Чтение онлайн

— Если ты только посмеешь их тронуть, я вспорю твою чёртову глотку, тварь.

И, не дожидаясь её ответа, я бросилась прочь из подвала. Вернувшись в комнату, я скинула с плеча сумку и вытащив из неё телефон, попыталась включить его, но, оказалось, что он уже разрядился. Быстро поставив его на зарядку, я принялась собирать чемодан. За то время, пока я собиралась мой мобильник немного подзарядился и я включив его, тут же обнаружила множество звонков и сообщений от Саши. Перезвонив ему, я рассказала тому обо всём, что сейчас произошло и попросила приехать, забрать меня к себе, на что он тут же согласился. Через пятнадцать минут он приехал и погрузив мои вещи в багажник, мы уехали к нему.

Три дня спустя.

С тех пор, как я сбежала из дома тётки прошло уже три дня. И за это время, я всё ещё никак не продвинулась в своём импровизированном "расследовании". Каждую ночь мы с Сашей следили за её домом, в надежде, что там произойдёт хоть что-то необычное, но проклятая старуха как — будто знала, что я рядом, даже днём из дома практически не выходила, не говоря уже о ночи. А сестра со мной общалась не охотно, считая, что я её "бросила", сбежав к какому-то парню. Ну не буду же я ей говорить о том, что практически всё время слежу за ней снаружи, не то подумает обо мне неизвестно что. В общем, моя фантазия дошла уже до того, что мне пришло в голову опросить чуть ли не каждого таксиста, в том районе, где живёт тётка, потратив при этом не маленькую сумму за их ожидание. Все они, как один утверждали, что хорошо знают её, так как она часто куда-нибудь ездит, оставляя при этом хорошие деньги сверху. На мои вопросы о том куда конкретно они её подвозили, таксисты отвечали: "Мол, то на рынок за продуктами, то в ТЦ, пару раз в год на вокзал ездила, посылку от дочери получала". Короче говоря, ничего интересного. Но вскоре, мне попался один очень интересный экземпляр, который, как мне показалось связан с тётушкой отнюдь не "деловыми" отношениями. Зовут его Анатолий — на вид обычный мужичок лет пятидесяти — пятидесяти пяти, седой, крупного такого телосложения, но отнюдь не толстый, нос как у орла, губы пухлые. Сев в машину мужчины, я незаметно для него включила диктофон на телефоне и принялась "разводить" того на информацию. И вот собственно, что он поведал: "С Верой я знаком уже лет так десять, хорошая, добрая женщина она. Всегда то продукты мне передаёт, то по триста-пятьсот рублей сверху накинет, то… в гости позовёт на "чай". В общем, отношения у меня с ней хорошие. Были. До одного момента". На мой вопрос, что же случилось между ними, он продолжил: "Где-то месяцев пять назад, она позвонила мне среди ночи и попросила срочно приехать. На мой вопрос, почему та не могла вызвать другого таксиста, а позвонила ночью именно МНЕ, Вера сказала, что-то вроде другие не могут держать язык за зубами и тем более, я ей должен. И да, не спрашивай о чём она имела ввиду, я всё равно не скажу ничего. Кхм, так вот, я приехал, она вытащила чемодан на крыльцо, мы погрузили его в багажник и Вера сказала, что это вещи, которые я должен отвезти на окраину города в дом её внука. Мол, он сам приезжать за ними не хочет". Когда я спросила не открывал ли он тот чемодан, мужчина ответил: "У меня сначала были такие мысли, уж очень странно вела себя твоя тётка в тот момент, но потом она подкинула мне сверху пять косарей и я тут же перестал об этом думать". Мысленно осудив мужика за его беспечность, я всё же спросила, что было дальше: "Ну, а дальше я отвёз чемодан по адресу и оставив его на возле дома, вернулся обратно. Вот только знаешь… мне кажется, что там вовсе не вещи были.

— И, что же по вашему там было? — спросила я.

— Не знаю, но от этой её просьбы, мне вдруг стало как- то не по себе. Как — будто я совершаю что-то плохое, понимаешь?

Посмотрев на него, я подумала:

— Уж не сомневайся дядя, я прекрасно понимаю о чём ты.

Но в ответ лишь неопределённо пожала плечами, чтобы не вызвать на счёт себя подозрений. А таксист всё никак не унимался.

— Ещё и запах от него исходил, совсем не приятный, а я, когда спросил у неё, мол чего от него так воняет, она сказала, что чемодан старый, и просто сыростью провонял. Но то был не запах сырости,… скорее трупный смрад.

— Хотите сказать, что тётя Вера убила кого-то и через вас решила избавиться от останков?

Задумчиво почесав подбородок, он ответил:

— Не знаю. Правда, не знаю. Я же не проверял его, а лишь просто сделал, как она попросила. Вот только после этого я настойчиво попросил её ко мне больше не обращаться.

— И что же, она выполнила вашу просьбу?

— Да. С того дня Вера больше никогда меня ни о чём не просила, да и к себе звать перестала. Наверно другого… друга себе нашла.

— Ясно. Ну спасибо вам за такой… увлекательный рассказ.

— Да не за что, дитя. Хотя подожди, а тебе это вообще зачем нужно было?

Но я ничего не ответив, кинула лишь короткое: "До свидание" и быстро вышла из машины, буквально влетев в машину Саши.

— Гони быстрее, пока он не пошёл за мной! — воскликнула я.

И он без лишних вопросов втопил педаль газа и вскоре, мы уже были у него дома. Оказавшись в квартире, я приняла всё рассказывать ему. Ни разу не перебив меня, Саша внимательно слушал всё, что я говорю и по его реакции было видно, его это откровение шокировало не меньше, чем меня. Закончив, я умолкла на пару минут, пытаясь переварить всю полученную от таксиста информацию, но, чем больше мне удавалось понять, тем меньше видела какие-либо пути для спасения сестры и Вани.

— Чем же я только думала то? — произнесла я. Как могла оставить со своей чокнутой тёткой сестру?

Сочувственно посмотрев на меня, Саша сказал:

— Это не твоя вина, ты ведь не могла знать на сто процентов, что то, что ты видела правда.

— Да, но я и теперь не могу быть уверенна. Ведь таксист не проверял тот чемодан и он не мог знать, что там внутри чьё-то тело. Это лишь мои догадки.

— И всё равно я считаю, что нам надо пойти с этим в полицию.

— И что по-твоему они сделают? Прослушают запись, что я сделала и тут же её посадят? Нет. Они скажут, что слов какого-то таксиста недостаточно для того, чтобы арестовать её. А вдруг он в тот момент был пьяный или просто захотел отомстить тётке за то, что та стала его динамить?

— Да, вполне логично.

— Вот видишь.

— Но и в тоже время, полиция хотя бы ею заинтересуется, понимаешь?

— И что? Думаешь, она после этого испугается и перестанет убивать людей? Совершенно точно нет. Скорее это её ещё больше разозлит и уж тогда моим родным точно конец. Тут надо действовать иначе. Хм. А что, если… вначале показать запись ей и посмотреть на реакцию?

— И чего ты этим добьёшься? Надеешься на то, что она раскается во всём и тут же отпустит твоих родных? Нет, тут нужен другой план.

— Например?

Угрюмо посмотрев на меня, он ответил:

— Тебе это явно не понравится.

— О чём ты? Говори же!

— Тебе придётся сыграть роль приманки. Можно сделать копию данной записи и я с ней отправился бы в полицию, а ты к тётке, и…

Перебив его, я с воодушевлением продолжила:

— И пока я буду выводить её на чистую воду, ты поговоришь с полицейскими, и убедишь их проверить там всё. А, когда они приедут, то увидят лишь разъярённую старуху, которая пытается убить меня.

— Убить? — с беспокойством спросил Саша. Нет, я не это имел…

Но я даже не дала ему договорить и тут же заткнула рот поцелуем.

— Ты просто гений. Сегодня же и сделаем это.

Не весело улыбнувшись, он лишь кивнул в ответ.

Подключив телефон к ноуту парня, я скинула Саше запись на рабочий стол, а оттуда уже на его мобильник. Когда всё было готово, я стала собираться на "миссию". Подготовившись, я отошла от зеркала и посмотрела на Сашу, который стоял возле окна, задумчиво глядя на горизонт. Подойдя к нему со спины, я положила свои руки ему на живот и спросила:

— Что с тобой?

Даже не удостоив меня своим вниманием, он продолжил молчать дальше. Несколько разозлившись на эту выходку, я раздражённым голосом спросила:

— Так и продолжишь молчать?

— А что мне ещё остаётся, тебя ведь не интересует моё мнение.

— Это ещё как понимать?

Резко скинув с себя мои руки, парень повернулся ко мне, воскликнув:

— Я беспокоюсь за тебя, ясно?! Что если, пока я буду уговаривать копов предпринять хоть какие-то действия, ОНА тебя убьёт? Как я должен потом с этим жить, скажи?