Талисман
Шрифт:
«Он говорит это мне», — подумал Джек. — «Он говорит это всем сидящим в этой комнате. Мы должны знать, что Ферд ещё жив».
— Ты — безмозглый болван, — сказал Джек, — Ферд…
Гек ударил его. Джек упал на пол. Мальчики шарахнулись в стороны.
Где-то хихикнул Донни Киган.
Раздалось рычание. Гек обернулся и увидел стоящего со сжатыми кулаками Волка.
— А, наш дурачок наконец решил потанцевать, — Гек довольно оскалился.
— Ладно, я люблю танцевать. Подойди же, ублюдок, и давай потанцуем.
Из уголка его рта стекала слюна. Волк подошёл ближе. Джек безуспешно пытался удержать его.
— Что здесь про… — прозвучало от двери. Это вошёл Сонни-Певец. Не было необходимости заканчивать вопрос — он все увидел своими глазами. С улыбкой Сонни прикрыл дверь; его мрачное лицо осветилось.
Джек увидел, что Певец приближается к Геку и Волку.
— Волк, осторожнее…
— Я буду осторожен, Джек! Я…
— Давай же потанцуем, кретин, — повторил Гек Баст и ударил Волка, отбросив его на пару шагов назад. Донни Киган опять захихикал.
Кулаки Гека были большими, но кулаки Волка — ещё больше.
Без единого звука он размахнулся и первый же удар достиг цели, стерев улыбку с лица Гека Баста. Он явно уступал по силе своему противнику.
— Ты, мерзавец, ты не должен убивать своё стадо, — приговаривал Волк.
— Это написано в Библии, и это написанию в Книге Правильного Хозяйствования, что ты…
Бам-м-м!
— …никогда Хлоп!
— НИКОГДА НЕ ДОЛЖЕН убивать стадо.
Гек, подвывая, упал на колени. Волк выкручивал ему руку, и Гек в этой позе напоминал фашиста, отдающего нацистский салют. Хватка Волка была каменная; на лице его не отражалось практически ничего.
— Волк, хватит! Прекрати!..
Джек заметил, что дверь была открыта, а Сонни исчез. Почти все мальчики повскакивали на ноги и отступили подальше от Волка.
В дверном проёме появились люди. Кейси, Варвик, Сонни, другие… И сам преподобный Гарднер с маленьким саквояжем в руке.
— Хватит, я сказал! — глядя на вошедших, крикнул Джек.
— Ладно, — спокойно ответил Волк. Он отпустил руку Гека, и та безжизненной плетью повисла вдоль тела.
— Ладно, Джек.
На Волка набросились сразу шестеро. Кто-то вскрикнул.
— Держите его! — завопил Гарднер. — Держите его! Крепче!
Он торопливо открывал свой саквояж.
— Нет, Волк! — кричал Джек. — Бросьэто!..
Мгновение Волк активно защищался, но почти сразу же перестал. Джеку вспомнилась история о Гулливере, пленённом лилипутами. Волка прижали к стене, хотя кое-кто (а именно Сонни-Певец) делал это с явной опаской.
— Держите его, — кричал Гарднер, доставая из саквояжа шприц.
— Так же нельзя! — Джек бросился на помощь, но Гарднер отшвырнул его к другой стене. Волк вновь стал отчаянно бороться, но даже для него шестеро противников оказалось многовато.
— Джек! — завыл он. — Джек! Джек!
— Держите же его! — и Гарднер со всего размаха всадил иглу в плечо Волка.
Волк, откинув голову, обмяк.
«Я убью тебя, негодяй», — внезапно подумал Джек. — «Убью тебя, убью тебя, убью тебя…»
Кейси сильным ударом разбил Волку нос, и кровь брызнула на пол. Множество рук держало бунтаря, и Волк уже не мог сопротивляться. Вокруг мелькали перепуганные лица наблюдавших за этой сценой мальчиков.
— В карцер! — загремел голос Гарднера. — А ты, мистер Паркер, может быть, ты теперь скажешь мне, где мы встречались?!
Джек ни слова не говоря, глядел себе под ноги глазами, полными слез бессилия и ярости.
— Итак, в карцер! — уже спокойнее сказал Гарднер. — Когда он запоёт, ты почувствуешь себя по-другому, мистер Паркер. Совсем по-другому.
И Гарднер вышел.
Когда Джек и остальные мальчики шли к заутрене, Волк все ещё сидел в карцере. Солнечный Гарднер с иронией поглядывал на Джека: «Ну, так как же, мистер Паркер?»
«Волк, это моя мать, моя мать…»
И днём Волк ещё оставался под замком. Проходя мимо карцера, Джек заткнул руками уши, чтобы не слышать его стонов.
В этот момент его окликнул Сонни.
— Преподобный Гарднер ожидает тебя в конторе, чтобы выслушать твоё покаяние. И он велел передать, что выпустит этого дурака в ту же минуту, как только услышит от тебя то, что ему хочется узнать.
На лице Сонни читалась явная угроза.
— Я не могу сказать ему то, что он хочет услышать, — ответил Джек. Внезапно он сильно толкнул Сонни в грудь. Тот отлетел назад, нелепо взмахнув руками.
— Ладно же, — заявил Сонни, выпрямившись. — И ещё преподобный Гарднер велел передать, что твой дружок страдает из-за тебя.
— Я отлично знаю, из-за кого он страдает.
И все же в ушах Джека все время звучали стоны Волка…
К обеду Волк затих, и Джек понял, что по приказу преподобного Гарднера его выпустили из карцера, чтобы своими стонами он не привлёк ничьего внимания.
Волк лежал на кровати в их комнате. Он слабо улыбнулся вошедшему Джеку.
— Как твоя голова, Джек?
— Как ты, Волк? Все в порядке?
— Я стонал, а ты не помог мне…
— Волк, прости меня, — взмолился Джек. Волк выглядел странно — он был белым, как мел.
«Он умирает, — подумал Джек. — Нет, — поправил он сам себя.
— Волк начал умирать с того момента, когда они удрали из Территорий от Моргана. Но теперь он умирает быстрее. Слишком белый… но…»