Чтение онлайн

— Ты прав, — наконец произнес великан, не меняя выражения лица. — Мне не следовало тебя беспокоить.

— Эгор, — начал было Тамбу, гнев его улетучился. — Друг мой, я…

— Не волнуйся, — перебил его тот невозмутимо. — Я буду командовать моим звездолетом ради тебя. И останусь на посту командира до тех пор, пока ты сам меня не сместишь. Конец связи.

Экран погас. Тамбу некоторое время сидел неподвижно, уставившись в его сторону. Трудно припомнить, когда еще, если такое случалось вообще, кто-нибудь из капитанов первым прерывал с ним связь, а не наоборот.

— Похоже, что те первые ежегодные собрания были чем-то из ряда вон выходящим, — заметил Эриксон.

— Они до сих пор остаются такими, — отозвался Тамбу. — Собрания капитанов по-прежнему являются одним из главных пунктов в годовом плане мероприятий флота. И хотя сейчас они проходят обычно намного спокойнее, чем в упомянутом мной эпизоде, бывают случаи, когда собрания приобретают столь же бурный и эмоциональный характер, как в прежние годы.

— И все же, несмотря на отдельные вспышки страстей, они, судя по всему, протекают достаточно ровно, когда дело доходит до конкретных предложений или дебатов.

— Не стоит недооценивать уровень умственных способностей капитана космического корабля, — предупредил его Тамбу. — Сколько бы ни твердил себе об этом, я все еще порой забываю, что ни в коем случае нельзя отказывать человеку в интеллекте или одаренности только потому, что тот причудливо одевается или не умеет хорошо говорить. Для того чтобы успешно выполнять обязанности капитана — особенно на военном корабле, — необходимо быть одаренной и широко эрудированной личностью. Капитан должен быть тактиком, дипломатом, отцом-исповедником, менеджером по личному составу и бухгалтером в одном лице, не говоря уже о том, что в первую очередь он обязан быть настоящим лидером, то есть человеком, который умеет командовать, опираясь на уважение и поддержку со стороны самого широкого круга людей.

— Должен признать, что перечисленные вами качества имеют мало общего с тем списком достоинств, который можно составить на основании интервью, данных рядом ваших капитанов, — заметил Эриксон осторожно.

— Разумеется! — огрызнулся в ответ Тамбу. — Когда вы берете у кого-либо интервью, вам будут говорить то, что, как им кажется, вы хотите услышать. Не то чтобы они сознательно лгали вам, нет — просто акценты и приоритеты будут слегка смещены.

— Значит, капитаны пытались создать о себе такое впечатление умышленно? — репортер удивленно прищурился.

— Безусловно. Любой капитан является прежде всего администратором. И если бы кто-нибудь из них стал рассказывать вам о всей бумажной рутине, связанной с его должностными обязанностями, вы бы сразу потеряли к нему всякий интерес. Вместо этого они во всех подробностях поведают вам об опасностях космоса, поединках с вражескими кораблями и о случаях чудесного спасения, когда они уже находились на волосок от смерти — большинство из которых является всего лишь историями, заимствованными из приключенческих романов.

— И конечно же, репортеры вроде меня охотно на это ловятся, — Эриксон понимающе улыбнулся. — Скажите, как вы считаете, такой избирательный подход к информации свойствен только капитанам космических кораблей?

— Вовсе нет. Я отношусь к этому как к естественной человеческой слабости. Если бы я попросил вас рассказать мне, что значит быть репортером, стали бы вы говорить мне о необходимости писать статьи на темы, которые вас совсем не занимали, тогда как другие, более старые и менее талантливые, журналисты имели самые выигрышные задания? Или же вы предпочли бы потчевать меня историями о том, как вам приходилось, рискуя жизнью, собирать информацию для заметок и смело открывать миру правду, невзирая на давление со стороны коррумпированных чиновников?

— Туше! Похоже, что вы неплохо знаете репортерский бизнес.

— Я знаю людей, — уточнил Тамбу. — Без этого мне нельзя. Если вы как репортер допустите ошибку в своей оценке людей, вы просто лишитесь материала для статьи. А если я допущу подобную ошибку, они умрут. Это серьезный стимул, чтобы познать человеческую сущность настолько полно, насколько это вообще возможно.

— И все же порой вы совершаете ошибки, — вставил репортер поспешно.

— Даже слишком часто, — признался Тамбу. — При тех ставках, которые стоят на кону в этой игре, одной ошибки на каждые пять лет уже, пожалуй, многовато.

— Теперь я понимаю, почему вы решили устраивать ежегодные собрания капитанов. Управлять таким флотом — это слишком тяжелое бремя, чтобы нести его в одиночку. По крайней мере, такие собрания позволили вам снять с себя некоторую часть ответственности.

— И да, и нет. Хотя дискуссии сами по себе и приносят пользу, окончательное решение все же остается за мной. Я уже имел возможность убедиться в том, что наличие различных мнений и точек зрения далеко не всегда облегчает процесс принятия решения. Кроме того, мне приходится самостоятельно принимать решения по всем вопросам, возникающим в период между собраниями.

— Не могли бы вы определить процентное соотношение между количеством решений, выработанных на собраниях, и тех, что вам пришлось принимать единолично?

— Нет, не могу. На протяжении всей моей карьеры было принято столько различных решений, что я не могу их не то что распределить по категориям, но даже перечислить. К тому же разная степень значимости стоявших перед нами проблем сделала бы любое количественное сравнение бессмысленным.

— Ясно. Ну а как насчет тех из них, которые имели наибольшую важность или повлекли за собой особо серьезные последствия? Не могли бы вы дать хотя бы приблизительную оценку?

— Боюсь, что ответ по-прежнему будет отрицательным, — отозвался Тамбу, но уже с меньшей уверенностью. — Я вообще никогда не рассматривал решения в количественном выражении. Однако если я верно понял цель ваших расспросов, мне на память приходит одна проблема, имевшая особенно серьезные последствия, решение по которой я вынужден был принимать единолично. Хорошо помню, что этот выбор был одним из самых трудных решений, которые мне когда-либо приходилось принимать.