Шрифт:
В оформлении обложки использована фотография: © Volodymyr TVERDOKHLIB / Shutterstock.com
Часть первая
Глава 1
Небо чистое, в нем сверкает раскаленное солнце, камни на пляже нагрелись, обжигают босые ноги, но курортников это не останавливает. Они идут к прохладной воде, мимо знойных красоток в смелых купальниках. Игнат с удовольствием бы сейчас искупался, но нельзя, служба у него. Хотя до моря всего ничего, всего-то триста-четыреста метров от здания поселковой милиции. Впрочем, от дома еще ближе, а скоро перерыв на обед, у него еще будет возможность окунуться. Сейчас же его охлаждает кондиционер в кабинете. И ситуация относительного спокойствия. Закон и порядок на подконтрольной территории, кражи раскрываются, бесчинства пресекаются, а убийств давно уже нет. Зимой, в начале года, зарезали одного, была ссора на бытовой почве. А так спокойно все.
В дверь постучали, в кабинет втиснулся грузный широколицый мужчина с крупным носом и тяжелым, но дряблым подбородком.
– Можно? – расправляя плечи, спросил он.
Игнат кивнул. Оперативный дежурный уже звонил, сказал, что на прием к начальнику поселкового отделения милиции просится некто Квитко Роман Павлович.
– Хочу сделать заявление! – Мужчина, напуская на себя важность, посуровел.
– Правительственное? – спросил Игнат, указывая на стул за приставным столом.
– Почему правительственное?
Игнат не стал озвучивать то, что думал.
– Я вас внимательно слушаю!
Квитко выдвинул стул из-за приставного стола, но не так далеко, как надо бы, стал садиться, а тело грузное, большое, не вместилось между этими двумя предметами мебели, и сдвинулся не стул, а стол, лежащая на нем кипа бумаг угрожающе накренилась, мужчина потянулся за ней. В итоге на полу оказались и стул, и документы. Мог упасть и графин с водой, но Игнат поймал его за горлышко.
– Извините! – растерянно пробормотал посетитель.
– Поднимите стул, сядьте и успокойтесь.
Игнат собрал бумаги, положил их себе на стол. Налил в стакан воды, подал мужчине:
– Выпейте.
Квитко пил жадно, причмокивая, наконец, осушил стакан, поставил его на стол, шумно выдохнул и внешней стороной ладони вытер губы. А затем и вспотевший лоб.
– А теперь как на духу! Что у вас произошло?
– Признаться хочу!
– В чем?
– Ну, занятие кустарно-ремесленным промыслом, – выдавил из себя мужчина.
От нервного напряжения на его лбу снова выступили крупные капли пота.
– И что вы производите?
– Шлепки резиновые, вьетнамки, тапочки…
– Налоги платите?
– Нет… Но собираюсь!
– К уголовной или административной ответственности привлекались?
– Пока нет. Но хотелось бы!..
– Хотелось бы? – Игнат удивленно повел бровью.
– Хотелось бы административно!
– Если не привлекались, на первый раз обойдемся устным предупреждением. Регистрируйте свой кооператив и вперед, к труду на благо страны!
– Так закрывают нас! – вздохнул Квитко.
– Кто закрывает?
– Ну не то чтобы закрывают… – замялся мужчина. – Перед выбором поставили, или платить, или закрываться.
– Кто поставил?
– Я бы не хотел говорить…
– Уголовники?
– Ну вот, вы и сами все знаете, – повеселел Квитко.
– Знаете, почему волков называют санитарами леса?
– Знаю.
– И среди людей есть волки, которые пожирают слабых, тех, кто отбился от стаи. Вы вот отбились от стаи, незаконное производство наладили, доходы свои скрываете. Воры это знают. Знают, что вы не обратитесь в милицию, потому что рыльце в пушку. Знают, стригут с вас шерсть, – невесело усмехнулся Игнат.
– Но я же обратился в милицию. – Квитко настороженно посмотрел на него.
– Очень хорошо. Сейчас напишете заявление, и мы сразу же примем меры.
– А без заявления никак нельзя?
– Без заявления мы не сможем возбудить уголовное дело. Не сможем привлечь к ответственности ваших обидчиков.
– А с заявлением?
– С заявлением привлечем их обязательно. В этом вы можете не сомневаться.
Четвертый год пошел, как Игнат возглавил поселковое отделение. Тяжело пришлось, но распоясавшуюся банду Баштана он в стойло все-таки загнал. Уголовники по-прежнему крышуют местный бизнес, но только тех, кто добровольно отказался от защиты закона, таких как гражданин Квитко. Открывают подпольно-кустарные производства, думают, умнее всех, а нет, подъезжает братва и ставит перед выбором – или платить, или дом сгорит, и это в лучшем случае. Квитко выбрал первое, но, видимо, баштановские урки так пережали пружину, что несчастный решился на отчаянный шаг. И правильно, кстати сказать, сделал.
– Ну так всех же не привлечете, – вздохнул потерпевший.
– Скажу прямо, вашу безопасность я гарантировать не смогу. – Игнат посмотрел ему в глаза. – Но сделаю все, что в моих силах, все, что возможно, чтобы ее обеспечить. Это я вам гарантирую!
– Все, что возможно… – Квитко с разочарованным видом поскреб затылок.
– Поймите, Роман Павлович, ваша судьба в ваших руках. Только от вас зависит, сможем ли мы противостоять уголовному беспределу. Вы пишите заявление, мы сажаем вымогателя. За вами напишет кто-то другой, мы посадим его сообщника. Третий напишет, четвертый… А на пятом все и закончится. Сажать будет некого.
– И много уже таких заявлений написали?
– По вашему случаю вы третий.
– Двоих уже посадили?
– Троих. Двоих по первому делу, одного по второму. – Игнат говорил уверенно, голос его звучал твердо. Потому что говорил он правду.
Увы, но местные предприниматели не особо полагались на защиту закона, предпочитая оставаться в тени под «крышей» двуногих волков. Но иногда люди прозревали, за последний год поступило целых четыре заявления, по всем возбудили уголовные дела, правда, до суда довели только половину. Два предпринимателя забрали свои заявления, один сразу, другой через месяц, но бандитов по этим делам задерживали, профилактику, можно сказать, проводили. Теневой бизнес уже почувствовал силу государства, именно поэтому Квитко сейчас здесь.
– Ну, я не знаю.
– И никто из заявителей не пострадал. Все живы, здоровы.
Одному предпринимателю, правда, сломали челюсть, у другого изнасиловали жену, третьему сожгли машину. Но ведь все остались живы, так что Игнат не особо кривил душой. Тем более что поджигателя вычислили, привлекли к ответственности. Досталось и насильнику, арестовали и отправили по этапу.
– Ну, я слышал, что было что-то, – мялся Квитко.
– Никто не заставляет вас писать заявление, – пожал плечами Игнат. – Не хотите – не надо. Идите домой, регистрируйте предприятие и работайте дальше. И уголовникам платить будете, и государству.