Чтение онлайн

— Кажется, мне пора откланяться?

Корсаков приготовился встать, но Магистр, положив ладонь ему на плечо, удержал его.

— Погодите.

Из складок одежды Магистр достал плоскую фляжку. Свинтил колпачок. В воздухе поплыл аромат дорогого коньяка.

— Узнаете букет? Тот самый.

Корсаков хмыкнул.

— Ради встречи с вами я манкировал компанией с целым ящиком «Гжелки»!

Магистр поджал губы.

— Вы можете хоть на секунду быть серьезным?

— И не простите. Это нервное.

— Речь пойдет о вас и Анне.

Корсаков закинул ногу на ногу.

— Хорошо, я слушаю вас, Магистр.

— Теперь, когда уже все в прошлом, я могу признаться. — Магистр скользнул взглядом по Корсакову. — Вы знаете, из вас вышел бы прекрасный Сдающий. Да, да! Один случайный расклад, единственный расклад, что вы от нечего делать произвели в имении, и смешались карты всех Могущественных. Невероятно! Не будь этого, сейчас уже можно признаться, мы бы не выстояли.

— И что бы было?

— Ничего бы не было. — Магистр покачал головой. — Ничего бы не осталось от того, что вы привыкли считать своим миром.

— Вот уж не рассчитывал на такой эффект! Хотя бы за это вы оставите меня с Анной в покое?

Магистр улыбнулся и впервые у него получилась обычная человеческая улыбка. Ну, почти человеческая.

— Если откровенно, нам изрядно надоели ваши души, странствующие сквозь Время. В каждом поколении вы с ней встречаетесь, и, так или иначе, вносите разлад в планы весьма влиятельных сил. Хотите я подарю вам забвение? — неожиданно спросил он.

Магистр поболтал фляжку. В воздухе поплыло густое облачко терпкого коньячного аромата.

— Один глоток. Всего один глоток — и ваше движение во времени остановится. Наступит покой и забвение. Анна? Вы же знаете, она последует за вами даже в преисподнюю.

Корсаков отрицательно покачал головой.

— Спасибо, парное самоубийство в наши планы не входит. После того, что пришлось пережить, знаете ли, хочется пожить. Хотя бы год.

— С чего вы взяли, что я предлагаю вам яд? Это древний напиток способен подарить забвение и полный покой.

— Нет, благодарю. В моем мире полный покой бывает только на кладбище.

— Спрашивать в третий раз?

— Если не лениво. Ответ вам уже известен — нет. — Корсаков с иронией посмотрел на Магистра. — Вам не кажется, что вы вышли из возраста мелкого беса?

Магистр холодно рассмеялся. Как ледышки рассыпал по мраморному полу.

Он перевернул фляжку. И до капли вылил коньяк на землю.

— Это был яд? — равнодушно спросил Корсаков.

— Противоядие. Яд содержался в коньяке изначально. Яд, который вступает в силу при свете луны ровно в полночь. И уже ни какими средствами его из крови не вытравить.

Магистр указал на луну, всплывшую над крышей белого бастиона Минобороны.

— Думаете, это нормально видеть иную реальность? — произнес Магистр, не отрывая взгляда о шара луны. — Убогое сознание человеков способно вместить в себя лишь микроскопическую часть мира. Но этим муравьям, копошащимся в навозе, больше и не требуется. Они даже счастливы в своем неведении. А вам потребовалось видение. Обрести его можно только, отравив сознание муравья. И тогда человек становится подобен Черному ангелу из воинства Светоносного. Не все выдерживают такую перегрузку, попросту сходят с ума. Как ваш участковый. И единицы могут жить с ядом в крови всю жизнь. Самое странное, что ничего особо секретного в этом яде нет. Поверьте, такое зелье может изготовить любая полуграмотная деревенская ведьма. Или бабка вашей Анны.

— Причем тут Анна?

— Эта маленькая ведьмочка по женской линии принадлежит к весьма могущественному роду. В ее крови яд присутствует изначально. Просто она это еще до конца не осознала. Но кое-что у нее уже получается весьма недурно. Она же всех переиграла! Вас тоже. Она нашла у вас карты и выполнила расклад «Перст судьбы». На вас и на себя. В отличие от вас, она отлично знала, что делает, и как правильно сделать. И теперь никто не в силах изменить предначертанное.

— И что теперь с нами будет?

Магистр встал. Запахнул долгополый плащ. Кивнул Корсакову.

— Оставляю вас наедине с вашей судьбой.

И, шагнув в тень, исчез. Растворился в ночном воздухе. Следом растаяли черные тени стражников.

Луна поднялась над бульваром огромная, в пепельно-темных пятнах. Ее мощное сияние приглушило свет фонарей, и даже кинжальные лучи прожекторов, бьющие в небо у Храма Христа Спасителя, поблекли.

Корсаков взглянул на часы. До полуночи оставалось всего минута.

Он закрыл глаза и подставил лицо лунному свету.