Свадебный подарок

Сэр Джордж Джеффрейс, верховный судья Англии, оторвался от бумаг, что лежали перед ним, и поднял полные меланхолии глаза на свою посетительницу, леди Мэри Ормингтон.

— Вы оказали огромную услугу государству, мэм, — сказал он медленно и нежно. — И нет ни малейшего сомнения, что вам положено хорошее вознаграждение.

Его красные губы, которые казались особенно яркими на бледном лице, изогнулись в откровенной усмешке.

Он был облачен в алую мантию, отороченную горностаевым мехом, ибо только что вернулся из здания суда в Дорчестере, где, следуя указаниям своего короля, с присущим ему жестоким юмором, вызванным, возможно, поразившей его ужасной болезнью, вершил зловещее и беспощадное правосудие, которое превратило его имя в синоним кровожадности.

И все же, вы бы тщетно пытались обнаружить на этом бледном лице, продолговатые черты которого подчеркивались тяжелым париком, отпечаток жестокой натуры этого человека. Это было приятное и мягкое лицо с большими и ясными глазами, в которых таилось страдание.

— Милорд, — благоразумно ответила леди Мэри, — я пришла сюда не торговаться, но служить моему королю. Если бы это было не так, то я бы назначила цену за это разоблачение в самом начале нашей беседы.

— Вместо того чтобы сделать это в конце? — спросил он.

Она покраснела под его насмешливым взглядом и потеребила свой хлыст.

— Вопрос не в цене, — сказала она, — но в награде за ту услугу, которую ваша светлость сочла столь огромной.

Улыбка сэра Джорджа стала еще шире.

— Не сомневаюсь в том, что вы найдете Его Величество необычайно щедрым. Так какое именно вознаграждение вы бы хотели получить?

Широкополая шляпа с плюмажем скрыла усилившуюся бледность девушки, но напряженный голос выдал ее волнение.

— Мелочь, сущий пустяк для Его Величества, но это было бы важно для меня. Я прошу о помиловании для одного заблудшего джентльмена, который сражался против Его Величества в недавнем восстании. Его зовут Стивен Вэлленси.

Выдавив имя, она затаила дыхание, глядя на него.

— Стивен Вэлленси! — прохрипел судья и потом замолчал, хмуро разглядывая бумаги на столе. Потом он улыбнулся, и она почувствовала головокружение от страха, потому что это была многозначительная ухмылка.

— Стивен Вэлленси, — повторил он. — Хм! Его арест назначен на завтра. Нам известно, что он прячется в окрестностях аббатства Святой Марии. Отряд драгун отправился на его поиски час назад. Это очень опасный и отчаянный человек.

Судья поднял глаза, и обнаружил, что она оперлась о стол, ее лицо посерело, глаза расширились от страха. Он почувствовал несвойственную ему жалость и сочувствие к глупому молодому бунтовщику, за жизнь которого она просила.

Ей повезло, что она пришла к нему именно сейчас. Боль, мучившая Джеффрейса в течение дня, утихла полчаса назад, когда заседание суда было отложено, и это привело его в добродушное настроение. К тому же, просительница была весьма миловидной женщиной, а распутный верховный судья питал слабость к красавицам.

Ее просьба противоречила всем тем обстоятельствам, которые он только что рассмотрел. Леди Мэри Ормингтон принадлежала к роду, преданному королю Якову, и только что доказала свою собственную лояльность, раскрыв детали заговора против Его Величества.

— Вы просите многое, — произнес он, как будто возражая.

— Но я и отдала многое, — ответила она, указав на бумаги.

— Верно, — признал он. Джеффрейс вытянул руку, бледную и изящную, как у женщины, и взялся за перо. — Его Величество, несомненно, не сочтет такую цену чрезмерно высокой. Я соглашусь на это, но при условии, что мистер Вэлленси покинет Англию и останется за ее пределами в течение всего правления Его Величества, или, по крайней мере, пока Его Величество не сменит гнев на милость.

— Я могу поручиться за него, — воскликнула она радостно.

Он кивнул и, обмакнув перо, начал писать.

— В этом нет необходимости. Если мистер Вэлленси все еще будет в Англии спустя семь дней с этого момента, то его повесят, как только схватят. Вот! — он запечатал документ и протянул его девушке. — Мистеру Вэлленси весьма повезло с адвокатом.

Леди Ормингтон поблагодарила его, простодушно и с трогательной пылкостью, сделала реверанс и торопливо ушла.

На лестнице она обнаружила своего старого слугу, поджидающего ее.

— Быстрее, Нат, — сказала она, — подавай лошадей. Мы выезжаем прямо сейчас.

Спустя полчаса в той же самой комнате, где он принимал ее, верховный судья, изрядно выпивший, проклинал себя за то, что столь охотно согласился на такие условия, а еще через час, охваченный болью, он осыпал себя бранью за то, что вообще решил ее вознаградить.

Тем временем холодным сентябрьским вечером леди Мэри сломя голову скакала в сопровождении своего одинокого грума. Весть о драгунах, посланных для ареста Вэлленси, услышанная от сэра Джорджа, заставляла ее спешить. Могло случиться всякое. Загнанный в угол Вэлленси мог оказать безрассудное сопротивление, выбрав гибель в бою, нежели смерть на виселице, которая ожидала его в случае поимки. Следовательно, она должна была опередить драгун и добраться до его тайного места раньше них. У нее была хорошая лошадь, и она знала местность как свои пять пальцев. Мэри часто охотилась здесь с собаками, но никогда еще не скакала во весь опор с такой скоростью, как в этот сентябрьский вечер, и все это тревожило ее слугу. Она свернула с дороги и, как ему казалось, поскакала к аббатству Святой Марии напрямик, стараясь сократить путь настолько, насколько это было возможно для всадницы.

Оранжевый небосклон перед ними постепенно становился лиловым, потом посерел. По мере того, как наступала ночь на нем, появлялись звезды. Но она продолжала неутомимо скакать, вверх и вниз по холмам, по заливным лугам и вересковым пустошам, перепрыгивая через изгороди, пересекая ручьи и броды. Дважды лошадь спотыкалась и однажды даже сбросила ее. Но леди мужественно продолжала путь. Леди Мэри была бесстрашной и отважной женщиной, и Нат, старый грум, прекрасно знал, что сила духа его госпожи ничуть не уступала ее находчивости.

Уже наступила полночь, когда две взмыленные спотыкающиеся лошади достигли гостиницы, расположенной на левом берегу Чэр, на границе Дэвоншира. Это был последний постоялый двор, где можно было остановиться на отдых. Но леди Мэри была готова ко всему, на случай, если бы ее разговор с Джеффрейсом оказался не столь удачным, и пара выносливых пони уже ждала их там, разрушив надежды Ната на то, что его госпожа проведет спокойную ночь в этом сарае. Сменив лошадей на более свежих, леди Мэри и Нат пересекли брод и поскакали дальше. На рассвете они оставили позади Колитон и очутились на склонах долины Оттер, где остановились, чтобы дать животным перевести дыхание.