Чтение онлайн

– А то как же, – повторил леший и пояснил: – Ходить быстро хорошо. Только зачем столько силушки у леса забирать? А если после такого твоего прохода в молодом ельничке деревья гибнуть начнут?

– Я не хотел, не знал, – Егор начинал злиться. Ну почему каждый раз происходит одно и то же. Сначала он чувствует себя идиотом от того, что у него ничего не получается, а потом неменьшим идиотом, несмотря на то что добился успеха.

– Ты парень не простой, – леший подошел и положил ему руку на плечо. На Егора повеяло запахом свежей хвои. – Сила в тебе спала-почивала, а теперь просыпаться стала. Или ты научишься ее придерживать, или она тебя в бараний рог скрутит, – темно-зеленые глаза лешего смотрели на Егора строго и печально.

– Думаете, она меня скрутит? – не удержался от вопроса Егор.

– Поживем – увидим, – отошел от него леший, – А теперь погляди-ка, что перед тобой.

Егор посмотрел вперед. Это был бурелом. Беспорядочно попадавшие деревья перегородили им путь. Присмотревшись, он понял, что засека – творение рук человеческих или, скорее, лешачьих. Деревья были срублены на высоте примерно полутора метров от основания и повалены стволами вперед. Стволы, зацепившись сучьями друг за друга и за пни с порослью, создавали непроходимый для человека рубеж. В довершение всего между ними уже вымахал молодняк-подлесок.

– Мы это сейчас перешагнем? – Егор внимательно посмотрел на лешего.

– Уж больно велик должен быть твой шажок, мил-человек, – сказал Митрофаныч. – Моя засека на три километра вглубь протянулась. Да и силушки у тебя не будет это сделать. Ведь так? – И он хитро на него посмотрел.

Егор прислушался к себе. Сила, помогавшая ему идти через лес, куда-то исчезла.

– Ай да Митрофаныч, ай да молодец, – мужик радостно хлопнул себя по бокам. – Какую преграду сделал! Не пройти через мою засеку ни медведю, ни ведуну, ни человеку, – гордо произнес он и широко улыбнулся. – А гостям мы завсегда рады. Я вас перенесу. Не пужайтесь, – с этими словами он скинул с себя импортный пуховик и стал расти, у них на глазах превращаясь в большое дерево. Егор, задрав голову, минуты три смотрел на растущего перед ним исполина. Потом у него безбожно заболела шея, и он опустил взгляд. Прямо перед ним, извиваясь змеями, копошились громадные корни-лапы. Лешачиха, спокойно наблюдавшая за превращениями отца, ободряюще улыбнулась Егору.

– Он обычно такое за миг один делает. А сейчас перед тобой красуется. Впечатлить хочет.

– Впечатлил, – восхищенно сказал Егор.

– Ну что, детушки, садитесь, – прошелестело сверху, и перед ними опустилась громадная ладонь, поросшая мхом и мелким приземистым кустарником. Егор не к месту вспомнил фильм о Кинг-Конге и поежился. Одно дело смотреть все это по телику, заедая чипсами. И совсем другое – быть реальным участником событий.

– Что, испужался? – прошептала ему в ухо лешачиха. Она взяла его за руку и потянула за собой. – Ты, главное, виду не подавай, что боязно. Он и перестанет хулиганить да посмеиваться над тобой. – И она потянула его за собой.

– Угу, – выдавил из себя Егор, осторожно ступая на гигантскую ладонь.

Он едва успел уцепиться за растущий рядом кустик. Ладонь так резко взмыла вверх, что у него подкосились ноги. Но Егор, помня слова девушки, постарался быстро взять себя в руки. Он отпустил кустик и осмотрелся. Вокруг них, куда ни посмотри, темнел весенний лес. Вот только слева, примерно в километре, бурлила река, которую они проскочили одним махом. А справа простирался бурелом, за которым опять был лес. Но в отличие от остального, он рос на холмах и зеленел так, как будто бы весна уже давно вступила в свои права. Леший двинулся. В лицо Егору пахнуло запахом лета, тепла и зеленой травы. Не прошло и минуты, как они перемахнули через бурелом. И вот уже леший осторожно опускает их на землю среди холмов.

– А здесь тепло, – удивился Егор, расстегивая куртку. Вокруг зеленела сочная трава. Недалеко у березовой рощицы со свежими изумрудными листочками теснилась группка больших крепких грибочков. Егор готов был поклясться, что, когда он отвернулся, дабы оглядеться, эти грибы оказались по другую сторону березовой рощицы. Он решил присмотреться и подойти к ним поближе. Буквально на его глазах грибочки начали медленно передвигаться вглубь лесочка. Они, казалось, хихикали над ним. Или у него уже начались слуховые галлюцинации?

– Вот баловники, – послышался рядом голос Митрофаныча. Он опять принял образ человека. – А ну-ка, идите сюда. Разве можно гостя водить? Его надобно встретить, поздороваться.

Грибочки, повинуясь строгому голосу, тотчас высыпали из леса. Егор широко раскрыл глаза. Как он мог так обмануться! Перед ним стояло несколько ребятишек возрастом от трех до семи лет.

– Здрасте, дяденька, добро пожаловать, – серьезно произнес самый старший мальчишка с пронзительно-голубыми глазами и темными, почти черными взъерошенными волосами.

– Здрас-сти, – подхватил нестройный хор детских голосов.

– Ну, бегите, играйте, – махнул им леший, – а ты, Никитушка, – обратился он к старшему, – поди помоги матушке на стол собрать, пока я гостю деревню покажу.

– Хорошо, батя, – кивнул головой черноволосый мальчишка, пятерней пригладил взъерошенные волосы и исчез, растворился в воздухе.

Егор вопросительно посмотрел на Митрофаныча.

– Правильно заметил, – кивнул тот, – мой сын – человек. А только все равно лешим вырастет. Умен не по годам. Я его случайно в дальнем лесу нашел. Три часа ходу отсюда.

Егор задумался, пытаясь понять, где же лес, до которого лешему три часа ходу.

– А что случилось с его родителями? – не удержался он от вопроса.

– Золотоискатели, – пожал плечами леший, – перестреляли друг друга. Ума не приложу, зачем с ними вместе женщина пошла. Да еще с малышом, которому тогда и года не было. Ну, я все золотишко-то в реку обратно скинул. А мальца с собой прихватил. У меня лоси как раз телились. Так он на этом молоке и вырос. Смышленый. Видел, как вмиг исчез? – гордо добавил леший. – Ну, как тебе наша деревенька? – сменил он тему.

Егор огляделся.

Честно сказать, никакой деревни он и близко не видел. Недалеко по-прежнему белела березовая рощица. Только теперь уже без детей-грибочков. Зеленела трава, да были раскиданы небольшие холмы. Егор обратил внимание, что были они все разные. Один холм просто покрыт травой. По второму рассыпались полевые ромашки. Третий выделялся стоящим на самой вершине мощным деревом, а четвертый весь ощетинился каким-то красноватым кустарником, как сердитый ежик.

– Здорово здесь, – произнес Егор, стараясь быть вежливым, – и тепло очень, – он снял куртку.