Чтение онлайн

— Понравилось тебе, ублюдок тухлый? Получи еще!.. Талискер, слышишь меня? Я прикрываю твой тыл. Медленно отступай. Мы сможем добраться до… Господи Христе!

Талискер тоже заметил, как на площадь вышла Фирр в сопровождении кораннидов. Таких больших и уродливых тварей Дункан еще не видел. Похожие на тень контуры слегка расплывались в утреннем свете, но все же у них было подобие ног и огромная голова с рогами, зубами и покрытой пеной пастью.

Талискер убил тварь справа от себя, подрубив ей ноги и окончательно заколов коротким мечом, взятым у мертвого солдата. Однако таким образом он подошел слишком близко к другому коранниду. Черное щупальце уже потянулось к нему, но Дункан поспешно отрубил и его, едва не задев собственную ногу. Потом поднял голову и всего в нескольких шагах увидел Фирр. Талискер двинулся к ней, невзирая на страх, на то, что меч и кинжал едва не выскальзывали из потных рук.

— Талискер! Нет! — завопил Малки. — Беги! Нельзя…

Улла дошла почти до конца прохода. Впереди мерцал огонек факела ее сестры.

— Кира? — хрипло прошептала девушка. — Кира, ты что…

Она замерла на месте — спереди донесся самый ужасный звук на свете: звук поднимаемой деревянной щеколды. Улла все поняла — там начинался туннель под озером, которым вчера ушла Дом и другие дети.

— Кира, нет…

Улла со стоном прислонилась к стене, скрытая от кораннидов деревянной подпоркой. Твари мчались вперед, неся копья, с которых свисали темно-красные тряпки. Сначала девушка не разобрала, что за круглые предметы насажены на острия, а потом до нее начало медленно доходить… Она закричала, и вместе с криком из ее жизни навсегда ушла радость.

— Дом… о, Дом…

Мимо пронеслись первые враги. Улла отлетела в сторону, ударилась головой о камень — к счастью, почти ослепнув от боли и страха, когда мимо проносили шест с головой ее дочери. Капля крови упала на щеку безутешной матери, как прощальный поцелуй.

Враги ворвались в самое сердце города.

Фирр презрительно смотрела на приближающегося Талискера — сразу видно, как устал этот человек, хотя даже сейчас двигался он хорошо, как настоящий воин. Дункан не сводил с нее глаз, а она то и дело бросала взгляд на его спутника, приканчивавшего одного из подданных братца, — пыталась определить, насколько этот тип опасен.

Когда Талискер шагнул вперед, что-то в нем изменилось, даже меч он держал иначе. Пока Фирр заносчиво ожидала его приближения, к нему словно вернулись силы. Вены, выступающие на сильных мускулистых руках, дрогнули, будто по ним побежала новая кровь. Глаза Фирр расширились, а Талискер ухмыльнулся и без предупреждения нанес удар мечом. Она легко парировала и оказалась с другой стороны, готовясь заколоть воина. В тот же миг он повернулся, отбил ее выпад и ударил ногой так, что Фирр тяжело рухнула на землю. Талискер уже занес меч…

— Дункан! Сзади!

Он резко обернулся и увидел атакующего кораннида. Фирр с трудом встала на ноги, однако приблизиться остереглась — подданные брата могли убить и ее, коснись она их случайно. Богиня зла стала выжидать. Удивительный противник — его явно не смущало, что он дерется с женщиной.

Что-то теплое шевельнулось в животе. На сей раз убийство доставит ей огромное наслаждение.

Коранниды атаковали разрозненные группки воинов по всему замку. Фергус и его дружина держались хорошо. Старые опытные воины с каждой стычкой узнавали все больше о слабых местах противника. Молодые же воины часто погибали из-за своей бесшабашности.

Фергус увидел, как из дверей замка выскочил большой отряд кораннидов.

— Они проникли в туннель. Эон, Ангус! За мной!

Чаплин был в группе воинов, защищавших тана. Он нечасто ввязывался в бой, но не из трусости, а потому что то и дело останавливался, чтобы помочь раненым. Ему пришлось несколько раз относить их в госпиталь. Там Алессандро увидел возлюбленную Талискера, Уну, в окровавленном фартуке, но с жизнерадостной улыбкой, призванной поддержать умирающих. Большинство просто не доживали до врачебного осмотра. Имело смысл помогать только слегка раненным псами или своими же товарищами в пылу битвы.

Сейчас Чаплин бросился за таном, отчаянно ругаясь. Хотя в бою с правителем города не сравнился бы никто. Каждую смерть он воспринимал как личное оскорбление и сражался с удивительной яростью. Тан явно помнил каждого своего воина. Когда светловолосый юноша пал под ударом кораннида, Фергус отсек чудовищу голову с криком:

— Это за отца Лайама!

По его лицу струились слезы ярости, смешиваясь с кровью павших. Он вдохновлял на подвиги всех, кто видел его.

Пробивая дорогу в туннель, Фергус, Чаплин, Эон и еще трое воинов оказались на кухне. Краем глаза Алессандро заметил ворона, сидящего над очагом. В тот же миг бегущий перед ним воин остановился, следом за ним в центре комнаты замерли все. Тяжелые дубовые двери захлопнулись, а из углов выступили коранниды. Чаплин, Эон и другие окружили тана, готовясь умереть за вождя.

— Черт побери, я не подохну, как собака, в собственной кухне! — прорычал Фергус.

— Нам отсюда не выбраться, сэр, — отозвался Эон, готовясь к бою. — До встречи в раю.

Казалось, время застыло. Коранниды не спешили, они приближались неторопливо и остановились недалеко от замерших воинов, упиваясь страхом своих противников.

— Чего они ждут? — прошипел Эон. Неожиданно Чаплин вспомнил про ворона.

— Птица, — шепнул он. — Убейте чертову птицу.

Еще мгновение, и кинжал, который метнул Фергус, вспыхнул на солнце серебром. Ворон взлетел в тот же миг, как стальной клинок вылетел из руки тана, но все же черное перо оказалось пригвождено к стене. Громко каркнув, птица полетела к дверям, которые распахнулись сами собой, а коранниды, окружившие правителя и его верных воинов, исчезли.

— Взять ее! Убейте чертову тварь! — проревел Фергус. Двое бросились за вороном. Чаплин и Эон подошли к очагу и вытащили из стены кинжал и перо.

— Это была настоящая птица, — проговорил Чаплин. — Перо нормального размера, не то, что Мориас нашел под… — Он умолк.

— Ничего, — вздохнул Эон. — Сеаннах рассказал мне о леди Кире. Я оплакиваю ее, хотя она пока в мире живых, и буду вечно хранить в сердце ее образ. — Он бросил взгляд на Фергуса, который с ужасом смотрел на то, что осталось от беглецов. — Такое тяжело вынести.

Воин говорил совершенно спокойно, с достоинством, и Чаплин кивнул в ответ, думая о Диане.

— Вы идете или нет? — окликнул их Фергус.

Мелькнула мысль — не убежать ли, пока остались силы. Прижавшись спиной к стене, Талискер с трудом парировал удары Фирр. Ей уже несколько раз представлялась возможность убить его, но она не воспользовалась ни одной и со смехом, который напоминал тявканье лисы, продолжала бой. Богиня зла явно наслаждалась. Ее синие глаза вгрызались в душу, как жестокое лезвие клинка в плоть. В другой руке воительница держала кинжал, именно им она приканчивала свои жертвы.