Чтение онлайн

Снугенхатт припустил во весь опор, но Банкан сразу понял, что уйти от страшных пальцев не удастся. Сейчас беглецов прихлопнут как мух или сгребут, как сорванный цветок. Граджелут бессвязно лопотал, выдры держались друг за дружку, а Виз собирался геройски разделить судьбу старого друга. Банкан попросту закрыл глаза.

И почувствовал, как что-то тяжелое осторожно дотронулось до головы.

Он открыл глаза. Лапища поочередно гладила его спутников.

А потом она отстранилась, и монстр выпрямился. И снова исторгнул рев, на сей раз членораздельный:

– СВОБОДЕН! Я СВОБОДЕН! СПУСТЯ ВЕЧНОСТЬ ПОСЛЕ РОЖДЕНИЯ ВЕЧНОСТИ! – Шипастый хвост вырыл уже целый овраг. Опустив все головы, тварь рассматривала путников. – Я, НЕ ЗНАЮЩИЙ НИЧЕГО, КРОМЕ ВЕЧНОСТИ, ГОВОРЮ: МНЕ НЕ ХВАТИТ ВЕЧНОСТИ, ЧТОБЫ ВЫРАЗИТЬ ВАМ СВОЮ БЛАГОДАРНОСТЬ!

ЕСЛИ БЫ НЕ ВАША ПЕСНЯ, Я БЫ ОСТАЛСЯ ЗДЕСЬ НА ВЕКИ ВЕЧНЫЕ!

Сквилл ухмыльнулся и беспечно ответил:

– Да брось, шеф, не стоит благодарности. Просто мы любим петь.

– Ага, и мой брательник – настоящий альтруист.

Банкан предостерегающе посмотрел на Ниину. Как всегда, это не подействовало.

Вокруг, насколько охватывал глаз, обнимались освобожденные гиганты.

Иные плакали, роняя слезы величиною с добрый пруд. Иные хлопали давно окаменевших знакомцев по спинам, отчего по равнине катились сейсмические волны.

– Интересно, сколько путников проехали здесь до нас и обратили внимание на странные очертания возвышенностей, – проговорил ленивец, – даже не заподозрив, что причина тут не в воображении, а в восприятии?

Снугенхатт, уже сообразивший, что никто не собирается превратить его в кровавую лепешку, сбавил шаг.

А Банкан, прикрывая глаза от солнца, спросил монстра:

– И как вы собираетесь распорядиться свободой?

– ВЕРНУСЬ ТУДА, ОТКУДА ПРИШЕЛ, – хором ответили три головы. – КОНЕЧНО, ЕСЛИ ЕСТЬ КУДА ВОЗВРАЩАТЬСЯ. ВСЕ-ТАКИ ПРОШЛА ЦЕЛАЯ ВЕЧНОСТЬ.

– Всех обескровлю! – раздался вопль позади путников, застигнув их врасплох. – Я никого не боюсь! Ни богов, ни смертных!

– Э, чтоб меня дважды оприходовали! – воскликнул извернувшийся ужом Сквилл. – Глядите, кто к нам едет!

Это был Чи-черог, Первый Всадник кси-меррогов. Он летел вскачь, нахлестывая перепуганную ящерицу, вращал меч над головой и вопил.

– Миражи! – провыл он. – Вы сотворили миражи, чтобы обмануть мой доверчивый народ! Вы помрачили рассудки бедных кочевников, но меня не проведете! Я вам головы отрублю! Заживо на вертелах зажарю! Я вас…

Обезьяна присела, наклонилась. Опустился большой палец. Чи-черог его заметил, но значения не придал. Он успел взвизгнуть от боли и изумления, прежде чем превратился в темное мокрое пятнышко на земле.

– Нехилый миражик, – одобрила Ниина.

Среди жителей поселения не нашлось охотников повторить подвиг вождя. Беглецов никто не преследовал.

А гигантские создания взялись за лапы. Одно из них таковыми не располагало и было вынуждено протянуть щупальца длиной в реку. В следующий миг над пустыней Тамаз воспарила титаническая стая.

Бесчисленные годы провели в оцепенении эти пленники из давно забытой страны, и вот они очнулись от векового сна, оттолкнулись от земли и медленно поплыли ввысь, навстречу жаркому солнцу. Время от времени с чьих-нибудь доспехов срывался камешек размером этак с телегу и разбивался вдребезги. И вот уже воители кажутся сравнительно небольшими, и вот уже они совсем крошечные, а миг спустя – всего лишь крапинки в безбрежном небе.

А в пустыне еще клубилась поднятая ими пыль. Путники долго молчали.

Шуршала только оседающая пыль, летели последние камни, да хрипло дышал на бегу Снугенхатт.

– И откуда они только взялись? – пробормотал наконец Банкан. – Граджелут, как вы думаете?

Купец пожал плечами.

– Кто знает? В мире всегда хватало чудес. И мы часто, даже слишком часто, глядим на них и видим только форму, но не содержание. – Он кивком указал на небосвод. – Для пробуждения жизни в этих камнях понадобились ваши чары. Но это случайность. Чтобы найти чудо, надо знать, где искать.

– А еще, – добавила Ниина, – надо знать, че петь.

Обдумав эти слова, Граджелут произнес:

– Возможно, в следующий раз, когда понадобится помощь, вам не следует так усердствовать. Сегодня вызванные чаропеснью призраки были нам благодарны, но я не уверен, что это правило, а не исключение.

– Не боись, шеф, все будет путем. – Сквилл только что не лопался от самонадеянности. – Мы теперь точно знаем, че надо делать. Верно, сеструха?

– Эт точно. – Она оглянулась. – Правда, купчик, обмякни. Довезем мы тебя до Великого Правдивца в целости и сохранности, и никто нас не остановит, вот так.

Граджелут пожевал губами.

– Ох, уж эта самоуверенность юных. Если б вы хоть на секунду задумались о том, до чего же мы, смертные, беспомощны перед лицом природы. – Он посмотрел на Банкана. – У вас, молодой человек, есть ум и, что гораздо важнее, везение. Но вы – не ваш отец.

– Да я и не претендую. – Банкан проверил дуару – она надежно висела за спиной. – И знаете что? Я даже рад. У Джон-Тома неплохая музыка, но временами больно уж старомодная. Для новой магии нужны новые слова и мелодии.

– Эт точно, – согласился Сквилл.

Банкан напряженно всматривался в даль. Что это там? Кажется, цепочка холмов. А за горами могут быть горы, а в горах – прохлада, вода, дичь, тень. Не передать, до чего осточертела пустыня!

– Порой старая магия надежнее, – выразительно качая пальцем, возразил Граджелут. – Потому что она предсказуема.

Не оборачиваясь, Банкан ответил:

– Не могу с этим спорить, но вот что я вам скажу. Когда дело касается и музыки, и магии, надо поступать, как подсказывают чувства.