Чтение онлайн

Словно по мановению волшебной палочки зазвучала музыка (на самом деле это Максим нажимал какие-то кнопки), что-то куда-то поехало, и Саша оказалась среди дворцового зала, на балу. Происходящее было похоже на сон, сказку, или на уже снятый фильм.

— Саша, не бойся ничего, просто доверься мне. Смотри и улыбайся, подумай о хорошем! — попросил он, направив на нее фотокамеру.

Она подумала о самом добром и нежном ангеле, который вчера, когда они слушали Баха, коснулся ее своим крылом.

Максим долго снимал Сашу с разных ракурсов, и даже заставил ее танцевать.

— Может, хватит? — взмолилась она.

Тогда он оставил камеру и пригласил Сашу на танец.

— Станцуем, раз уж мы на балу, сударыня?

Наверное, нежный и добрый ангел радовался, глядя на них, когда они танцевали. Ну, ей бы хотелось так думать…

По дороге домой зашли в магазин.

— Сегодня в ресторан не пойдем, ужинать будем дома, обещаю приготовить что-то вкусное!

Максим готовил нечто, заявленное, как «вкусное», а Саша сидела в гостиной и смотрела в окно на залитую огнями Петроградскую сторону. Неожиданно зазвонил ее мобильный телефон.

— Санька, привет! — раздался веселый Катин голос. — Как ты там?

— Хорошо.

— А ты вообще где, если не секрет?

— В Петербурге, на Петроградской стороне, смотрю в окно на падающий снег.

— Ну, ты даешь, сестра!

— А что? В Петербурге хорошо, и ангелов больше!

— А чего у тебя голос такой? — встревоженно поинтересовалась Катя. — Ты влюбилась?

И Саша вдруг осознала, что влюбилась…

— Когда успела-то? — пробурчала Катя.

— Это дело такое…

— И кто он?

— Очень хороший человек.

— И чем он занимается, этот хороший человек?

— Готовит для меня вкусный ужин, потому что мы очень проголодались, уплясавшись на балу.

— На каком балу?

— Дворцовом. Мы только что вернулись с бала. Это был, кажется, девятнадцатый век.

— Пьяная! — воскликнула Катя.

— Нет, трезвая, только радостная, и постоянно хочется смеяться. Что это значит?

— Любовь это значит. Кстати, когда ты возвращаешься в Москву?

— Завтра утром.

— Самолетом?

— На Масяне.

— Ну и дела! — присвистнула Катя.

Саша с Максимом пили вино и ели действительно очень вкусную пасту с соусом, пахнущим травами и солнцем.

— Максим, спасибо за эти дни, мне давно не было так хорошо.

— Спасибо тебе за то, что ты здесь, со мной, — Максим налил им еще вина. — Знаешь, я уехал из Петербурга семь лет назад. После смерти родителей накатила такая тоска, что захотелось многое изменить, и я сбежал в Москву. А там все закрутилось: женился, открыл свой бизнес, карьера пошла вверх… В Петербург я приезжал раз в году, в начале декабря, в день рождения мамы. И всегда с кем-нибудь. Потому что я не смог бы зайти в эту квартиру один, понимаешь? Остаться в квартире, в которой больше никого нет, наедине с прошлым и воспоминаниями, невыносимо. А в этом году получилось так, что ехать мне было не с кем. Я попросил тебя, и я очень благодарен тебе за то, что ты не отказалась.

— А почему в этом году никто не мог с тобой поехать?

Он долго молчал, и Саше стало неловко за свой вопрос.

— Давай спать, Саша, уже поздно. Завтра нам предстоит долгая дорога.

Она старалась не думать о том, что завтра утром их петербургская история закончится, а что будет в Москве, неизвестно.

Ночью она не могла уснуть. За окном шумел ветер. Он тоскливо завывал, как обиженный зверь. Внезапно ей стало страшно; дикий, животный страх…

Странно. Был чудесный вечер, праздничный, радостный, и вдруг эта необъяснимая тревога, взявшаяся непонятно откуда. Ее колотила дрожь. Саша встала, зажгла свет.

Вскоре раздался стук в дверь.

— Не спишь? — спросил Максим. — Увидел у тебя полоску света. Я тоже не могу уснуть.

— Мне почему-то страшно, как в детстве, — призналась Саша. — Будто за мной кто-то наблюдает, смотрит на меня из коридора, или с той стороны окна. — Она попыталась улыбнуться. — У тебя квартира с привидениями, что ли?

Максим пожал плечами:

— Не знаю. Говорят, в Петербурге они все с привидениями. Привидения — что-то такое же обыденное и, может, даже нужное, как почтовый ящик.

— Мне один специалист по паранормальным явлениям рассказывал, что в Петербурге полно неотмоленных мертвецов, они гуляют по улицам и в окна заглядывают. Это старый дом? Тут много людей умерло?

— Старый, ему лет сто, — усмехнулся Максим. — И людей за сто лет, как ты понимаешь, умерло много. Но бояться ничего не нужно. — Он сел на кровать рядом с ней. — Это особенная ночь, сегодня не может случиться ничего плохого. Ты засыпай, я посижу с тобой, покараулю.

— Дай мне руку!

Он сжал ее ладонь.

— От тебя волшебно пахнет, Саша. Летом, ирисами… Спи. Пусть тебе приснится лето…

И что? Ничего не было. Максим к ней даже не приставал. Посидел рядом, разогнал всех призраков, а когда Саша уснула, ушел.

Утром на кухонном столе она обнаружила записку. Максим написал, что уехал на Смоленское кладбище. К обеду вернется, и можно ехать в Москву.

В Москву… А Саша и забыла, что им пора возвращаться в обычную жизнь…

Она налила чай, подошла к окну, и вдруг поняла, что это не влюбленность, а любовь, и это чувство в отличие от легкой, радостной влюбленности станет для нее мучительным и сложным. Любовь, которую она ждала всю жизнь. И трясло ее ночью от того, что она уже ощущала в себе любовь, как болезнь, как изменение в крови…

Он появился к обеду; молчаливый, хмурый. Они поели и спустились вниз к машине. Снова трасса, заснеженные леса, домики…

«Молоком течет по снегу ветер

Обдувая сгорбленные крыши,

Будто белых маленьких медведей

Языком шершавым лижет».

За всю дорогу они не перекинулись и словом, разве что, когда сменяли друг друга за рулем, на половине пути.

В Москву приехали уже ночью.

— Максим, куда тебя отвезти?

Он назвал адрес. Саша остановила машину у его дома. У нее что-то рвалось внутри. Неужели сейчас он уйдет и все закончится, и она его больше никогда не увидит?!