Чтение онлайн

Конечно, странно, если бы она бросила мужа и двоих детей и побежала бы ко мне в объятия, только завидев. Я все это понимал. Но, черт побери, как же было невыносимо это терпеть.

В голову лезли ядовитые мысли: укради, закрой у себя, отлюби и она поймет, все поймет. Или сделай так, чтобы муж пропал навсегда.

Я сидел в сквере у ее дома и смотрел на окна квартиры. Все собаки, что вышли на прогулку, тащили за поводки своих хозяев прочь от меня, жалобно скуля. Они ощущали энергию, которая шла от меня сейчас.

У наемников искривленный взгляд на привычные вещи – все есть жизнь и все есть смерть. И выходы, которые приходили мне в голову, были вне обычного человеческого понимания. Зверские методы.

Мне хотелось пометить территорию – потереться шкурой хотя бы по коридору к ее квартире. Хотя бы в такой малости заявить, кто тут чей. Природные инстинкты в режиме охоты на истинную было так трудно сдерживать, что я боялся встать. Любое движение могло побудить зверя взять верх над человеческим сознанием. И вряд ли второе свидание в режиме берсерка прошло бы у нас с Кудряшкой успешно. Я бы испортил все окончательно.

Итак. Убить мужа? Смогу, если только он гад. Вот тогда с чистой совестью. И есть же предпосылки – алкогольная зависимость. Кто знает, что он под градусом вытворяет. А если руку на мою Нину поднимает…

Пелена затмила разум, когти полоснули по дереву скамьи. Я рванул к машине, ощущая, что теряю над собой контроль. Но я знал, что дальше будет – я обернусь в зверя в тачке, раскурочу ее нахрен и стану звездой новостей. Потом будут писать, как про главу медведей Влада, когда он съехал с катушек со своей истинной: “Медведь Дусик сбежал из цирка”.

Я резко свернул от машину к дому и по проторенной дорожке вверх добрался до лоджии на этаж ниже Нининой квартиры.

– Бабуль, воспользуюсь ванной! – Я открыл незапертую балконную дверь и влетел в комнату.

Старушка все еще сидела на кресле, но даже взглядом меня не одарила. Лишь сказала:

– Сифон мне поменяешь за это. И толчок засорился. Поверх десять тыщ!

Я кинул кошелек на колени бабушки, залетел в уборную, наскоро скинул с себя одежду и залез в ванную. Открыл ледяную воду на полную катушку и заткнул пяткой слив. Когти еще не пропали, но и оборот дальше не пошел. Старушка видела мои изменившиеся руки? Точно нет, а то бы полтинник сверху попросила. Хотя, может, уже все изъяла из кошелька, и теперь я должен отмыть всю квартиру.

Отвлекаясь на такие забавные мысли, сбивая жар зверя ледяной водой, я немного приходил в себя. Когда набралась полная ванная, я ощутил, что подавил зверя.

Итак, сначала я прослежу за муженьком. И это уже начало плана. Я уже иду к своей любимой, просто необычной тропой. Заковыристой такой, с кочками, болотами и канавами.

Я провел в ванной часа два, не меньше. Вылез оттуда уже с пальцами вместо когтей. Подождал, пока обсохну, чтобы не пачкать бабушкины кипенно-белые полотенца, и оделся.

Старушку я нашел на кухне с двумя чашками дымящегося чая. Она решительно крикнула:

– Подь сюды.

Я не посмел спорить с такой дамой. Да и помогла она мне. Подошел.

– Чай пей, – скомандовала она.

– У вас мой кошелек. Если вы его опустошили, то платить за чай мне нечем.

– Это тебе бонус.

– Как постоянному? – засмеялся я и сел.

– Нет. Ты тараканов вытравил. Как только зашел, так они стройным рядом и вышли к соседям. Так что вот тебе чай. И каналы мне настрой, а то сбились.

Я кивнул, скрывая усмешку. Эта бабуля начинала мне нравиться.

Нина***

Последний раз я получала худенький букет из пяти тюльпанов на восьмое марта, явно купленный на кассе супермаркета заодно с молоком и хлебом. Здесь же Сереня едва впихнул цветы в дверной проем.

Честно говоря, я растаяла. Муж признал свою вину, подумал о том, что проблема у нас есть и пришел мириться.

– Спасибо! – я опустила голову к бутонам и втянула воздух.

Удивительно, но такое количество шикарных роз совершенно не пахли. Пришлось постараться, чтобы найти для них вазу и впихнуть.

– Меня спросили в цветочном, не собрался ли я делать предложение, – начал рассказывать Сережа.

– А ты мне его и не делал, – припомнила я.

У нас и конфетно-букетный период скомкался в фантик. Мы торопились стать взрослыми и самостоятельным, быстрее съехаться вместе, чтобы уехать от родителей.

– Выйдешь за меня? – Сереня подошел ближе, притянул к себе.

– А ты пойдешь к психологу? – я подняла на него взгляд.

И увидела, как муж меняется в лице.

– Ты снова за свое? Я думал, мы забыли.

Моментально радость от подаренного букета сменилась леденящим пониманием – ничего не изменилось.

– Я бы рада забыть, Серень. Но скоро пятница. И все повториться.

У меня опустились руки от выражения лица супруга. Полное неприятие проблемы. И меня заполнило отчаяние – я не могу изменить ситуацию, а для решительных мер я внутренне не готова. Я снова уже отошла от ситуации и начала сомневаться.

Нет, я же решила, что так больше не будет. Что я не хочу проходить через то же, что было в ночь с пятницы на субботу. И именно сейчас та проверочная точка, когда меня либо воспримут всерьез, либо вообще ни во что ставить не будут.

Я посмотрела на шикарный букет, призванный заткнуть мне глотку. Так вот почему он такой большой!

– Хорошо, если это не проблема, не пей. Сможешь?

– Совсем? Я тебе что, алкаш, чтобы в завязку уходить?

– Ты сам себя слышишь? Одно мое предложение отказаться от алкоголя выводит тебя из себя. Если ты не можешь отчего-то отказаться – ты от этого зависим.

– А ты, значит, независима от семьи, раз можешь от нее отказаться из-за какой-то фигни? Готова развестись со мной на пустом месте? А ты о детях подумала? Как ты им объяснишь это?