Чтение онлайн

— Когда ты собиралась сказать родителям?

— Никогда, — призналась Сэм. — Но наверное, лучше все-таки сказать, пока они сами не заметили. Мама и так уже пару раз как-то странно на меня посматривала, когда я слишком усердно налегала на еду за завтраком. Но скорее всего она всерьез об этом не задумывалась. У нее слишком много забот с сериалом, ремонтом и твоей свадьбой. Папа тоже ни о чем не подозревает, ему до сих пор кажется, что мне пять лет и я должна ходить с косичками.

В действительности, обеим сестрам нравилась в родителях эта черта. Несмотря на то что Саймон и Блэр во многих отношениях были многоопытными людьми, в них оставалась какая-то трогательная невинность. Отец видел в своих дочерях — да и не только в них, почти во всех, с кем общался, — лишь самое хорошее, он редко говорил о ком-то дурно. Сэм боялась, что ее новость разобьет ему сердце. Она готова была на все, лишь бы не говорить отцу о ребенке, и в то же время сознавала всю невозможность такого шага.

— Завтра я приеду, и мы поговорим с ними вместе, — пообещала Аллегра таким тоном, как будто речь шла о том, чтобы вместе отправиться на гильотину. Но что дальше? Что делать Саманте? Вот главный вопрос. — Сэм, что ты собираешься делать? Ты хочешь отдать ребенка в приют? Оставить у себя? — Им нужно вместе искать ответы на эти вопросы. Ребенок появится всего через четыре месяца, и хочешь не хочешь, придется что-то решать.

— Каждый раз, когда я об этом думаю, меня охватывает паника, и я ничего не могу придумать. Мне хочется только одного: пусть то, что во мне, куда-нибудь исчезнет, как будто его и не было.

— Сэм, не стоит рассчитывать на чудо, — наставительно сказала старшая сестра, а про себя подумала: «Судя по всему, Сэм не способна принять какое-то решение».

Выйдя из ресторана, сестры пошли прогуляться, но обе были не в настроении ходить по магазинам. Наконец Аллегра отвезла сестру домой, обняла ее на прощание и посоветовала сохранять спокойствие до следующего дня, когда она приедет и они вчетвером все решат.

— И выкинь из головы всякую ерунду вроде побега из дома! От себя все равно не убежишь, будем держаться вместе.

Сэм поблагодарила старшую сестру. Когда она побрела к дому, Аллегре показалось, что у нее не только поникли плечи, но и все тело как-то обмякло. Хорошо, что хотя бы беременность пока не заметна. Но как воспримут новость родители, Аллегре было страшно даже представить. Завтра предстоит тяжелый разговор. Какими бы чуткими и понимающими ни были родители, беременность младшей дочери будет для них страшным ударом. К несчастью, здесь не может быть благополучного решения. Если Сэм откажется от ребенка, то вполне возможно, что впоследствии не раз пожалеет о своем поступке, во всяком случае, неизбежно будет вспоминать о нем с болью. А если сохранит, вся ее жизнь пойдет под откос. Положа руку на сердце, Аллегра не видела в беременности сестры абсолютно ничего хорошего. Для Саманты беременность — не что иное, как катастрофа.

Было странно думать, что Кармен узнала, что станет матерью, с огромной радостью; она, Аллегра, тоже хотела бы иметь детей, даже Джефф уже заводил разговоры о малыше, но то, что для одних — счастье, для другого человека оборачивается трагедией. Все так перепуталось…

Аллегра возвращалась в Малибу в подавленном настроении. Поставив машину, она не стала заходить в дом, а вышла посидеть на пляже. Там ее и застал Джефф через два часа, когда вернулся домой. Аллегра сидела на песке, обхватив колени руками. Ленч с Тони Якобсоном затянулся дольше, чем предполагал Джефф: оказалось, что им нужно обсудить очень много вопросов, касающихся фильма, и оба остались довольны друг другом. Но, ступив на деревянный настил, Джефф с первого взгляда на Аллегру почувствовал неладное. Вид у нее был совершенно отсутствующий, как будто она пребывала в своем отдельном мирке. Наверное, она все-таки позвонила родному отцу, предположил Джефф.

— Привет. — Он сел рядом с ней. Аллегра повернула к нему голову, но не ответила. Джефф нежно провел пальцами по ее длинным светлым волосам. — Ты что, с Сэм поссорилась?

— Нет. — Аллегра печально улыбнулась, Джефф всегда так добр к ней, в каком-то смысле он относится к ней, как Саймон. Как странно: ей столько лет приходилось бороться с демонами в своей душе, а теперь она победила их и вольна полюбить такого человека, как Джефф.

— Что-то у тебя невеселый вид. Плохие новости?

Аллегра кивнула и снова стала смотреть на океан.

— Я могу чем-нибудь помочь?

Аллегра понимала, что не должна все рассказывать Джеффу, но если ребенок родится в августе, значит, тайна в любом случае скоро перестанет быть тайной.

— Боюсь, помочь не может никто. — Аллегра посмотрела ему в глаза. — Сэм на шестом месяце беременности.

— Тьфу, черт! Кто отец? — Джефф даже не знал, что у Сэм есть парень.

— Отец — некий тридцатилетний француз, фамилии которого она не знает, пять месяцев назад он был здесь проездом, кажется, по пути в Токио. В агентстве, так же как и у Сэм, нет о нем информации. Он просто приехал в город, сделал несколько ее фотографий и уехал, оставив ей «подарок».

— Здорово. А аборт при ее сроке делать можно, и хочет ли она избавиться от ребенка?

— На оба вопроса ответ «нет». Пять месяцев — слишком большой срок для операции, и она все равно не хочет ее делать. Завтра мы собираемся рассказать родителям.

— Она хочет оставить ребенка?

— Не знаю. По-моему, она так потрясена, что не способна найти разумный выход. Но ей нельзя оставлять ребенка у себя. Она слишком юная, у нее будет испорчена вся жизнь. Однако я не имею права диктовать ей, как поступить, это очень важное решение, она должна принять его сама.

— Понимаю. — Серьезные глаза Джеффа были полны сочувствия. — Если я могу хоть чем-то помочь — только скажи. — Но он чувствовал себя бесполезным. Никто из них ничего не мог поделать, разве что поддержать Сэм в тяжелом испытании, которое ей предстояло.

— Я ей сказала, что если она совсем поссорится с родителями, то может переехать и пожить со мной. Я тогда перееду обратно к себе на четыре месяца. — Подобное решение Аллегру не слишком радовало, но все же это была хоть какая-то помощь.