Шрифт:
Кофе с мёдом
Нити чувств – по телу ладони,
И руками сжимая простынь,
Я не грешница и не мадонна.
Я в тебя без ума влюбленная,
Вдох задерживает дыхание,
Углы губ разрывают стоны,
Выгибает дугой под ладонями,
Тело – током высоковольтным.
Ты учил меня милым глупостям,
Мёдом пахнущим и развратом,
Позвоночник руками – бусины,
Прижимаешь к себе – собирая.
За окном шпиль насаживал небо,
Ночь заканчивается дождями,
А у нас в постель пришло лето,
Солнцем пахнущее и цветами.
Кофе с мёдом – как настроение,
Нити чувств от плеча до бёдер,
Поцелуем рисуешь контуры,
Ты в меня без ума влюбленный.
Нет табу, раскрошилось слово,
Поцелуи в безумии брани,
Я не грешница и не мадонна,
Создал ты меня – идеальной.
Ночь в отеле
Ночь пришла мелодией забытой,
День забрал в коллекцию печали,
Свёл случайно нас с тобою случай,
Этой встречи мы с тобой не ждали,
Ветер шарф мой на тебя набросил,
Притянул друг к другу как петлею,
По глазам твоим ласкающей волною,
Море в шторме бушевало голубое.
Вечер страсти нас толкнул в объятья,
Небо в луже как бензиновая пленка,
Поднял на руки немного грубовато,
Не позволив намочить на луже ноги.
Предложил ты пить из лунных кубков,
Ночь, любовь, шампанским запивая,
Лёд на лужах был настолько хрупкий,
Он мелодией звучал, звенел ломаясь.
Ночь в отеле, воздух пахнет зноем,
Жарко, руки сплетены до дрожи,
Мы по лезвию идем, по самой кромке,
Ночь безумна, ей сейчас всё можно.
Мы теряли с каждым вздохом вечность,
Нервной дробью сердце отстреляло,
За окном или в постель явилось лето,
Счастье ночь в коллекцию забрало.
Фонари давно свой свет продали,
День купил, в коллекцию к печали,
В лунных кубках ещё ночь плескалась,
Мы её на день в отеле поменялась,
В постели
К черту морали, рамки тесны,
Рвут тишину клочьями стоны,
Солнце полдня в зените стоит,
У нас же в постели свои законы.
Ветром летит дыханье до звёзд,
Сердце стучит азбукой Морзе,
Точка-тире пульсом сплелось,
Движенье тела тире-тире-точка.
Счастье тонуть в горячих руках,
Мысли и тело бесстыдно раздеты,
Вот уже вспыхнул по окнам закат,
Рисует лучами по линиям тела.
Время к рассвету ведет за собой,
Сплетение рук сжимает до дрожи.
Азбука Морзе новой строкой,
Клеймом поцелуи горят по коже.
Лаской встревоженная постель,
Пахнет морозной свежестью,
Снег свежевыпавший простыней,
В рисунках нарцисса нежного.
Случайный роман
Так наверно нельзя. Это точно – нельзя,
Невозможно сменить лабиринт моей жизни,
Твой, крылом самолет по закату скользя,
Улетел. На моих глазах грусть, как обычно.
Впереди ночь без сна, небо – синяя мгла,
К стылым окнам вокзала щекой прикасаюсь,
«Самолет долетел» – эта весть мне нужна,
Но меня от небес чей-то взгляд отрывает.
Сердце словно раздето под взглядом чужим,
Разрушая ломает границы, лишает защиты,
Удивленный и нежный взгляд мне говорит:
– «Я влюбился в глаза твои беззащитные.
Грусть такую не видел ни где, никогда,
Очень жаль, что глаза не по мне тоскуют,
Я б испил слезы грусти губами до дна,
В них оставил навеки любовь поцелуями.
Прижиматься к тебе, в море страсти тонуть,
Захлебнуться от нежности бесконечной,
Бархат кожи ласкать, целовать твою грудь,
Отдаваясь на век твоей власти беспечно.
Моим воздухом будь, кровью в венах моих,
Моим миром, вселенной, райским эдемом,
Ты молчанье мое, недосказанный стих,
Мои мысли и шифры ночных откровений.»
Время рядом свернулось клубочком в часы,
Наше счастье вздыхает то томно, то страстно,
Судьбы словно шутя бог сложил на весы,
Замыкая круги, выбор дал беспристрастный.
Ночь срывается в день, жар смывает с души,
Тишина за врачует, грусть в глазах добавляя,
Только будут тревожить шум вокзала и сны,
О случайной любви невзначай вспоминая.
Последний танец
Мы танцевали страстно,
В серебряном свете луны,
Наш завершающий танец,
Как должное это прими.
Я буду с тобою нежной,
Ты как всегда – грубый,
Нарушим табу и запреты,
Страстью иссушены губы.
Тебя заманила улыбкой,
Трепетом длинных ресниц,
А ты боролся с желаньем,
Упасть предо мною ниц,
Я ангел была, ты демон,
Я светом, а ты был тьмой,
В лунной нежности этой,
Вечность танцуем с тобой.
Лед поцелуя, воск страсти.
Ловим рукой звездопады,
Мы друг у друга во власти,
Танцуем под песни цикады.
Танец желанья, как странно,
Бунтуется тело и нервы,