Чтение онлайн

– Принесите мне прибор наблюдения.

Скотт и капитан Мора стояли на мостике "Энтерпрайза" в ожидании результатов, которые принесет работа маленьких посланников на Санктуарии. Сениты обязательно должны были войти в контакт со звездолетом. К этому времени Скотт уже провел несколько часов в чтении научных работ о процессах стерилизации, что окончательно убедило его в отсутствии опасности для Санктуария нашествия саранчи. Как ни сильно было у Скотта чувство ненависти к сенитам, он не имел права нарушить Главную директиву. Если сенитам хотелось выставить себя глупыми и невежественными дикарями, так это их право, но они должны были понять, что им следует вернуть капитана, первого офицера и доктора.

Ухура развернулась в кресле на сто восемьдесят градусов.

– С нами хотят связаться с планеты, – сообщила она.

Зулу и Чехов выжидающе посмотрели на исполняющего обязанности капитана. Скотт замер и затем повернулся к рядом стоящему офицеру.

– Капитан Мора, – обратился он к нему, – не желаешь провести эти переговоры сам?

– Нет, спасибо, – отказался Мора. – У тебя это лучше получится. Желаю удачи.

Скот удовлетворительно кивнул головой.

– Дайте этого гермафродита на экран, лейтенант.

– Слушаюсь, сэр, – ответила Ухура.

Через секунду на огромном экране появилось лицо сенита, не имеющего определенного возраста. Обычно бесстрастную физиономию сенита исказил гнев.

– Мы протестуем против неспровоцированного нападения. Вы ведете с нами войну с применением биологического оружия.

– О каком нападении идет речь? – спросил Скотт, изображая неподдельное удивление. – Как уже говорил мой глубокоуважаемый коллега капитан Мора, когда пытался войти с вами в контакт, мы хотим обменяться с вами информацией по различным биологическим видам животного мира. Вот мы и послали вам немного регуланской саранчи для изучения. Кстати, если ее вдруг не хватит, то у нас для вас есть еще миллионы экземпляров.

– В этом нет никакой необходимости, – ответил раздраженно сенит. – Мы заявляем, что с вашей стороны это настоящий варварский акт.

Скот продолжал, но теперь уже говорил со всей серьезностью:

– В ответ на нашу акцию нам хотелось бы получить капитана Джеймса Т. Кирка, старшего офицера Спока и доктора Маккоя. Мы беспрерывно посылали вам их изображения и при необходимости повторим в очередной раз.

Зикри выдавил из себя подобие улыбки.

– Такой необходимости нет – нам хорошо известно, как они выглядят. Очевидно, вы не верите нам, когда мы говорим, что члены вашей команды, – а они оказались здесь добровольно, – живут у нас в мире и довольствии, и чтобы доказать, что так оно и есть, даем вам видеозапись, сделанную всего несколько часов назад. Прошу вашего внимания.

Картинка с сенитом сменилась изображением совершенно идиллической сцены в уютном кафе под открытым небом. Запись шла без звукового сопровождения, но и без него было видно – за столиком сидели капитан, Спок и Маккой, и, по всей вероятности, с аппетитом поглощали обильную еду! Все стоявшие на мостике подались вперед и с любопытством смотрели, как одетый в белое официант подошел к столику, чтобы подать троице нечто более аппетитное.

– А, чтоб тебя! – пробормотал Скотт. – Ухура, отключи звук.

– Уже отключила, – сказала обеспокоенная Ухура. – Можем говорить свободно.

– Так это они? – спросил Мора.

– Может быть, а возможно, кто-то, разительно похожий на них, – предположил Скотт, приближаясь к экрану, чтобы получше рассмотреть лица. – Чехов, просканируй изображение. Проверь, не смоделировано ли оно компьютером. Оно, кстати, может быть и обычным монтажом.

– Непохоже, что они там страдают, – заключила Ухура.

Чехов уже выполнил приказание Скотта и доложил:

– Компьютер полностью идентифицирует капитана, мистера Спока и доктора Маккоя. Видеозапись подлинная.

Чехов озадаченно смотрел на экран, не веря своим глазам.

– Неужели им так промыли мозги?

– Ну, то, что они сидят и едят, еще не говорит о том, что им там очень нравится, – заметил Зулу.

С какой бы подозрительностью экипаж не вглядывался в экран, в увиденном трудно было найти что-либо неприглядное.

Картинка вновь сменилась изображением сенита, который выглядел спокойнее. По команде Скотта Ухура включила звук.

– Теперь вы увидели все своими глазами, – сказал сенит. – С вашими бывшими офицерами обращаются очень хорошо, они счастливы и довольны.

– Если это так, как вы утверждаете, то нам хотелось бы поговорить с ними, – не успокаивался Скотт.

– Боюсь, это невозможно, – заявил сенит. – Все, кто попадает на Санктуарий, уже никогда не покинут планету, и им нужно привыкнуть к новой жизни. Разговор с вами расстроит их и ничего не даст ни вам, ни им. Почему вы не допускаете мысли о том, что все ваши попытки "спасти" их – не более, чем иллюзия? Нам всем жилось бы легче, если вы признаете неизбежность происшедшего.

От недостатка слов Скотт нервно постукивал кулаком о ладонь.

– И прошу вас, – наигранно умолял сенит, впервые за все время улыбнувшись, – не надо больше этих детских выходок. Они вам не к лицу. Мы признаем Федерацию в качестве великой державы, которая навсегда таковой и останется. Мы лишь просим вас признать наш суверенитет и выпавшую на нашу долю миссию. Больше мы ничего не требуем.

Экран погас и почернел. Скотт стоял с таким же мрачным выражением лица.

– Теперь мы хоть знаем, что они живы, – облегченно вздохнула Ухура.

Капитан Мора недоуменно пожал плечами и направился к турболифту.

– Я должен вернуться к себе на корабль, – сказал Мора. – Боюсь, что мне придется включить это в свой отчет командованию Звездного флота, капитан Скотт.

– Разумеется, – согласился Скотт. – То же самое сделаю и я.

Дверь распахнулась, и офицер покинул мостик.

– Что-то здесь не то, – промолвил Зулу.

Скотт устало опустился в командирское кресло.

– Ты хочешь спросить, – вздохнул главный инженер, – увидим мы наших или нет? И не на видео, а живьем? Не знаю. Но я ни за что не сдамся, пока не услышу из их собственных уст, что они жаждут остаться на этой планете, черт ее задери. Я не верю ни одному слову сладкоречивого сенита.