Свидетель
Шрифт:
— Спрашивай. Раз тебе недостаточно того, что я уже рассказал, спрашивай еще.
«А что, ты рассказывал уже? Крыська, она побывала. Оперативно работает…»
— А ты мне опять расскажи все.
— Долго это, да и зачем? Лучше вопросы задавай. На все отвечу.
Долго… Нет, долго его не устроит. Слушать эту ахинею, даже если подонок будет говорить чистую правду, нет никакого желания. Ему надо узнать про одно: Веган. Спросить напрямую? Пожалуй. Но не сейчас.
— Хорошо. Давай вопросы. Первое: откуда явился и с какой целью?
— Токсово. Двадцать километров отсюда. Пришел по личным делам. По каким, рассказывать?
— Эх, как шпаришь! Рассказывать, только попозднее. В Токсово что делал?
— Как что? Жил.
— Ты, верно, за идиота меня принимаешь? Ну, поверю я тебе, что жил…
— Можешь не верить. Можешь проверить. Поселок там. Ты что, думаешь, только тут у вас жизнь есть? Да по области таких, как наше, поселений куча. Там фон ниже. Жить, правда, хуже… Но — живем. Вымираем тихо, но живем! Пока…
Векс закашлялся — тирада далась ему тяжело. Вот, в придачу ко всему, в этой сырости он еще, кажись, простудился. Ну да, недолго осталось… Недолго…
— Допустим. А дошел как?
— Так. По железке…
— Ах, по железке! — Ратников рассмеялся. — Первым классом, небось?!
— Пешком, по насыпи. Не заблудишься…
Рат не удержался:
— Да что ты мне лапшу вешаешь? Ну, я предупреждал…
Удар вновь оправил Векса в нокаут.
— Черт! Так, пожалуй, я тебя раньше времени ухлопаю. Эй!
Ратников налил в кружку воды и плеснул в лицо арестованному.
— Ну, очнулся? Так как ты добрался?
— П-пешком…
— Да там лесом все заросло мезозойским! И болота вокруг!
— Бог не выдаст… свинья не съест, — Векс опять закашлялся. — Начальник, ты бы не на меня воду лил, а попить дал.
У Рата и у самого пересохло в горле. Он потряс кувшин: пусто. Поднял трубку коммуникатора — гудки. «Координатор, скотина, никогда его на месте нет!» Позвонил дежурному — опять молчок! «Да что это такое!» Выглянул в коридор, охранник у двери вытянулся по струнке. А этот что тут делает? Уши греет?
— Тебя сюда кто поставил? Во-он!
Парень сорвался с места, но Рат остановил:
— Стоп! Воду принесешь. И чтоб ноги твоей тут больше не было.
Он вернулся в кабинет и продолжил допрос:
— Так как, говоришь, ты через лес-то прошел?
— А выгорело все там. Газопровод рвануло, и все выгорело.
Ну да, был там газопровод. И пожар был, муринцы рассказывали.
— И что, спокойно дошел, никого и ничего не встретил? Я смотрю вы из Токсово прямо как в старые добрые времена туда-сюда ходите.
— Почему не встретил? Встретил. Чайки в Градирне живут на Северке.
— И как же они тебя пропустили? — не унимался Ратников.
— Не знаю. Пропустили… Может, потому, что зима.
— Складно поешь… Давай ко второй части вопроса. Что у тебя тут за личные дела? Зазноба завелась? Или торговать приспичило? Или, может, ты шпион какой?
— Шпион… Конечно! Захотел вот разведать, как нашей общине в две сотни человек, из которой половина — бабы да детишки, вас тут завоевать… Легенду мне одну рассказали. Вот и пошел.
— Я, по-твоему, идиот? Нет, не понимаешь ты хорошего! Видимо, моих кулаков тебе мало. Что ж, будем действовать по-другому, — Рат снял трубку коммуникатора.
Векс побледнел.
— Не надо по-другому. Я все равно ничего другого не скажу… Чистая правда. Меня в Токсово не держало ничего, совсем! Так что все равно, как жизнь кончать. А тут залетные от вас…
— От нас к вам никто не был!
— Ну, не от вас. И не к нам! — Векс говорил торопливо, боясь, что Рат прервет его, и тогда мучения продолжатся. Со скорой смертью он уже смирился, но к пыткам был не готов.
Ему и без этого было очень плохо. Руки за спиной затекли, голова кружилась, он не всегда четко слышал, что говорил ему мучитель. Саднили разбитые губы и больно было дышать — наверное, сломано ребро. Но как ни странно, ненависти к Рату Векс не испытывал. Скорее жалость. Самому ему так и не удалось понянчить собственных детей, и он только предполагать мог — каково это, потерять ребенка…
— Послушай, я говорю правду. Нас в области действительно много, и мы общаемся друг с другом, иначе не выжить. Эту легенду рассказал кто-то из пришлых, а им, наверное, кто-то из метро. Я не знаю… В конце концов, они и сами могли это придумать! Если пересказать все небылицы, что про вас ходят!..
Рат «встал в стойку». Пожалуй, он бы не объяснил, откуда у него появилась уверенность, что сейчас он услышит нечто интересное. И важное.
— Ну-ну, и какие же? — трубку он, на всякий случай, не положил.
— Да всякие… Что вы тут уже не люди вовсе, а нормальных людей живьем на удобрения используете; что радиации не боитесь. Или что у вас рай земной…
— И что, пытались тебя живьем на удобрения использовать?
— Смешно. Но мы обитаем, как в каменном веке, любая информация хороша. И люди верят. Правда, дыма без огня не бывает.
— И где же тот огонь? — интересно, что он скажет. Люди — совсем не люди, это про веганцев, похоже… Ну давай про них поподробнее! Давай же!
— Когда сюда шел, то встретил тех, кто радиации не боится. На станции в Девяткино, они меня остановили.
Так вот зачем Крыське в Мурино загорелось! Узнать, откуда этот притащился. Нет, не зря он ее тогда за собой позвал. Неглупая баба, не курица безмозглая. Интересно, что она там накопает?
— А про людей-нелюдей? Что у вас там еще говорили? — эх, не удержался, сам спросил. Тогда будем посмотреть на реакцию.
— А эти, с Девяткино, люди разве? Правда, есть они меня не собирались и на удобрения не пустили. Очень даже доброжелательные оказались. Про Мазая рассказали, велели к нему зайти обязательно. Вот и зашел.