Тандрагар
Шрифт:
– Нет, сосед, просто ни разу не был в твоем городе, – в тон Жирдохе, ответил Слак. – Весть о смерти родни шла до меня очень долго…
– В каких сражениях вы участвовали, граф? – неожиданно для всех, нагло задал вопрос начальник стражи.
То, что граф Сл'aккул был лет на пятнадцать моложе всадника, находящегося слева от Жирдохи, Парн и так видел, но чтобы набраться наглости, без разрешения задать вопрос…
Парн, с ненавистью в глазах слетел с коня, и почти выдернул меч…
– Парн! – жестом остановил его Слак, и уже к Жирдохе с холодной улыбкой, – Я надеюсь не все твои служки столь невоспитанные, сосед?
– Склюн! – Жирдоха опешил от выходки начальника стражи и его второй подбородок затрясся от страха. – Что ты себе позволяешь?!
– Такое гостеприимство может обернуться нежелательными последствиями… – холоду в голосе Слака прибавилось, но улыбку он не убрал.
– Прошу простить моего начальника стражи, сосед…
– О! Какой он пример показал своим подчиненным, приравняв себя к графскому титулу, – рыжеволосый парень демонстративно похлопал в ладоши. – Надеюсь он будет наказан за дерзость, сосед?.. – последнее слово Слак сказал с нажимом.
– Безусловно! – немного взял себя в руки граф Жирдоха, и повернувшись к начальнику, процедил: – Убирайся в поместье!
– Прошу простить меня, милорд, – сдержано обратился Склюн к Слаку, слегка поклонившись, но не опуская белесых глаз. Затем отвесил поклон Жирдохе, и резво развернув пегого скакуна, подняв пыль, умчался в сторону поместья, которое виднелось вдали над небольшими каменными и деревянными домами.
– Еще раз приношу свои извинения за инцидент, сосед, – натянуто улыбнулся правитель городка. – Я приглашаю тебя в поместье и выделю тебе лучшие палаты для отдыха!
– Нет, благодарю, – отрезал Слак. – Если здесь имеются хорошие трактиры, я бы разместился там со своими людьми.
– Лучший трактир в городке – «Лепестки Лилии»! Чтобы исправить ситуацию и доказать свое гостеприимство, приглашаю за мой счет тебя и всех твоих людей разместиться в нем!
– Более трех дней я не задержусь в гостях, – поблагодарил за предложенное Слак. – Нас проводят?
– Безусловно! – заучено выпалил граф Жирдоха.
Склюн ходил по холлу поместья взад и вперед.
«А этот молодой граф не зря носит свой титул, высокородие из него прямо прет… – сопел начальник стражи. – Ничего, когда-нибудь я проверю на нем остроту своего меча…»
Двери с грохотом распахнулись.
– Ты что творишь?! – заорал ворвавшийся Жирдоха. – Я пытаюсь скрыть наши, кстати, придуманные тобой, деяния, а ты!..
– Милорд, он сильно молод, чтобы быть воином, прошедшим ни одно сражение, – спокойно начал Склюн, не обращая на бешенство графа никакого внимания. – Он моложе вас лет на пять. На вид ему можно дать не более двадцати пяти. Если бы он был человеко-зверь, тогда бы я поверил, что ему много лет и у него большой опыт сражений. Раньше, как говорят легенды, люди-звери жили очень долго, но сейчас о них уже давно ничего не слышно, после того, как Воплощающийся Запретил оборачиваться в зверя.
Жирдоха замолчал, зло сопя.
– Я уверяю вас, он не представляет никакой опасности! Пусть здесь погостит и отчаливает к себе в замок, а вы продолжите свою спокойную жизнь.
– Ты думаешь, ничего он не заподозрит и нам ничего не грозит? – слова начальника стражи успокаивали.
– Безусловно! – улыбнулся Склюн, подражая своему графу. – Я же вас защищаю…
После дневной торговли, и приобретения хорошего скакуна, граф Сл'aккул наказал Парну выставить охрану в зале гостей. Хотя весь трактир на трое суток Жирдоха отдал им, и надпись на дверях об этом кричаще предупреждала, Слак решил оставить самых крепких мужиков у входа для дежурства, полночи одна пара, полночи другая. Глава поселка был только – за!
Перед тем, как выбрать себе комнату, граф обошел трактир кругом и определил, какая ему больше подходить.
Этой ночью он не спал, а ожидал нужного момента. Проследив чтобы народ перестал бродить, да и в трактире затихли, в час ночи выскользнув в окно, которое карнизом удобно выходило к забору, прикрыл створку своей спальни, и рыжим Лисом сиганул в высокую траву у здания.
За два с половиной часа до рассвета, рыжий хищник незаметно оббежал весь городок, запомнил расположение постов стражи. Поиск лазейки за каменные двухметровые стены удачи не принес.
С запада, в небольшое отверстие под стеной пробивался узенький ручеек, здесь его русло искусственно расширили, и поток в полтора метр шириной, перечеркивал Угло неровной линией. Выходил же он с противоположной стороны городка, ныряя под стену уже в более широкое отверстие, куда мог легко проползти взрослый человек, если бы не толстенные, вертикально замурованные, близко посаженные друг к другу металлические прутья и то, что все горожане сливали содержимое из отхожих бадей, прямо в это русло.
Но как оказалось, вся подготовка к худшему не оправдалась. День принес хорошую погоду, и все радовались успешной торговле. К тому же его людей даже на рынке никто не потревожил.
3
После возвращения из Угло, Парн спросил разрешения и закатил пир, восхваляя графа Сл'aккулу и Богов-Зверей. Жизнь в поселке стала еще веселей. Теперь уже все знали о разговоре Жирдохи с графом Сл'aккулой у ворот Угло. Для поселян их граф стал героем, словно Жирдоха был страшнее помесей. А больше всего радовало то, что налог за въезд в городок, снизили почти в два раза, как это было со старым графом Бр'eнаром.
Слак старался не обращать внимание на разговоры, пусть треплют языками, главное, теперь он видел в их глазах радость и благодарность.
А спустя месяц графа Сл'aккулу поразило известие, с которым к нему заявился Парн.
Рыжеволосый граф сидел за столом в обеденном зале и перелистывал старый фолиант, перечитывая историю здешних земель. Глава поселка вошел поклонившись.
– Слушай, Парн, мне осточертели твои угодничьи выходки, – сморщился Слак. – Ты можешь меня огородить от них, хотя бы, когда мы наедине?