прошептал Паша, – Юра с Андреем тоже жен поменяли?
– Нет, что ты, родной. Алла уехала к своему школьному другу, а Юра забрал у Андрея Аню вместе с сыном, – прошептала Виктория Львовна в ответ.
На них осуждающе посмотрели с соседнего столика, и они примолкли. Виктория Львовна внимательно посмотрела на Павла: красивый тридцатилетний мужчина в белом костюме, в белой сорочке и белых туфлях был самым обаятельным и импозантным в этом зале. Она удовлетворенно подумала, что все его грехи можно великодушно простить за неотразимую внешность.
В это же время в ресторане северной гостиницы появилась великолепная пара: Тор и Лиана. Они настолько подходили друг другу и так прекрасно смотрелись, что вся публика в зале как по команде повернула к ним свои головы, приветствуя их кивками, возгласами удивления и восхищения. Тор настоял, чтобы Лиана пришла с ним в ресторан, где они впервые почувствовали притяжение друг к другу. К ним подошла Клавдия Карловна, поздравила с возвращением и заметила Тору, что Лиана стала потрясающей женщиной, что они – славная пара.
В соседнем городке Василий и Алла решили отметить месяц своего сосуществования и вместе с детьми пришли в местный скоростной общепит. Здесь они заказали для детей выступление клоунов, которые детям подарили подарки за счет Василия.
Вся публика вольно и невольно смотрела на довольную жизнью пару с тремя детьми. Восхищенные взгляды посетителей обогревали Аллу, Василия и трех одинаковых мальчишек с разными стрижками. Как это ни покажется странным, но Алла чувствовала себя рядом с Васей хорошо и комфортно, и дети его слушали. Дома царил относительный порядок, и она с ужасом вспоминала о прежней своей жизни с Юрой и о возвращении даже не думала.
Темно и холодно в душе и на улице. Дикий рев ребенка оглушил все пространство помещения. Вася умудрился уронить на себя шкаф. Шкаф, новый и модный, упал на такой же шкаф своей макушкой, в результате ребенок оказался в шалаше из шкафов, но спасенным и нервным. Он кричал, кричал и вдруг затих у тарелки с макаронами. Алла посмотрела в зеркало и увидела свое отекшее лицо. Где-то такой отек лица она уже видела и вспомнила: у ее мамы был такой отек лица от медовой маски.
О, это она вчера купила медовик, съела его почти весь на одном дыхании и отекла. Глаза изменили свою форму под наплывом век. Вася ел любимые макароны и пока молчал. Тихо. Темно и холодно. Она хотела Василию написать письмо. Написала и стерла. Если она Васе что-нибудь напишет, он явится немедленно собственной персоной, а это непозволительная роскошь, а жаль. Вася-младший съел десяток макаронных завитушек и побежал в ванну с криками:
– Мама, я люблю тебя!
Юра уехал с двумя другими детьми к своей маме на побывку. Васю он недолюбливал, то ли ревновал к большому Васе, но с собой его не взял. Вася-младший тоже больше любил Васю, чем Юру. Вася заснул.
Алла посмотрела в зеркало, потом отвернула от него лицо с полной безнадежностью, но с надежной, что отек на лице пройдет. Алла взяла в руки телефон, набрала номер Лианы:
– Лиана, привет, у тебя есть минутка? Вася спит. Юра с детьми уехал к своей маме. А у меня отек на лице.
– Понятно, сидишь одна дома и страдаешь.
– Знаешь, Лиана, говорю тебе как на духу, грустно мне что-то, что ли, к Васе рвануть, когда отек с лица спадет? С Юрой у нас все плохо. О, я ведь не оставила четвертого ребенка…
– Ты мне про четвертого ребенка ничего не говорила.
– А чем хвалиться? Приехала я от Васи, выгнала из дома Аню. Она тут у Юры прижилась, пока меня не было. Пришел домой Юра и сделал мне четвертого ребенка. А ты знаешь, возьму я завтра одного Васю и поеду с ним к другому Васе, а ты скажешь Юре, что я к матери поехала.
– Алла, меня не ввязывай в ваши дела.
– Осторожная ты стала! Ладно, сама ему скажу. – сказала Алла и положила телефонную трубку.
Вася вскинул голову, как будто и не спал, закричал, заверещал. Слез с постели и забыл, что почти спал. Визг и крики на пустом месте. Алла вспомнила, что Вася с ним справлялся одной левой, и решила утром обязательно уехать к нему. Вася-маленький бегал по квартире, кричал, лез во все двери. Один за всех расшумелся.
Утром Алла посмотрела на себя в зеркало: отек несколько уменьшился, сделала маску на лицо и стала собирать вещи. Вася проснулся и особо не мешал сборам своей мамы. Он набрал игрушек целую сумку, словно помогая ей.
Алла часть игрушек вынула, остальные взяла и сказала:
– Спасибо этому дому, пойдем к другому, – и, взяв, за руку сына вышла из квартиры.
Легкий снег лег на их следы. Жизнь продолжалась. Естественно, дорога без Андрея не обошлась. Андрей заметил Аллу и Васю, он остановил рядом с ними машину.
– Алла, куда ты опять собралась ехать от своей судьбы? – спросил Андрей, открывая дверь машины.
– Андрей, чего спрашиваешь? К маме еду.
– Она тебя ждет не дождется! Не повезу я тебя!
– Я тебя сегодня не вызывала, ты сам остановился.
– Знаешь, моя хорошая, идем, я вас домой отведу. Ты не знаешь, что Юра уволился из универсама и вернулся домой? Так моя Аня мне все рассказала. После раздела имущества Виктория Львовна стала притеснять Юру, он и уволился. Иди домой, а то Виктория Львовна и вашу квартиру оприходует, а ты выходи на работу.
– Андрей, ты прав! Мне надо работать! Юра сам знает, что делает. Помоги домой вещи отнести.
– Идем, любимая! И не перечь госпоже Виктории Львовне, если ей на глаза попадешь!