Там...
Шрифт:
– Рад за тебя, - Равиер легким жестом разбросал ветки костра и залил угли водой. – а то мы уж решили что ты три недели такая будешь ходить.
Лепешка застряла у меня в горле.
– Три недели?
– Три недели таким ходом до холмов, дальше зависит как пойдем, может еще неделя-полторы.
Я выплюнула ставшую ватной лепешку и взлетела с места. Безумно вращая глазами, я переводила взгляд с одного предмета на другой. Схватив ковш с водой, я прыжком оказалась у фургона, где спали Элрон с Шатиром. Чудом не расплекав воду, я забралась внутрь и вылила все, что было на еще дрыхнущего мага.
– Что случилось?
– Шатир сел, захлебываясь утренним душем.
– Случилось! Когда ты мне собирался сказать, что ехать еще больше месяца? Ты же обещал больше не врать, слово дал.
– Погоди, - Шатир отплевался, - я тебе не врал ничего.
– Не врал? – от такой наглости я чуть ковшом ему не заехала.
– Ты спросила как долго мы будем ехать, так?
– Да.
– Я ответил, что не очень, так?
– Не очень? Больше месяца это не очень? Я сюда столько же добиралась!
– Потом ты спросила, - как ни в чем не бывало продолжал Шатир, - больше 2 дней? Я ответил….
– Ты ответил немного. Месяц это немного больше двух дней?
– Смотря с чем сравнивать, вот например год…
– Ух… - я размахнулась и все-таки швырнула в него ковш, - ненавижу!- и вылетела из палатки.
Настроение было испорчено напрочь. Добежав до своей повозки, я уткнулась в свою сумку и заревела.
Через минуту, мне на плечо осторожно опустилась легкая рука.
– Ты знал? – проревела я в сумку.
– Нет, Шатир сам затевает свои интриги и никого в них не посвящает. – рука нежно, словно близкий человек, погладила меня по спине, - Впрочем, получает за них тоже он один, - в голосе Элрона послышалось что-то вроде сострадания. Он с силой приподнял меня и повернул мое зареванное лицо. Глядя мне в глаза спросил: А есть ли смысл реветь?
Пока я раздумывала над его словами, в повозку ворвался взъерошенный Шатир с шишкой на лбу.
– Ну сказал бы я тебе, что изменилось бы? Ушла что ли? Отказалась? – маг со злостью пнул сундук с грузом.
– Может и ушла, - голос сорвался на крик.
– Не ушла!
– Ушла!
– Не ушла, мозги включи.
– Вот и ушла бы!
– Ага, вернулась бы к себе, бросила всех и спокойно жила бы дальше?
– Не надо на мою совесть давить, меня тут ничего не держит, кроме придуманных тобой игр непонятно зачем!
– Угу, сидела бы дома, напивалась, смотрела тупо в телевизор и смеялась над сказочным миром, который может вот вот погибнуть.
– Вот только не надо пафоса, должна быть свобода выбора, всегда должна быть!!! А вы меня перед фактом ставите…- внезапно я осеклась, - Погоди, куда я там буду тупо смотреть?
Лицо мага мгновенно переменилось, он понял, что сказал что-то не то.
– Думаю, проблема решена, - он быстро направился к выходу из фургона. – Ты остаешься, и все уладится, - его шишка скрылась из вида за бортом повозки.
– Нифига, ну ка иди сюда! – я бросилась за ним, высвобождаясь от рук Элрона. Улыбаясь ситуации, тот кинулся следом.
Шатир быстро бежал к хвосту каравана, за ним неслась я, следом шел смеясь Элрон.
– Стой, куда ты тут денешься, все равно придется обьясняться, - люди из других повозок повысовывали головы и с интересом наблюдали за концертом.
Шатир добежал до последней повозки, обернулся и приложил палец к губам, одновременно махая рукой следовать за ним. Мы отошли подальше от повозок.
– Ты мне все сейчас же расскажешь. Или, клянусь, я тебе еще шишек наставлю.
– Мне остаться и защитить тебя или вы поговорите наедине? – подошедший Элрон с издевкой обратился к Шатиру.
– Оставайся, - маг вздохнул. – Можно подумать ты чего-то не знаешь.
– Это я так, для приличия. На самом деле пропустить очередной скандал – выше моих сил. Лика, где ты была раньше, когда мы так скучно жили?
Я пропустила его фразу мимо ушей.
– Откуда ты знаешь про телевизор?
– А что это такое? – вмешался Элрон.
– Вот именно, добропорядочный маг из сказки не знает что такое телевизор, но у нас же не добропорядочный маг. А, Шатир?
Тот поднял вверх указательный палец, призывая к тишине. Сейчас выдаст что-то очень важное.
– Я жил в твоем времени или мире. И пришел так же, как и ты. – Шатир ждал реакции.
Во! Вот оно!
– В каком году ты жил?
– Когда я уходил, был 2008.
Я удовлетворенно хмыкнула.
– А тебя кто сюда перенес?
– Никто. Если по порядку, то там моя жизнь не очень удалась. Настолько, что я решил с ней завязать. С головой проблемы были, - не надо улыбок, - память ни к черту. Меня соседка нашла, она и врачей вызвала. Потом сказали, что гадость какую-то выпил. Стекляшка в руке была. А что выпил – так и не установили. Вот после этого, как в коме провалялся, память и отшибло. Сам ничего не помнил, спрашивал потом у соседей, те ничего не знают про меня. Говорят, нелюдимый был.
Все что осталось - так, отдельные детские и юношеские воспоминания. Школу помнил. Родственников не нашлось. Вышел из больницы - работал менеджером по продажам. Никаких особых талантов. К 40 годам приближался, а семьей так и не обзавелся. Скучная, унылая жизнь. Кстати, та квартира, которую ты снимаешь, раньше мне принадлежала.
Приходил домой и думал о своей никчемности. Жалел, что со стекляшкой ничего не получилось. Откачали зря. Хорошо было только ночью. Мне снились такие прекрасные сны! О далеких чудесных городах, волшебных существах, других мирах. Я даже книжку хотел написать, но и на это у меня таланта не было, - Шатир вздохнул и продолжал, - потом в один прекрасный день было так тоскливо, умереть хотелось. А страшно теперь стало. Раз один раз не получилось, значит, нужен для чего-то. Валялся на диване, смотрел в потолок, и вдруг понял, что смогу уйти оттуда. Понял, что именно надо сделать и ушел.