Чтение онлайн

Он потянул ручку и закричал от боли: раскалившийся докрасна металл обжег пальцы. Обернув руку курткой, Фенн попытался снова, но безрезультатно: или окно было заперто, или металлическая рама расширилась от жара, и ее заклинило. Он выругался, и это был скорее крик отчаяния, чем проклятье.

Жар и страх, что стекло сейчас рухнет, заставили его отойти назад. Фенн вернулся к Нэнси, которая прислонилась к дверце «лендровера».

— Не получается! Окно не открыть!

Она испуганно посмотрела на него и крикнула:

— Дерьмо! — Потом схватила Фенна за лацкан и притянула к себе. — А ты не можешь разбить это чертово стекло?

— Даже если смогу, огонь снаружи изжарит… — Фенн запнулся. — Идиот! — обругал он себя.

Оторвав Нэнси от двери машины, он распахнул ее и застонал от разочарования, поняв, что там нет ключей зажигания. Но тут же перекатился через капот «лендровера» к стоящей рядом «марине». Распахнув дверь, он убедился, что ключей нет и там Фенн вернулся к Нэнси и опустился рядом.

— Ключи могут быть в конторке! — крикнул он. — Подожди здесь!

Он побежал к задней стене. Низко пригнувшись за машинами, когда миновал дверной проход с бушующим в нем пламенем, Фенн заметил, что пол вокруг уже горит. Кашляя и отплевываясь сквозь носовой платок, он добрался до конторки и стал торопливо выдвигать ящики, вываливая их содержимое на пол Ключей нет, нет, нигде нет этих чертовых ключей! Фенн в отчаянии лихорадочно осмотрел помещение. Где эти долбаные ключи?.. Он громко застонал, заметив на стене пробковую доску с крючками; на каждом крючке висел промаркированный ключ. Фенн устремился к ним, проверил маркировку, нашел два с пометкой «лендровер» и, схватив оба, устремился обратно.

Его снова встретил удушающий жар, и Фенн понял, что скоро все здесь запылает. Он с трудом дышал короткими, резкими вздохами. Кислород пожирался пламенем, а остатки смешивались с дымом Добравшись до Нэнси, Фенн шатался.

Он забрался в «лендровер», Нэнси нырнула в открытую дверь рядом.

— В баке нет бензина) — крикнула она.

— Есть, черт его дери! Как, ты думаешь, они отсюда выезжают? — Он вставил первый ключ, молясь, чтобы тот подошел. Мотор взревел.

— Прыгай назад и держись, — крикнул Фенн, перекрывая шум.

Не заставляя себя упрашивать, Нэнси открыла заднюю дверцу и упала на сиденье. Она еле успела втянуть ноги, когда «лендровер» рванул, и дверь захлопнулась.

Фенн нажал на акселератор, и покрышки пробуксовали по пластиковому полу. Машина понеслась в окно, и Фенн поднял руку, прикрывая лицо, в надежде, что за пламенем не наткнется на что-то твердое.

Нэнси завизжала, когда «лендровер» пробил огромную витрину.

На ветровое стекло посыпались осколки, но оно выдержало. Машина въехала в море огня, и Фенн вовсю давил на педаль и держал руль прямо, ожидая каждое мгновение, что автомобиль взорвется.

Прошло чуть более двух секунд, когда они вырвались из огня, но обоим казалось, что прошла вечность. Запах, жар — и ужас — заслонили все остальное, а вид ослепительного бушующего вокруг пламени остался незабываемым кошмаром. Только инстинкт самосохранения, а не хладнокровие, заставлял Фенна давить на педаль.

Он издал торжествующий вопль, когда они вырвались из преисподней, но этот вопль перешел в панический крик при виде стоящей прямо на пути машины. Фенн резко вывернул руль вправо, «лендровер» занесло, и он боком врезался в стоящий автомобиль. Фенна отбросило влево, на пассажирское сиденье. Раздался лязг металла, и мотор заглох. Одной рукой Фенн вцепился в баранку, сумел приподняться и, не думая, выключил зажигание.

Он глубоко вздохнул, вонь пожара по-прежнему чувствовалась, но уже не так сильно. Однако, увидев зрелище перед собой, Фенн от ужаса выпучил глаза.

В дымное небо поднимались огненные шары, и сама их яркость, не говоря о жаре, резала глаза Цистерна была объята огнем, и за пламенем виднелись только ее колеблющиеся очертания. Большая часть площадки перед гаражом тоже была в огне, горящая жидкость продолжала распространяться и жадно пожирать все на своем пути. Автомобильный салон полностью скрылся за стеной пламени, верхняя часть здания, где находился офис, уже почернела. В открытых окнах виднелись искаженные ужасом лица, люди кричали, их глаза искали внизу кого-нибудь, кто мог бы прийти на помощь… На помощь, ради Бога, на помощь!

Сама земля дрожала от жары, по ней ползли люди, спасаясь от огня. Зеленый автобус застрял в бензовозе, наполовину охваченный пламенем. Большинство окон разбились, а внутри еще оставались пассажиры, и те, кто не сгорел сразу же и кто еще мог двигаться после первого взрыва, пытались выбраться и раздирали тела осколками стекла; раны тут же запекались от все возрастающего жара. Серебристо-серый «капри» стоял в нескольких ярдах от пылающего автобуса. Он как будто бы уцелел после столкновения, но пламя вокруг лизало его металлическое тело, расплавляя стекла в окнах.

Во все стороны, спасаясь от катастрофы, бежали люди, но один-два двигались навстречу, словно зачарованные опасностью, разрушением. Те, кого парализовал страх, припали к земле у стен или прятались за машинами.

Вдруг рядом Фенн увидел чье-то лицо, исцарапанное, залитое кровью, и, потрясенный, не сразу его узнал.

— Тебе удалось, Фенн! — крикнула Нэнси, ее голос звучал хрипло, как рыдание. Она обняла его за шею и прижалась щекой к нему так, что Фенн зажмурился. Это также помогло ему прийти в себя. Он высвободился и потянулся к ручке двери.

— Нужно убираться отсюда! — крикнул он Нэнси. — Под землей должны быть другие баки, до которых огонь еще не добрался! А когда доберется… — Он не договорил, но Нэнси поняла, что тогда будет.

Когда они вылезли из машины, на них, как из топки, пахнуло сухим горячим воздухом, и оба подняли руки, закрывая лицо. От заполнившей атмосферу копоти было трудно дышать. Фенн инстинктивно отвернулся от зрелища перед собой и тут же пожалел об этом.

Слева стояла бакалейная лавка, ее огромные окна рухнули внутрь, и там среди разгрома лежали тела женщин, которых взрывом бросило в окна, а вокруг, как обвалившаяся кладка, были раскиданы банки и пакеты. Некоторые женщины лежали неподвижно, другие бились в агонии. Фенн не понял, почему ноги одной женщины не двигаются, в то время как остальное тело неистово бьется, но тут же заметил, что она почти разрезана пополам упавшим стеклом. Другая, молодая и миловидная, если бы не перекошенное лицо, сидела перед окном, прислонившись к стене ниже рамы, и сжимала руками широкую рану на горле, отчаянно стремясь свести края вместе, чтобы жизнь вместе с кровью не вытекла из нее. Красная жидкость бежала меж ее пальцев.