Чтение онлайн

— Ты все-таки плохо меня знаешь, — ответила я. — Однажды, совсем недавно, ты сказал, что я — единственная на всем свете женщина, которую ты готов взять в жены, или что-то в этом роде. Думаю, тогда ты верил в то, что говорил. Теперь, похоже, ты утратил ко мне всяческое уважение. Но когда-то мы были друзьями. Если я дам тебе слово, я сдержу его. И сделаю так, что другие тоже будут молчать. Но я не стану рисковать моим братом. Я буду хранить молчание, только если ты будешь соблюдать наш договор.

— Поверить не могу! Ты словно превратилась в какого-то… какое-то чудовище, как тот парень, которого ты защищаешь. Лучше прямо назови свои условия.

«Да нет же, — подумала я. — Это ты превратился в чудовище. Ты готов предавать, убивать и мучить всего лишь из ревности. Ты, за кого я когда-то могла выйти замуж».

— Итак, — сказала я. — Ты будешь хранить верность союзу. Ты будешь свято выполнять обязательства перед моим братом в будущем, будешь с ним честен и будешь делить с ним свои силы, как некогда с Лайамом.

— А еще?

— Это — долговременное соглашение. Как только ты его нарушишь, я все расскажу.

— А что за кратковременное соглашение?

— Во-первых, ты приведешь сюда Эйслинг. Мои люди отправятся с ней в Семиводье сейчас же, сегодня. Она останется там до весны, когда они с Шоном поженятся. Она не вернется сюда. Ты приедешь на свадьбу, будешь улыбаться и благословлять молодых.

— Эйслинг плохо себя чувствует. Она не в состоянии путешествовать.

— Предоставь судить об этом мне. Думаю, она поедет. Мои люди знают, как бережно сопровождать знатную леди и заботиться о ней в пути.

— Звучит так, будто ты не собираешься ее сопровождать. Что там еще в твоем дьявольском соглашении, Лиадан?

— Я останусь здесь, пока Эйслинг не отдалится на безопасное расстояние от Шии Ду. Это не должно занять много времени. Потом ты отпустишь обоих пленников. Ты предоставишь нам троим и моему сыну сопровождение до твоих границ.

Он деланно рассмеялся.

— Ты и впрямь считаешь меня слабым.

— Я считаю тебя человеком у которого все еще достаточно здравого смысла, чтобы признать, что его загнали в угол, — медленно произнесла я. — Ты сделаешь так, как я хочу?

— У меня нет выбора. Но у меня еще осталась гордость, хоть ты и пытаешься унизить меня каждым словом. Я отпущу Эйслинг. Было бы безумием не согласиться на первую часть твоей сделки… Я вот думаю, не устанешь ли ты год за годом следить за мной, ждать, не оступлюсь ли я? Это может оказаться утомительным.

— Я — дочь Семиводья. Брат достоин моей верности и поддержки, и он их получит. Может, ваша семья и не верит в подобные вещи, но мы верим.

— Возможно, тебе стоит придержать язык. Я еще не согласился на вторую часть твоей сделки.

— Я предлагаю все или ничего. Если ты не отпустишь пленников, я не стану заключать никаких соглашений.

— Мне нужно время.

— Никакого времени у тебя нет. При желании, я могла бы все рассказать брату прямо сейчас, у тебя на глазах. Просто открою ему свой разум — и он все узнает. Если ты попытаешься причинить мне вред, ему тут же станет об этом известно. Я не стану колебаться.

— Чума на тебя, Лиадан! Будь ты проклята, ведьма!

— Так ты их отпустишь? — Мне становилось все тяжелее владеть собой.

— Ладно, — вдруг согласился он. — Забирай своего жалкого любовника и его мерзкого приятеля. Посмотрим, смогут ли они тебе пригодиться после краткого, но богатого событиями пребывания у меня в гостях. Однако ни о каком сопровождении и речи быть не может. Ни один из моих людей ни в гарнизоне, ни где-либо еще не удержится от того, чтобы, сопровождая Крашеного, не всадить ему в спину нож. Как только вы окажетесь за этими стенами, вы предоставлены сами себе.

— Ты пытаешься сказать, что отпустишь нас, а твои лучники изрешетят нас стрелами, не успеем мы сделать и шага по дороге домой? Так не пойдет. Мне нужно кое-что получше. Ты хочешь, чтобы я поговорила с братом? Мне его звать?

— Нет. Думаю, мы с тобой сыграем в небольшую игру. Когда Эйслинг уедет, если она только сможет ехать, я предложу тебе партию игры в прятки. Сперва ты найдешь своего бандюгу. Потом выведешь его отсюда. С этим мы тебе поможем, а не то ты провозишься всю ночь. И еще, никакой «дороги домой». Пусть идет тем путем, каким когда-то сюда попал, через болота. Разве не твердят все вокруг, что ему доступно любое задание? Раз так, он легко с этим справится. Тайной тропой с женщиной, ребенком и мужчиной, который не вполне владеет руками. Раз плюнуть, так мне кажется. Тогда и посмотришь, что он за герой. И, наверное, мы определим срок, за который ты должна все это проделать. Думаю, ты должна управиться до заката. Когда зайдет солнце, мы зажжем факелы и начнем в вас стрелять. А то мои люди совсем заскучали.

— Ты затеял недоброе дело, — прошептала я, вглядываясь в его лицо. Неужели это тот самый человек, с которым я когда-то танцевала в Имболк, мужчина, которого я считала хорошим кандидатом в мужья, если только его научить улыбаться? Неужели это я, одним своим отказом, так изменила его? На сердце у меня похолодело. — Разве не я здесь диктую условия?

— Не вполне. Ты можешь прямо сейчас раскрыть свой секрет и попытаться на расстоянии убедить брата в том, что ты говоришь правду. Ты это можешь, и этим ты разрушишь мою жизнь. Но стоит тебе это сделать — и Крашеный умрет. Таким путем тебе его не спасти. А твоему брату на этого бандита плевать. Он всего лишь временное орудие в его игре.

Я облизала внезапно пересохшие губы.

— Отлично. Значит, мы договорились. Шли за Эйслинг.

— Ты ни слова не расскажешь об этом моей сестре. Надеюсь, это понятно?

— Понятно, Эамон. А теперь пошли за ней и за моей охраной.

Эйслинг выглядела больной и измученной. Ее испещренное веснушками личико было бледным, как снег, под кожей просвечивали кости. Глаза у нее были красные, воспаленные, а волосы спутались.

— Лиадан! — прошептала она, не замечая мрачного взгляда брата, не глядя на вооруженных мужчин, ждущих в зале. — Лиадан, ты приехала!!! А где Шон?