Чтение онлайн

Поверхность ужасала меня. Это отнюдь не пустая бравада комнатного сатаниста. Это – реальная проблема. Многие люди боятся темноты. Меня же пугает свет. На свету я чувствую себя – нет, не беззащитным, но подставленным под удар. Вокруг люди, и все обращают на меня внимание. Тем более, что внешность у меня заметная. Кто-то из них желает мне зла чисто абстрактно. Но кто-то и продумывает, как бы это зло мне причинить.

Чтобы вы не заблуждались. Прогулка по улочкам Замоскворечья ранним вечером давалась мне настолько же скверно, как для вас, скажем в четыре часа утра по ливневым стокам.

Во время быстрого променада по улочкам, я ощутил на себе несколько внимательных взглядов, но в целом ничего примечательного не произошло.

Окрестности обеих станций немноголюдны. Осмотревшись у «Серпуховской» я понесся к «Добрынинской», понимая, что говнюка, несущего на себе вкус серой крысы, наверху я не увижу. Надо было спуститься.

Для сравнения. Представьте себе самый затхлый, самый зловонный кладбищенский склеп. Смиритесь с мыслью, что сейчас вам придется туда залезать, и вы немного поймете чувства, которые владели мной, когда я спускался на станцию метро.

Говнюка не было и на «Добрынинской». Окинув кольцевую станцию беглым взглядом, я развернулся и помчался по ступенькам, ведущим к трубе перехода. Я проталкивался и лавировал. Проклиная все на свете, перепрыгивал ступеньки эскалатора.

Вы не сильно ошибетесь, предположив, что и на «Серпуховской» человека с мертвыми глазами в сером костюме не оказалось. Это был позорнейший из провалов. Можно, конечно, найти кого-то еще в сером, но такая замена отнюдь не гарантирует успеха.

В отчаянии я обернулся к поезду, что следовал на «Бульвар Дмитрия Донского», и уже отходил от платформы, как вдруг увидел серого говнюка. Тот стоял, держась за поручни, и равнодушно смотрел в окно.

Я бросился к краю платформы и быстро плюнул в него вкусом серой крысы. Мой плевок угодил ему точно в лоб. Серый отшатнулся, столкнулся со мной взглядом. Я усмехнулся.

И спиной почувствовал чье-то приближение. Я резко обернулся и увидел крылатого Прислужника, который неумолимо надвигался на меня, как статуя Командора на несчастного Дон-Жуана.

Мимолетный взгляд в другую сторону. Еще один Прислужник.

Я не понимаю, почему никто не видел их истинной природы. Они, по-моему, не скрывались. Отчетливы были крылья и мечи в руках.

Не размышляя ни секунды, я прыгнул с края платформы. Не сказал бы, что мне повезло. Просто значительное время своей жизни я тренировался прыгать в пространство между обычным и электрическим рельсами.

Я понесся в глубину тоннеля. Там, с левой стороны, на расстоянии примерно километра от станции, располагалась очаровательная древняя катакомба. Бежать до нее было около двух-трех минут. Имелась надежда, что я успею домчаться до убежища, не попав под поезд, который (если не остановят движение) прибудет через те же две-три минуты.

Я мчался так быстро, как только мог. Спасительная темнота туннеля придавала мне сил и возвращала меня к жизни.

Оглянувшись, я облился холодным потом.

Меня преследовали Прислужники. Они летели на своих белых крыльях, выбросив перед собой мощные руки, сжимая в этих руках мечи.

Я бежал быстро. Но в глубине души затаилось гаденькое ощущение того, что я проигрываю. Прислужники ведь все равно меня догонят.

Бежать, оглядываясь, невозможно. Поэтому я несся вперед громадными скачками, выжимая из своего тела максимум сил.

Когда убегаешь от вооруженного человека, надо прыгать из стороны в сторону. Это же правило справедливо и для тех, кто пытается спастись от ангелов-терминаторов с пылающими мечами.

После одного из прыжков, я бросил быстрый взгляд назад. Увидел, что один из Прислужников уже настиг меня и занес меч для решительного удара.

Скачок, который я совершил в эту же секунду, можно назвать самым отчаянным в моей жизни. Прыгал я вбок, из совершенно неудобной позиции, в направлении рельса. Пикантности ситуации придавало и то, что рельс был электрическим.

Рухнув на землю, я сам удивился тому, что еще жив. Мои пятки отделяло от смертельной поверхности электрорельса не более пары миллиметров.

И еще один мгновенный прыжок через рельс. Из положения лежа. И еще. И еще.

Меч ангела врезался в пол, в те места, где я был, и откуда успел отпрыгнуть. Ангел опаздывал на доли секунды. Но был явно сильнее.

Смерть надо встречать лицом к лицу. Стоит ли ее бояться? Я знаю, что будет потом. Я попаду не в такой уж и плохой мир. В котором мне, возможно, повезет немножко больше.

Я увидел занесенный меч. И, не особо задумываясь, совершил обманное движение в сторону рельса, сам же резко отпрыгнул в противоположную сторону.

Меч в руке ангела казался молнией. И эта молния ударила в электрорельс.

Запахло озоном. Тело ангела пронизали яркие разряды. Разлетались белые искры.

Я не знал, убьет это моего преследователя или нет. Но орал погибающий ангел – дай Друг каждому. Рев крылатого прислужника сливался с грохотом приближающегося поезда.

К тому же меня настигал второй ангел.

– Все! – выдохнул я, останавливаясь. – Сдаюсь… Хва… тит…

Прислужник расхохотался и воздел меч.

Я прыгнул вправо, через электрорельс, вкатился в катакомбный лаз.

Мощный удар в спину стал для увлекшегося погоней Прислужника неожиданностью. От мощного удара его подбросило к потолку. Полетели призрачные перья.

Я мчался по узкой, но такой сырой, родной, уютной катакомбе. Мне следовало спешить.