Сын башмачника
Шрифт:
Именно благодаря ей, вся его благотворительная деятельность приобрела невиданные ранее масштабы. В этой сфере они были равноправными партнёрами. Она могла долго вынашивать свои идеи. Потом в деталях продумывала эти проекты, а он их финансировал. По существу, вся его жизнь после женитьбы разделилась на две части. То, что было до неё, выглядело таким мелким и незначительным. Настоящая жизнь началась только с ней. И не было в этой жизни и дня, чтобы он не благодарил Всевышнего за то, что в его жизни появилось это прекрасное существо, так похожее на настоящего ангела. Видимо, такова была отведённая ей миссия на этой земле: наполнить его унылое существование ярким светом. Его же обязанности сводились к тому, чтобы оберегать это сокровище от любых превратностей судьбы. Что он и делал. Успешно делал до этого самого рокового дня.
***
После той вечерней поездки на дачу он понял одно. Жизнь уже никогда не будет такой, какой была раньше. Видимо, настала пора тяжких испытаний и невосполнимых потерь. Он знал, что такой переломный момент в его жизни рано или поздно наступит. Обязательно наступит. Но как-то интуитивно всё же надеялся на несколько лет передышки.
А на следующий день он собрал у себя шестерых человек. Только тех, кого считал своими самыми близкими людьми. Им он, как на духу, рассказал всё, что с ним произошло тем вечером. Включая свою полусумасшедшую поездку на дачу. Их возмущение не знало границ. Все они были едины в своём убеждении, что управляющего надо уволить. Но при этом, может быть, всё же предложить ему другую работу. Вдали от Баку.
Все прекрасно понимали и то, что управляющий не был случайным человеком в их окружении. Он когда-то смог получить прекрасное образование именно на деньги своего нынешнего работодателя. Как же все они заблуждались, считая, что это гарантирует его благодарность и преданность на всю оставшуюся жизнь. Это оказалось просто заблуждением. Пока все они без устали повторяли:
– Неблагодарный!
А он лишь хмурился. По его же мнению, всё происходящее с ним не было исключением из правил. Он то хорошо знал, что любая надежда на человеческую благодарность является всего лишь иллюзией. Недаром его отец с улыбкой любил повторять:
Конец ознакомительного фрагмента.