Чтение онлайн

Как ни странно, тётка не задумываясь ответила:

— Есть такой. Он из армян, очень не глуп, не трус, хорошо образован и, как ты говоришь, с шилом в непотребном месте. Из-за этого шила он сейчас в не самом хорошем положении. Потерял два каравана подряд и только чудом не угодил в долговую яму. А зачем тебе такой человек?

— Тёть Тамара, ну не мне же заниматься будущим игорными домами!

Тётка хмыкнула и произнесла:

— Этот точно подойдёт. Только познакомлю я вас через пару дней, сначала сама с ним поговорю, — она немного подумала и добавила: — Должен он мне. Жизнь должен.

Вот так вот, жизнь и не меньше. Посмотрим на этого купца, но для этого края подобный долг — это серьёзно, очень серьёзно.

Пока мы с тётей Тамарой носились по городу, составляли бизнес-план будущего производства спиртных напитков и занимались другими не менее важными делами, дед Вахтанг тоже не сидел без дела. Как я уже сказал ранее, он попытался пристроить меня в гарнизонную школу, а когда это не получилось из-за возраста, не успокоился и предпринял другие, очень нетривиальные шаги, чтобы занять меня в свободное от учёбы время.

Так у нас в усадьбе в какой-то момент появился сначала один грузинчик лет семи, а потом и ещё парочка.

На вопрос деду, нафига мне нужны эти дети, тот безапеляционным тоном заявил:

— Тебе, Ваня, надо общаться со своими сверстниками, искать друзей, а эти дети из очень хороших семей, может, вы и подружитесь.

Подумав над его словами я понял, что он прав во всех отношениях, и дело тут не в общении, а в том, что мне по любому придётся формировать себе команду, так почему не заморочиться этим уже сейчас. Вырастить её так сказать с пыленок и это будет гораздо лучше чем потом подбирать в себе уже сформировавшихся молодых людей. Собственно поэтому и спорить не стал, вместо этого, предложил деду немного расширить его начинания. Подобрать не трех детей, а десяток или полтора и не только из грузинских отпрысков. Но при этом пославил ему условие, если уж мне предстоит с ними возиться, значит и учиться они должны вместе со мной, а ещё, все они будут находиться рядом со мной только в том случае если у меня получится найти с ними общий язык. В противном случае прогонять буду без всякой жалости.

Дед с моими условиями согласился, и вот так совпало, что по возвращении с базара меня в усадьбе ожидала целая толпа малолетних разбойников. Дед не стал мелочиться и собрал здесь сразу два десятка детей и сейчас пытался меня с ними познакомить. Так, как он сам путался кто из них чей сын, то получалось это у него не очень.

Глядя на этот цирк, я только и подумал про себя, «просто не будет ещё и потому, что очень уж пестрая эта толпа ребят разных национальностей» похоже дед Вахтанг подошёл к решению проблемы со всей серьезностью и услышал мои слова в полной мере, а вот, что из этой затеи получится, покажет только время. Сейчас же, глядя с улыбкой на это столпотворение я громко спросил

— Что ребят, может пойдём из пистолетов постреляем?

Дед только и сделал, что прикрыл лицо ладонью, стоящие рядом казаки заулыбались, а тётя Тамара наоборот нахмурилась и спросила

— Ваня может пока без стрельбы обойдетесь?

На что я глядя как загорелись глаза ребят ответил

— Нет Тёть Тамара, слово сказано, да и давно пора проверить в деле мои пистолеты.

Стрельбы решили организовать здесь же в усадьбе, на её окраине, возле глухого глиняного забора. И ведь, что характерно, никто и не подумал в тот момент, что устраивать стрельбу чуть не в центре города может быть плохой идеей.

Поначалу все шло замечательно. Отставные солдаты, которые пожелали поехать со мной и как-то органично вписались в компанию с охраняющими меня казаками и грузинами, в коротком споре отстояли себе право перезаряжать пистолеты, и мы начали палить куда попало в сторону забора. Честно сказать, было непросто, и я сам чуть не уронил пистолет после выстрела, хоть и держал его двумя руками. Мои же будущие товарищи постоянно роняли оружие. Зато ребята постарше, а среди нас чуть не половина были девяти-десятилетние подростки, стреляли вполне уверенно.

Так вот, все было замечательно и весело. Мы даже успели познакомиться друг с другом, всё-таки перезарядка требовала немалого времени. А потом через забор к нам полезли солдаты.

Интерлюдия

Пётр Иванович Багратион сидел над прочитанными письмами, которые получил по возвращении на родину, со стеклянным взглядом и пребывал в глубочайшей задумчивости. Будучи человеком горячим и порывистым, решения он зачастую принимал быстро, практически мгновенно, сейчас же напряженно размышляя он не мог до конца определиться, как ему воспринимать то, что он узнал из писем, и что в принципе можно сделать в подобном случае.

Читая письмо от дяди Вахтанга, он не мог понять, как так получилось, что сын сумел втянуть в свои денежные дела даже этого сурового старика, который в принципе не мог нарушить приказ. Да он и не нарушал, строго говоря: денег сыну не давал, заниматься торговым делами не позволял. И при этом все равно получилось так, что сын опять зарабатывает, притом значительные средства, и его при этом даже не смущает, что пользоваться сейчас своими деньгами он не сможет при всем желании.

Даже интересно, сколько он может заработать к совершеннолетию. Судя по тому, как здесь в столице восприняли эту его чачу, много, очень много. Сказал бы кто, откуда в мальце взялась такая страсть и талант к стяжательству? Может, из предков кто-то на него так влияет? А ведь были в роду люди, которые считали, что именно богатство надо ставить во главу угла, но и воинами они при этом были не из последних. Хотя сын, по словам дядьки Вахтанга, от занятий не отлынивает и учится воинскому делу с удовольствием. Но это все объяснимо, а вот другие вещи совсем непонятны.

Больше всего непонятно, откуда сын взял деньги, чтобы внести свою долю в новую компанию, ведь, по словам того же дядьки, он сам лично проверил все его вещи перед отправлением на Кавказ.

Но дядька Вахтанг — это ладно, он мог просто прикипеть к мальцу душой, а вот Тамара? Железная Тамара, которая, казалось, в принципе ненавидит все мужское в любом проявлении, она-то как пошла на поводу у мальца? Зная её, можно было ожидать конфликта и жалоб сына на эту женщину, а он пишет, что она очень добрая и вообще замечательнейший человек. Тамара и добрая, тьфу. Не знал бы её лично, мог бы поверить, а так ясно, что-то тут не чисто.

Про выходку сына в гарнизонной школе и вовсе непонятно, что думать, совсем ни в какие ворота.

Багратион, будто очнувшись от наваждения, встал и в сердцах произнес вслух:

— Да как его воспитывать-то?

Конец интерлюдии.

Больше года я уже на Кавказе, и надо сказать, это было насыщенное разными событиями время и, что греха таить, очень интересное. Сам не заметил, как прижился здесь и начал получать непередаваемое удовольствие от всего происходящего.