Чтение онлайн

Он отогнал воспоминание, медленно выдохнув, и взглянул сквозь окуляры поверх рычагов управления. Прибор инфракрасного виденья был новым, как лазпушка, помещенная рядом с элементами управления, и зелёно-серый пятнистый камуфляж корпуса. Для Акила этот вид стал уже чем-то обычным, чем пользуешься каждый день.

– Свет Солнца, ты только посмотри на эту хреновину, – произнёс Удо. Он скрючился рядом, припав к прицелу лазпушки. Каким-то образом вокс умудрялся растягивать плаксивый тон голоса Удо. – Мы можем врезать по этому «Спартанцу», а они внутри просто подумают, что мы постучались, прося разрешение войти.

– Его можно убить, – ответил Акил и знал, что это не так, едва открыл рот.

– Да, ладно? Как давно ты управляешь машиной, старик?

Акил пожал плечами, разглядывая гусеницы, грохочущие над плито-образным корпусом машины. Удачный выстрел мог порвать их, и сделать танк похожим на выброшенного на берег левиафана. Долгие недели, проведённые на поверхности, вдыхание воздуха из баллонов, наблюдение за врагами, прятанье от них, убегание от них и убивание их поменяли его взгляд на мир.

«Я уже не тот человек, что был», – подумал он. Он почувствовал, как согнулась левая рука, словно от болезненного воспоминания.

После долгой молчаливой паузы Удо фыркнул. В этот раз Акил промолчал: он уже понял, что целесообразнее игнорировать большую часть из того, что говорит Удо. Стрелок не был в восторге от перевода на машину разведки, но у Акила было чувство, что даже в раю Удо нашёл бы, о чём поныть.

– Они входят в вилку, – сказал Акил тихо.

– Орудие готово, – ответил Удо.

Акил наблюдал, как «Хищник», идущий в авангарде, перемалывая грунт, вползал на возвышенность, его главное орудие оставалось на фиксированном уровне. За ним полз «Спартанец».

– Целься в головную машину, – сказал Акил.

– Уже прицелился.

– По тракам в этот раз.

– Знаю-знаю. Ты не мог бы просто заткнуться, старик? Просто помни о своей части работы.

Акил взялся за рычаги, которые запускали двигатель машины. Он слышал дыхание Удо по воксу. Силуэты танков Железных Воинов в его глазах росли по мере приближения, два «Хищника», прикрывающие «Спартанца» спереди и сзади. Он услышал, как Удо сделал один глубокий вдох.

– Стреляю, – прошептал Удо со своего места.

Свободной рукой Акил переключился на внешний вокс.

– Отмщение! – прокричал он.

Громогласный треск ударил ему в уши. Он закрыл глаза, когда разряд энергии полыхнул из лазпушки, прицел залило белым. Выстрел поразил «Хищника» в нижнюю часть, прожёг бортик защиты трака и расплавил ведущий каток. Ещё секунду траки «Хищника» продолжали движение, грохоча по разорванному кругу и разбрызгивая расплавленный металл. Потом танк занесло, неповрежденный трак увёл его по полукруговой траектории.

Внутри машины разведки Акил услышал удар и взрыв снаряда «Тишины», поразившего цель. «Хищник» исчез в расширяющемся облаке пламени с чёрными прожилками. Позади него «Спартанец» продолжил движение, разбрасывая догорающие обломки своего товарища в стороны. Второй «Хищник» повернул на фланг, поворачивая башню на ходу.

Акил открыл глаза. Отсветы пламени заливали кабину машины разведки сквозь смотровые щели, картинка на тепловизоре плясала от жары, Удо вопил и колотил руками по прицелу. Акил потянул рычаг зажигания, и двигатель «Когтя» ожил. Он воткнул передачу заднего хода, и машина разведки попятилась с пригорка.

Акил, на самом деле, больше уже не мог ничего чувствовать, какая-то его часть управляла машиной, но на самом деле его беспокоил только пронзительный вой в ушах. Это был момент, определявший, выживут они или нет. Железные Воины должны были уже знать их позицию. Они точно видели луч лазпушки, который словно палец указывал на их машину. Если эскадрон просчитался в планировании засады, или они сами промедлят сейчас, то они умрут здесь.

«Коготь» ускорялся, отступая.

Тридцать ярдов, потом поворот. Рутина царила в мыслях Акила, пока машина дёргалась и брыкалась, передавая отдачу ему в руки. Рядом с ним Удо продолжал проклинать врагов, одновременно ликуя от убийства.

– «Коготь», «Спартанец» двигается к вашей позиции, – раздался голос Брела, ровный и лишённый эмоций, словно говорил механизм.

– Подстрели его, – прорычал Акил.

– Пока нет шанса на хороший выстрел, – сказал Брел.

 Убийство было для Брела уже приевшейся рутиной. Они находили патруль, место для засады и ждали. Цель всегда выбирал разведчик, но именно Брел приносил смерть попавшим в засаду. Тахира больше не спрашивала его предложений, а просто подтверждала их. Расположение и углы атаки имели решающее значение. Когда разведчик поражал первую цель, «Тишина» должна была быть в нужном месте, чтобы сразу же добить её и разнести на куски.

Они играли в неприятную игру, постоянно рыскали в поисках оставшихся сил противника. Они поражали цели при благоприятной возможности, но едва они делали первые выстрелы, вся задача сводилось к простому выживанию. Разведчик больше других подставлялся в эти моменты, но это был как раз факт, из числа мало беспокоивших Брела. Тахира и «Фонарь» оставались позади, пока сжималась пружина засады, тепловые и энергетические сигнатуры «Палача» были слишком яркими, чтобы он мог делать первый выстрел, а его вооружение было слишком ненадежным, чтобы бороться с чем-то крупнее среднего танка. Резерв, страховка, убийца возможности. «Фонарь» может и именовался «Палачом», но реальным убийцей в эскадроне была «Тишина».

Бей один раз, сильно и отступай. Эта была система, сохранявшая им жизнь и позволившая уничтожить восемь машин Железных Воинов.

Брел наблюдал, как «Спартанец» приближается к «Когтю». «Тишина» была почти в километре от зоны убийства, и он опирался на данные тепловизора и ауспика, для отслеживания хода битвы. «Спартанец» отображался ярким кирпичом, тащившим за собой тепловой шлейф пылающих обломков «Хищника». Выживший «Хищник» нёсся, маневрируя по широким дугам, его башня вновь поворачивалась, чтобы прикрыть тыл «Спартанца». Они были хороши – ни колебаний, ни паники. Они выбирались из засады напрямик, в укрытие, чтобы контратаковать.