Чтение онлайн

Перележав бой в глубокой рытвине, он стал искать пищу, и обнаружил других отставших. Видимо, и на них программа не подействовала. Они объединились, и целый месяц бродили по степи и брошенным бункерам, питаясь чем придется, включая и человечину, которую пропустили или не нашли команды сборщиков биомассы. Так продолжалось до тех пор, пока армада вновь не двинулась в путь. Они знали, что все передовые стрелки бегущие впереди, имеют дополнение к программе, и будут стрелять в них, как во врагов. У каждого, под корой головного мозга, имелся вшитый с самого рождения в инкубаторе опознавательный микрочип, и те, кто наступал, получали данные уже от своих микрочипов, которые кричали им в мозг, что перед тобой чужой, убей его. Нестандартные мутанты хотели жить, и единственное, что им оставалось, попытаться прорваться сквозь оборонительные порядки людей.

Всех вместе, их было не так уж и мало, почти пять сотен, и именно они ночью атаковали первыми укрепрайон "таманцев". Кто-то даже просочился сквозь линию укрепрайонов, наверняка, а возможно, что и бегает до сих пор где-то. Бо-хо-жгу не повезло, его подранили как раз тогда, когда он думал, что уже достиг безопасного места. В поисках укрытия он заполз в овраг, нашел подземный ход, и в нем же затаился. Еще когда его ранили, он по пути выронил оружие, и когда Дава двигался по коридору, то встретил его голыми руками. Но, видимо от ранения и кровопотери горрилоид ослаб, а потому, и проиграл схватку.

Все, что Бо-хо-жг рассказывал, Дава тут же наговаривал на диктофон, а когда он закончил, то перекинул запись в ноутбук Ромыча. Сама по себе, речь горрилоида была трудна и малоразборчива, видимо особой практики разговора он не имел, да и откуда ей взяться, ведь если даже судить по возрасту, то ему исполнилось всего только полгода. Ну, и конечно, особых познаний по мирам подвластным Великой Тысяче, от него ждать было нельзя. Хотя, кое-что почерпнуть все же удалось.

Миров, подвластных Великой Тысяче, было тридцать два, но реальную ценность, представляли только три оружейных и три воспроизводственных планеты, все остальные были только ресурсными базами. Из всех планет, эльфийскими были двадцать девять, а три, ранее принадлежали гномам — там был еще один фронт. Великая Тысяча, было самоназванием организации отцов-вдохновителей восстания, а сколько их было на самом деле, из рядовых боевых самцов никто не знал. Пирамиду власти они выстроили невысокую и достаточно аморфную, но, тем не менее, все еще живую. Наверху они, с избираемым каждые четыре месяца номинальным главой, а под ними ближние исполнители — выжившие в трех-четырех атаках горрилоиды, поднакачанные дополнительными управленческими программами. Ну, а в самом низу, рядовое мясо, которое исправно следовало программе и покорно шло вперед. Таких особей как Бо-хо-жг было очень и очень мало, да и те, в основном отбраковывались на ранней стадии или погибали позже.

— Все записал? — спросил Ромыч.

— Вроде все, осталось кое-что уточнить, и полный пакет информации для командования будет, — ответил Дава.

— Посмотрим, — ухмыльнулся Ромыч.

Тогда Васька не понял, что он имел ввиду, и допросы Бо-хо-жга продолжались еще неделю. Все исправно записывалось, и когда ничего нового горрилоид сообщить уже не мог, Ромыч отозвав в сторону Даву и Толстого, спросил:

— Что со всем этим, что узнали, делать будем?

— Как что, — удивился Дава, — командирам отдадим.

Толстый помедлил с ответом, но определился:

— "Акинакам" передадим.

— Как? — одновременно спросили Ромыч и Дава.

— Когда нас выручат, если выручат, конечно, то я себя покалечу и домой уеду, в одежде спрячу флэшку, а дома уже есть вариант как на связь с отрядом выйти.

— Да, ну, калечиться, — махнул рукой Дава. — Ты чего, это же на всю жизнь?

— Если "акинакам" эта флэшка попадет, то "тинирин" я получу, тут к гадалке не ходи.

— А ты думаешь, что им это будет интересно? — спросил взводный.

— Посмотрим… — пожал плечами Толстый. — Думаю, что да. Кто-нибудь слышал о говорящих горрилоидах? Нет. Эльфы только, но нигде, и даже в сети, я не встречал инфы об устройстве государства мутантов.

Все-таки решив, что "акинакам", все, что они узнали о мутантах, будет интересно, Толстый и Ромыч стали совершать осторожные вылазки на поверхность. Наверху стояла тишина, нигде ни стрельбы, ни каких-то посторонних шумов, и только стайки юрких полевых птиц, кружащиеся над травой, да вечерние сверчки. Форт, месторасположение всей роты, был полностью разрушен, а по все еще ясно видимым черным провалам ведущим вниз, можно было определить, что мутанты все же добрались до капитана Зимина и его бойцов.

Дава в вылазках не участвовал, а все это время оставался с Бо-хо-жгом. Разговаривали они мало, да и то, ни о чем, как будто повторяли пройденный материал в школе: Дава задавал вопрос, а мутант повторял ответ. Настроение у солдат было не очень, помощи все не было, а ожидание истомляло. Дошло уже до того, чего раньше во втором взводе не было никогда, до конфликтов. Ромыч, видя это, озадачил всех занятиями по рукопашному бою, и на какое-то время, это помогло.

И вот, на исходе четвертой недели, где-то вдали, в той стороне, где должны были находиться позиции эльфийских укрепрайонов, стала слышна артиллерийская канонада. Причем, как всем казалось, она приближалась, а в окрестных полях стали появляться суетные горрилоиды, устремлявшиеся небольшими группами к линии фронта. Все сидящие в недостроенном форте заметно приободрились, и Бо-хо-жг, заметив, что Дава стал насвистывать какую-то веселую мелодию, спросил:

— Ваши солдаты наступают?

— Да, — коротко ответил солдат.

— Позови вашего хо-мль, — вдруг попросил мутант.

— Зачем это? — удивился Дава. — И кто такой хо-мль?

— Разговор, важный, а хом-ль — это передовой, старший.

К вечеру, снова втроем, солдаты собрались у клетки Бо-хо-жга, и Ромыч спросил:

— Что ты хотел?

— Отпустите меня, ваши воины скоро здесь будут, боевым самцам армады теперь не до меня, а взамен, я кое-что важное расскажу.

Ромыч утвердительно качнул головой.

— Договорились, но это должно быть действительно важно.

Бо-хо-жг засопел и коротко бросил:

— Вожди из Великой Тысячи часто встречаются с эльфами.

— Не может быть, — выдохнул Дава.

— Я сам видел это не раз. Они много общались рядом с местом нашего откорма.

— Ты что-то слышал, что-то знаешь? — спросил взводный.

— Только отдельные слова. Упоминалась какая-то Сиятельная Камилла и генерал Эсфир-тон-Мираниг, а говорили они о том, что нужны более совершенные и гибкие военные программы, так как войска уже не могут прорывать оборону людей, как и прежде.

— Как ты это услышал?

— Они разговаривали, а двадцать пар боевых самцов из нашей партии развлекали их — боролись на показ. Там был и я.

— Это все?

— Да, больше я ничего не знаю, — ответил Бо-хо-жг.

— Ты заработал свою свободу, — сказал ему Ромыч. — Как только наши будут на подходе, мы тебя отпустим.

Через четыре дня канонада приблизилась, а с юга, при поддержке большого количества бронемашин, появились длинные и плотные цепи солдат. Бо-хо-жга, как и было договорено, отпустили на свободу, и пробежав через распадок, он быстрой рысью умчался в северном направлении. Человеческие солдаты приблизились, и кто-то из "таманцев", выкрикнул: