Чтение онлайн

Найт был симпатичным молодым парнем, с темными волосами, выразительными карими глазами и сильным телом, которое делало его идеальным рабочим. Он мало говорил, но его молчание только придавало больший вес его словам. Он не старался привлечь внимания к себе, а был занят работой и делал ее быстро и хорошо. Это качество было необычным для профессии, в которой лень была самым главным отличительным признаком почти всех людей. Деннинг Лаури считал Найта одним из лучших мужчин, которых он когда-либо нанимал за двадцать лет.

А вот теперь он получил плохие известия.

Проверенный информатор по фамилии Флагг утверждал категорически: Найт – ненадежный человек. Его видели в городе в компании с людьми из профсоюза, он также сеял смуту и недовольство среди рабочих своей артели.

Лаури огорчился. К концу этого года он предполагал сделать Найта главным в артели, а следующим летом – прорабом. С умом и серьезностью, которые помогали ему сплотить людей, Найт был бы идеальным руководителем. Люди его уважали.

Но, к сожалению, за два десятилетия занятия бизнесом Лаури имел немало случаев убедиться, что в такой вот серьезности, в этой внутренней цельности – главная угроза. Потому что именно такие люди обращались за помощью в профсоюзы, борясь за улучшение условий работы. Несмотря на то что они превосходили других рабочих своими деловыми качествами, их необходимо было вырвать из шахтерского коллектива, как сорную траву из сада, так как они сеяли разлад и потенциальный бунт. Такой босс, как Лаури, знал, каких людей нужно подбирать, чтобы они работали хорошо, не будучи уж очень образцовыми, и относились к делу серьезно, но без желания брататься. Все хорошо в меру.

Было ясно, что Найт вступил на скользкую дорожку.

Бет что-то сказала отцу, но Лаури, поглощенный своими мыслями, слушал ее рассеянно.

– Что, золотко? – переспросил он. Дочь засмеялась.

– Ты за сотню миль отсюда, – сказала она. – Что-нибудь очень плохое?

Мистер Лаури вздохнул и погладил ее по руке.

– Один из моих людей стал смутьяном, – ответил он, помедлив. – Это очень скверно. Он был славным парнем. По крайней мере, он казался мне таким.

– Как его зовут? – спросила Бет.

– Найт. Парень по имени Найт.

Губы Бет изогнулись в улыбку пренебрежения.

– Я бы тебе сказала о нем то же самое, – проговорила она.

Отец посмотрел на нее с изумлением.

– Что? – воскликнул он. – Откуда ты можешь знать Джо Найта?

Его поразило, что дочь его могла знать по имени кого-то из его сорвиголов-работяг.

– Ну, я, конечно, не знаю его лично, – поправилась она. – Но я его видела. Он – высокомерный.

Отец посмотрел на дочь недоверчиво.

– Он что, обидел тебя? – спросил Лаури, закипая. Она засмеялась:

– Конечно, нет, папочка. Я не сказала с ним и двух слов. Просто он – как бы это сказать, – думает, что он дар Божий для женщин или что-то в этом роде. Я не удивлена, что он – смутьян. Всякий, кто его видит, понимает, что от него можно ждать чего угодно.

Деннинг Лаури был озадачен. Несомненно, Найт не ухлестывал за его обожаемой дочкой. Но ее слов было достаточно, чтобы встревожить отца. Он знал, каким успехом пользовался Найт у женщин, и своими собственными глазами видел, что он был привлекательным молодым человеком.

Так слова Бет, наложившись на то, что он слышал от доносчика, подтолкнули его к решению.

Он должен избавиться от Джозефа Найта.

Вечером Деннинг Лаури имел долгий разговор с прорабом. Он велел ему подобрать четырех самых сильных парней, которые уже проделывали подобные дела со смутьянами и знали, как выбить из человека дух, не оставляя слишком много следов для полицейского дознания.

– Всыпьте ему так, чтобы он надолго запомнил, – сказал он прорабу. – Я не хочу, чтобы он был в состоянии когда-либо еще работать на нефтяной оснастке. Вышвырните его из округа. И вбейте ему в башку, что если он когда-нибудь сунет сюда свой нос, то он – покойник. Ясно?

Прораб ухмыльнулся.

– Ясно, шеф, – сказал он. – Можете на меня положиться. Он нас никогда не забудет!

Довольный, Деннинг Лаури лег спать раньше обычного и заснул крепким сном.

В три часа ночи Лаури в тревоге очнулся от плохого сна – его разбудило прикосновение чего-то холодного снизу подбородка, чья-то рука заткнула ему рот, перехватив уже готовый было вырваться крик.

Он понял, что это. Ощущение холодной стали на горле нельзя было спутать ни с чем.

– Вставай! – услышал он спокойный голос. Страшась, что лезвие того и гляди вонзится ему в глотку, Деннинг Лаури кое-как сел в постели. Он чувствовал дыхание непрошеного гостя около своего уха.

На секунду Лаури стало любопытно, как этот наглец сумел пробраться в дом мимо сторожевых собак и охранных постов. Дом находился под неусыпным надзором.

Но сейчас не это было важно. Человек был здесь, и ничто не могло его остановить.

– Не вопи. Если будешь орать, я тебя убью. Вставай! – Деннинг Лаури был бесцеремонно поставлен на ноги и помещен на стул около окна. Несмотря на жаркую ночь, он дрожал в пижаме.

Зажегся свет.

Лаури затаил дыхание. Это был тот самый молодой человек– Джозеф Найт. Он весь был покрыт синяками, кровоподтеками и засохшей грязью. Было ясно, что он вышел из драки. Но юноша выглядел спокойным и сильным: победитель. На медные мускулы его шеи и плечей было жутко смотреть.

– Четырех недостаточно, – сказал Найт. – В следующий раз присылайте больше.

Лаури поежился.

– Я не понимаю, о чем ты толкуешь… – начал он. – Уверяю тебя, что я тут ни при чем…

Он замолчал, увидев в руке юноши нож. Это был длинный острый стилет, каким пользуются профессиональные убийцы. При виде занесенного сверкающего острия душа у мистера Лаури ушла в пятки.

Медленно, тихо, чтобы не переполошить дом, юноша отодвинул кровать в сторону. Под нею был небольшой, обшитый галуном коврик.

Он отшвырнул его ногой. Половица над тайником обнажилась.

– Открой ее, – сказал юноша. – Отдай мне деньги.

– Деньги? – спросил Лаури, дрожа. – Здесь нет никаких денег. Ты помешался. Это частная собственность, юноша, я тебя предупреждаю…

Он быстро соображал. Как парень мог разнюхать про деньги и тайник? Никто не знал о нем, даже слуги. В сейфе было больше сорока тысяч долларов – наличными и в ценных бумагах. Деннинг Лаури должен был защитить свой капитал.

– Там нет никаких денег, – настаивал он.