Чтение онлайн

– Товарищ правду говорит. А то, что бумаг нету, так война неожиданно началась. Сюда они пробивались с боем.

– Пойми, дурья твоя башка, мы и так своим ходом прошли пятьсот километров, еще чуть-чуть и ходовая накроется, и его придется бросить!

– Что вы ругаетесь!

– Потому, что по государственному не мыслите, товарищ сержант госбезопасности.

– Ладно, есть платформа, сейчас подгонят.

– Патроны дай, 12.7, у нас последняя лента к зенитному пулемету.

– Нету! Идите к машине, а вы, товарищ оперуполномоченный, останьтесь.

Кукушка подала платформу, Мишка взгромоздился на нее, все бросились ошвартовывать и крепить танк. Затем вернулась Лариса, и через час подошел поезд из Смоленска. Дальше он не пошел, выгрузил бойцов и командиров здесь, к нему прицепили платформу, и тронулись в сторону Смоленска.

– Сергей!
– сказала Лариса, - Я теперь ваш командир. Старший команды. Соня и Валик едут в вагоне на Москву, а мы в Ленинград. А почему туда?

– Я, вообще-то, питерский, и там есть танковый завод, даже два.

Ночь прошла спокойно, а утро встретили на Смоленск-сортировочной, там формировали состав на Питер. С самого утра начались бомбежки. Расстреляв последние патроны к зенитному пулемету, Сергей понял бесплодность и бесполезность того, что он делает. Но, Лешка добыл с разбитого эшелона несколько ящиков патронов к ДШК, ящик консервов, несколько шинелей, немного хлеба. Состав сформировали, затем довольно долго ждали отправления, наконец, состав дернулся, и они поехали дальше. За Ярцево бомбить перестали. В Вязьме прибежала попрощаться Соня с ребенком, дальше их пути расходятся. Поезд шел не шатко - не валко, подолгу стоял на станциях. Ларисе, как единственной, имеющей нормальные документы, приходилось бегать за кипятком. Днем гоняли АЭА, чтобы можно было включить кондишн и радиостанцию. Ночью спали под танком. Добрались до Бологого, там стояли трое суток, где-то ремонтировали мост. Лишь 4 июля добрались до Ленинграда. Платформу затолкали эстакаду 174 завода возле Волковского кладбища на станции Навалочная. Запустили двигатель и сползли на грешную землю. Ночь, так и простояли до утра у ворот завода. Утром их разбудил, не петух прокукарекав, сержант ГБ, как человеков, с явным намерением арестовать, как врагов народа. Пока препирались с ним, появился главный инженер Гудков, он же, по совместительству и главный конструктор завода. Пришлось рукой поднимать его упавшую челюсть. Машину срочно затащили в цех. Григорий Васильевич, как только заглушили главный двигатель, забрался в машину. И выгнать его оттуда удалось только директору завода. Но, сержант, тоже, оказался не промах, успел созвониться, с кем следует, и творческую беседу в кабинете директора пришлось прервать на неопределенное время. В кабинет вошел мужичок с двумя красными шпалами на петлицах, в сопровождении того самого сержанта и трех других представителей доблестного ГБ с наганами в руках. Они пришли арестовывать немецких шпионов. Возникла довольно пикантная ситуация, так как на руках у экипажа были АКСУ, а страха перед органами не было. Все трое - добровольцы-'сепаратисты', злые и голодные, которые едва-едва успели выхватить из-под носа у немцев уникальную машину. В общем, у старшего лейтенанта ненавязчиво спросили: 'Видит ли он пламегасители вот этих вот машинок?'

– Я при исполнении!

– Вот и смотри в дырочку, и улыбайся, пока я буду перевешивать! (С) Убери своих обормотов, садись и слушай.

– И, действительно, Виктор Иванович, - подал голос директор Лев Ефимович Кон, - присаживайтесь. В конце концов, их сопровождала ваша сотрудница, можете расспросить ее обо всем. А нас, пожалуйста, не отвлекайте, потому, что и машина уникальна, и те сведения, которые привезли эти люди, очень нам нужны.

– У вас документы какие-нибудь есть?

– Практически никаких, мы не ожидали оказаться тут. И, вообще, не знаем, как так получилось. У Мишки есть украинский паспорт. У нас - нет, мы - граждане России.

– Что Вы этим хотите сказать? Вы - не граждане СССР?

– Нет, я был им до 1991 года, а Лешка - он молодой, и гражданином СССР не был.

– Мы проиграли эту войну?

– Ты, что, дурак, что-ли? Русским языком тебе сказали, до 91 года СССР был. Потом его не стало, распался на 15 государств, по числу республик. Или чуть больше, если считать непризнанные.

– Да я тебя!

– Сядь! Миш, покажи ему паспорт!

Михаил левой рукой, не убирая правую с рукоятки АКСУ, достал паспорт и протянул его старлею. Тот посмотрел на трезубец, глянул на все странички, и вдруг выгнал всех своих из кабинета. Демонстративно вложил наган в кобуру, ребята положили автоматы на колени, и продолжили отвечать на вопросы Григория Васильевича и Льва Ефимовича. Контрреволюционную пропаганду никто не вел. Шли вопросы о том, как провести ТО ходовой части танка. На столе директора зазвонил телефон, и Кон снял трубку.

– Здравствуйте, Вячеслав Александрович! Да, я просил Вас позвонить. Тут нам танк пригнали... Нет, не немецкий, наш, советский, т-84бм называется. Что-что? Где сделан?

– На Харьковском танковом имени Малышева. В 2010 году.

– Говорят, что на Харьковском танковом имени Малышева. В 2010 году. Как? Не знаю 'как'! И они сами не знают, но танк стоит в 5-м цехе. Требуется провести техническое обслуживание ходовой части...

Он надолго замолчал, потом коротко отвечал на вопросы:

– Дизель, 1200 сил, 51 тонна. 7 вперед, и четыре назад, автомат. 125 мм с автоматом заряжания. Нет, раздельное. Спаренный пулемет 7,62 и зенитный 12,7. До 750 мм лоб и до 800 башня. 70 км/час. Хорошо, вышлю машину. До свидания, товарищ нарком.

– Он вылетает сюда, прибудет на Комендантский, просил прислать машину. Так, товарищи, вы обедали?

– Мы еще не завтракали!

– А мне разрешите задать вопрос?
– спросил старший лейтенант ГБ.

– Слушаем.

– А что это за оружие?

– Автомат Калашникова, складной, укороченный. Калибр 5.45 мм.

– А коробочка на плече?

– УКВ радиостанция, приемо-передающая, с шифрованным сигналом.

Почти сразу после обеда старлей появился вновь, и уже с 'большим начальством': вместе с ним был невысокий курчавый человек, внешне напоминающий Кирова, с двумя ромбами на петлицах. Он представился и не пытался никого арестовывать.

– Начальник УНКГБ по Ленинграду и Ленинградской области старший майор госбезопасности Куприн.

Сергей позвал Ларису.

– Оперуполномоченный ОНКГБ Пограничного района сержант госбезопасности Фомичева.

– А Вы?
– спросил чекист.

– Командир танка и командир 2-й танковой роты Вооруженных Сил Новороссии 'Второй'. Зовут Сергеем.

– А фамилия?

– Она вам ничего не даст. Танкист. Сергей Танкист.

– Взглянуть можно?
– вежливо попросил начальник, показывая рукой на 5-й цех.

– Конечно, для этого его и пригнали, товарищ старший майор.