Чтение онлайн

Уже в пальто Делвер вспомнил, что ему необходимо сказать несколько слов дежурному санитару. Высоченный мужчина сутулился в коридоре у столика и, слюни пальцы, перелистывал старый комплект «Огонька». Делвер хлопнул его по плечу.

— Слушай, Метузал. Если что-нибудь стрясется, профессора ты не беспокой. Понял? До девяти, ну, до полдесятого я буду у него — можешь меня вызвать. А после половины десятого позвоню сам.

Дежурный кивнул, не отрываясь от журнала. Делвер щеголевато натянул па левую руку перчатку и вышел насвистывая.

Моросил мелкий весенний дождь. Небо было свинцово-серым, и Делверу показалось, что низкие облака вот-вот скроют из виду пожарную каланчу на другой стороне улицы.

— Льет, как в Янов день, — пробормотал он привычное, стародревнее изречение, поднял воротник пальто и, лавируя между лужами, зашагал к воротам, где чуть в стороне от других больничных корпусов находился приемный покой.

Айна Сарма ждала его, спрятавшись от дождя в сторожку.

— Добрый вечер! — Протиснувшись в дверь, Делвер поздоровался с девушкой, потом натянул перчатку и на правую руку.

В сторожке пахло весной. Делвер не разобрал, исходил ли этот аромат от аккуратно завернутых в белую бумагу цветов или же от волос молодой медсестры. Он поглядел на темный локон, выбившийся из-под шифонового платочка Айны, вдруг увидел ее карие глаза, поношенное пальто и отвернулся. Стало теплее на душе, захотелось сказать какие-нибудь особенные слова. Снять перчатки, отогнуть воротник, стать таким же простым, как все люди.

Вместо этого Делвер втянул голову еще глубже и презрительно усмехнулся.

«Больше нельзя пить, — подумал он. — Я становлюсь сентиментальным…»

Дождь полил, кажется, еще пуще.

— Черт возьми! — бранился Делвер. — С ровного асфальта вода стекает, а тут одни ямы. Надо у завхоза резиновые сапоги требовать.

— Разве у вас нет калош? — спросила молодая женщина.

— Я калош не ношу. Калоши это признак старости.

— Что вы говорите! — Айна притворилась испуганной. — Значит, я скоро состарюсь! Товарищ доктор. будьте любезны, подержите цветы, пока я надену калоши.

— Слишком поздно. — Делвер с поклоном распахнул перед ней дверь сторожки. — Такси ждет. На ваши калоши потребуется много времени, а за время надо платить.

— Чтобы не создавать вам финансовых затруднений. я повинуюсь!

Шофер широким жестом откинул дверцу машины:

— Пожалуйста! Больного лучше на заднее сиденье. там будет удобнее.

— Никаких больных тут уже нет. Пока вас ждешь, самый больной человек успеет вылечиться. — Делвер пропустил вперед Айну, сел сам и распорядился: — На улицу Ленина. Номер не знаю. Скажу, где остановиться.

Разбрызгивая лужи, машина выехала с больничного двора. Немножко поколыхалась по окраинному булыжнику, выкатила на асфальт и помчалась к мосту через Даугаву.

Откинувшись на мягком сиденье, Делвер искоса поглядывал на Айну. Миниатюрная, пожалуй, даже слишком миниатюрная и хрупкая девушка лет двадцати двух, не больше, а может быть, и двадцати; она сидела рядом и молча глядела па стекающие по стеклу струи дождя.

«Ей бы писать стихи или танцевать в балете, — подумал Делвер. — Зачем такие идут и больницу? Наша работа требует не только душевных, но и физических сил. Медсестра! Со временем они грубеют. Это неизбежно. Неужели и она тоже?…»

Делвер достал сигарету.

— Все же как-то неловко, — заговорила Айна.

— Да почему же? — оторвался от своих размышлений Делвер.

— Мы ведь незваные гости, по крайней мере я.

— Ну и что? Разве профессор запретил вам его навещать?

— Ну, знаете…

— Знаю! Если ждать от профессора приглашения. так никогда в жизни не переступишь его порог. Профессор никого не приглашает, но… и не выгонит никого.

— Ну хорошо, — успокоилась Айна. — Только на полчасика.

— Счастливые часов но наблюдают. — Делвер уселся поудобнее и поглядел на соседку. — Надеюсь, вам не придется скучать.

— Вы думаете?

— Несомненно. — Делвер выбросил за окошко окурок. — У профессора и доме подают пьебалгскую ветчину и такие замечательные настойки, каких не найдешь во всем Советском Союзе.

— Значит, вы прекрасно проведете время, — улыбнулась Айна.

— И вы тоже! Не часто случается бывать в таком обществе. Профессор только поначалу кажется нелюдимым, в сущности он сама простота и радушие. А с Виктором Вецапинем, младшим сыном профессора, вы не знакомы?

— Не имела счастья.

— Сегодня оно вам предстоит. Если есть в Риге неотразимый мужчина, так это он. Светлые волосы, как у Аполлона, косая сажень в плечах, и взгляд такой, что у девиц со слабыми нервами просто подкашиваются ноги. Настоящий викинг, к тому же занимается литературой…

Ранние сумерки уже опускались на город, на улице Ленина зажглись фонари.

— Справа пятиэтажный дом, — сказал Делвер шоферу, протягивая две пятирублевки. — Благодарю вас.

В лицо им ударили капли дождя.

— Идемте в ворота, парадная заперта.

Делвер взял Айну под руку. Видно, он бывал у Вецапиней не раз и хорошо изучил географию этого дома. Со двора по узкому проходу они попали на широкую, плохо освещенную лестницу. Номер квартиры нельзя было разглядеть; на втором этаже Делвер выпустил руку девушки и позвонил.

— Возьмите! — приказал он, с ловкостью хирурга развернул цветы, скомкал бумагу и опустил ее в широкий карман пальто. Потом, слегка наклонившись, Делвер осмотрел букет лиловато-красной гвоздики и произнес вполголоса: — Ничего, сойдет.