Чтение онлайн

— Кевин — мой напарник, — продолжил пастор, — был еще более радикально настроен, чем я. Он оказался жестоким и неконтролируемым. Знаешь, ему бы точно понравился сенатор Кристи, потому что убеждения Кевина были чем-то схожи с убеждениями сенатора, — горько усмехнулся Чад. — Первые пару лет все было хорошо. Мы ловили ведьм, сажали в тюрьму, и я считал, что мы вершим благое дело. Но потом Кевин стал все чаще переступать черту. Больше ведьм стало погибать при задержании, несколько женщин были ложно обвинены. Я начал задумываться над этим, вот только слишком поздно.

Все время пока пастор говорил, он не прекращал орудовать скальпелем внутри моего плеча. Если бы не тряпка, так заботливо сунутая мне между зубов, вряд ли к концу этой пытки от них что либо осталось.

Наконец, раздался стук, словно что-то упало на пол, а боль стала чуть меньше. Чад выдохнул м на какое-то время перестал разрывать мою плоть скальпелем. Я, воспользовавшись моментом, вытерла пот со лба и перевела взгляд на бутылку с виски, жалея, что все-таки отказалась от выпивки.

Пастор бросил скальпель в металлический контейнер, который стоял тут же на столе и снова взял бутылку.

— Что?..

Договорить мне не удалось. Обжигающая боль почти выбила весь воздух из моих легких, когда алкоголь соприкоснулся с раной на плече. На этот раз мне не удалось сдержать крик.

— Почти все, — ободряюще похлопал меня по другому плечу пастор. — Это твоя первая пуля?

— Да, — вцепившись ногтями в угол стола, зашипела я. — Что, с каждой новой становится не так больно?

— Нет, — усмехнулся Чад. — Больно все так же, просто даже к боли можно привыкнуть, если испытывать ее постоянно.

А разжала руку и заметила глубокие вмятины на дереве, которые оставили мои ногти.

— Так что случилось дальше? — смахнув со лба, прилипшие пряди волос, посмотрела я на Чада.

— Кевин решил, что он безнаказанно может творить все что хочет, прикрываясь тем, что он охотник, — грустно улыбнулся пастор, продевая в толстую иглу хирургическую нить. — И пришел ко мне домой.

— Зачем? — непонимающе спросила я.

— За моей женой.

Игла Чада проткнула мне кожу, стягивая края раны, но его слова возымели примерно такой же эффект.

— В каком смысле?

— Кевин и еще парочка таких же отморозков изнасиловали Скарлетт, надеясь, что после всего они убьют ее и никто никогда не узнает об этом преступлении. Только я вернулся чуть раньше. В моей машине сидела молодая ведьма, которую я вез на допрос, но в тот день, по какой-то нелепой случайности, я забыл дома документы и оружие, поэтому, прежде чем ехать в управление — вернулся домой. Когда я зашел в дом, Скарлетт все еще была жива. Двое охотников держали ее, не давая вырваться, хотя к тому моменту она уже не сопротивлялась, а Кевин заливал спермой ее разбитое до неузнаваемости лицо.

Мне показалось, что кровь заледенела и перестала бежать по моим венах. Я слишком часто сама видела подобные ужасы, но слышать такой спокойный голос Чада было мучительно. Ярость вырвалась и накрыла меня плотной тьмой, окутывая, словно стараясь защитить от тех кошмаров, которые были способны совершить люди. Сердце загрохотало в ушах. Я пару раз моргнула, в попытке обуздать тьму, а затем севшим от злости голосом спросила:

— Они мертвы?

— Да, Аманда, — вздохнул Чад. — Только убил их не я.

— Но…

— За ведьмой пришли ее сестры, — все таки же спокойно пояснил пастор. — А когда они услышали мои крики из дома, то почему-то не сбежали, а пришли на помощь. Человеку, который вез одну из них в тюрьму. Охотнику на ведьм. Они ворвались в дом и спасли мне жизнь. Вот только для Скарлетт было уже слишком поздно.

Чад сделал еще парочку стежков и отрезал нить, кончик которой остался торчать у меня из шва.

— Они убили Кевина и его дружков, убедились в том, что я жив и ушли. А я остался один в своем доме, со своей мертвой женой, убитой охотниками, и убеждениями, которые больше ничего не стоили.

— Что было потом?

— Я обрел Бога, Аманда, — улыбнулся Чад. — Помогаю охотникам, по мере сил, и знаю, что ведьмы не есть абсолютное зло.

— Ваша религия учит убивать ведьм.

— Я сказал, что обрел бога, — хитро прищурился Чад. — К религии он не имеет никакого отношения.

Я хотела спросить его еще о многом, но в этот момент на кухню вошел Лиам.

— Вы закончили? — сухо поинтересовался охотник, не глядя на меня.

— Да, — кивнул Чад. — Тебе стоит поспать, — обернулся он ко мне, вытирая руки полотенцем.

— Райану нужно сменить повязки, — подойдя к столу и взяв в руки бутылку с виски, бросил Лиам Чаду.

— Сейчас зайду к нему.

Чад улыбнулся мне, в затем вышел из кухни, оставив нас с Лиамом вдвоем. Охотник вертел в руках бутылку, словно не мог решить — выпить из нее или выкинуть ее в помойку. Все еще держа ее в руках, Лиам развернулся, но я схватила его за запястье. В первый раз мне не хотелось оставаться одной. Не хотелось, чтобы мысли в голове свели меня с ума. Все во что я верила, что с чем я жила триста лет — сейчас грозило превратиться в прах.

— Ты знал про жену Чада? — с трудом сглатывая, спросила я Лиама.

— Да, — он развернулся ко мне и прищурился. — Но я говорил — это не моя история.

— Почему он ничего не сделал?

— В каком смысле?

Я выпустила запястье Лиама из своей руки и встала со стула, неловко покачнувшись. Охотник на секунду замешкался, а затем шагнул было вперед, но я, поняв его намерение, покачала головой и ухватилась за стол. Я не беспомощна. И я в состоянии устоять на ногах.

— Не знаю, — запоздало ответила я на вопрос Лиама. — Убить охотников? Сжечь Управление? Сделать хоть что-то…