Тамбур
Шрифт:
— Вы его опознали?
— Ну конечно! — Она сжала ладонями виски, стараясь прийти в себя. — Видела много раз.
Милиция приехала почти мгновенно — отделение, куда она позвонила, было сразу за углом. Четверо — один все снимал на видеокамеру, другой шастал по квартире, третий просто стоял и смотрел на пятно запекшейся крови. Четвертый — он показался ей главным — говорил с нею.
— Мы не общались, — нервно продолжала женщина, запахиваясь в махровый халат, который так и норовил разойтись в самых важных местах. — Но здоровались.
— " Как он тут оказался?
Женщина с яростью подняла взгляд:
— Сама хотела бы знать! Он никогда тут не бывал, я даже имени его не знала!
— Так получается — вы вообще не в курсе дела?
Она уловила что-то очень неприятное в тоне вопроса и сразу насторожилась. Это ей помогло. Впервые за весь вечер — надо сказать, идиотский вечер — в голове у нее прояснилось. И сперва она подумала о Диме.
Затем — о Маше. И потом — о ключах.
— Не в курсе, — твердо ответила Татьяна. — А вы тоже кое-чего не понимаете.
— То есть?
Следователь — а она полагала, что с ним и говорит — произнес это весьма агрессивно. Однако Татьяну это лишь ободрило. Бороться с трудностями она привыкла с детства. С тех пор как отец-алкоголик просто ради развлечения ударил ее головой о плиту в бараке, в том поселке, где они все — Таня, двое братьев, тоже спившаяся мать и, конечно же, папаша — прозябали много лет. Причем прозябали в буквальном смысле слова, поскольку дело было в Сибири. Тогда она поклялась себе в том, что достигнет успеха, и никогда в ее жизни не будет вони, нищеты, побоев.
Она вздернула подбородок:
— Что есть, то есть. Этот тамбур — особенный. Вы прошлись бы по другим квартирам.
— В чем дело?
— А в том, что я тут ни при чем. Этот человек никакого отношения ко мне не имеет.
— А как же он сюда попал?
— Это могло случиться как угодно, — Татьяна, наконец, справилась с завязками халата и больше не смотрела на меловой контур у окна. Она снова стала сильной, обеспеченной, волевой женщиной, не последним человеком в «не последней» фирме. На работе с нею считались, так почему теперь должно было быть иначе?
— Этот тамбур полон сюрпризов, — теперь уже она иронизировала, а следователь покорно слушал. — Двери не запираются. Только внешняя. Его могли убить в собственной квартире и перетащить ко мне, чтобы сделать подлость… Но в это я не верю, потому что ни с кем тесно не общалась. За что им меня ненавидеть? И все же, это первый вариант.
Теперь ее слушали все, и женщина с удовлетворением это отметила.
— Второй, — Татьяна с отвращением вспомнила о розах, которые так и лежали в комнате, на столе рядом с ее рабочим компьютером. Эти уже никому не нужные цветы ассоциировались для нее с Димой. И еще кое с кем. — Второй вариант — это мой любовник и его любовница.
Наконец-то она выговорила эти слова, которые с таким трудом сошли с губ! Следователь подался вперед, как обученная «на захват» овчарка.
— Я уже сказала, что здесь принято не запирать дверей в тамбуре, — очень спокойно, холодно продолжила Татьяна, — и я этого не делала. Разве, когда была в командировках — по работе часто нужно. Сами понимаете — нелепо оставлять квартиру нараспашку, если исчезаешь на неделю.
— Понимаю, — машинально ответил следователь.
Он все больше утрачивал свой апломб и все внимательней слушал Татьяну.
— Отлично, — уже совсем уверенно произнесла она. — А теперь пара фактов. Мой любовник имел ключи от моей квартиры.
Она чеканила слово «мой».
— Я дала ему ключи, поскольку иногда он мог явиться сюда, на свидание, чуть раньше, чем я вырвусь с работы.
«И потому, что верила ему, хотела создать семью. Он сказал, что с женой все кончено!»
— Сами понимаете, я не хотела, чтобы он торчал под окнами в машине.
— Так у него…
— У моего любовника? — Резко обернулась женщина. — Давайте уж не будем церемониться. В моей квартире труп, и я хочу, чтобы все было предельно ясно.
У него были ключи. Вот его визитка.
Визитку — ту самую, которую он преподнес ей в первый день знакомства, женщина отдала без малейших колебаний.
— Тут его полное имя, телефон, должность, адрес фирмы.
«Вот тебе! Получай!»
— Еще один факт, — она с трудом перевела дыхание. — У него была любовница. Еще одна, кроме меня.
«И ты получишь по заслугам, соплячка!»
— И он сделал дубликаты ключей для нее. Когда я была в командировках, Дима с ней встречался тут. Кое-что проясняется?!
«Сволочи. Ненавижу вас!»
— То что дубликаты были, я поняла сегодня вечером. Дело в том… — Ее глаза горели яростным, лихорадочным огнем. — Что эта девица…
«Надо было выразиться вежливее, а то они подумают, я что-то против нее имею!»
— Она ворвалась в мою квартиру с ключами в руках. Они а комнате. Я вам отдам.
Мужчины молчали. Было видно, что их ошеломило данное расположение сил, как даже самого опытного шахматиста может сбить с толку поведение соперника.
Татьяна сдавала им всю свою личную жизнь, не моргнув глазом. Она была вне себя.
— Другие ключи остались у него, — продолжала она. — Собственно, плевать. Я все равно поменяю замки, после того как мне подкинули труп. А то завтра будет еще два!
«Возьми себя в руки!»
— Так вот, — уже спокойнее продолжала она, — убить моего соседа мог кто-то из них. И перенести труп ко мне — тоже. Я не помню — понимаете — не помню, открыла ли я ему дверь, когда он явился на свидание!
Или не запирала по привычке? Или заперла, а он сам открыл? Уже после того, как по каким-то своим личным причинам убил моего соседа и притащил его ко мне? Я ведь после работы… Он мог тут побывать, а потом изобразить, будто пришел впервые за вечер. Я ведь в кухню не входила! Ничего не помню, а вот что в кухню не входила… За это ручаюсь. А может, та девица, пока мы с ним были в постели, все и провернула? Я бы и не услышала! Разве я знаю?!