Чтение онлайн

Побледневшие губы то и дело двигались, причем очень быстро, словно подергиваясь дрожью. Я его окликнула, и Эдвард сказал, что поет, но слишком тихо, чтобы я могла услышать.

Как хорошо на солнце! Я бы с удовольствием легла на траву рядом с ним, подставив солнцу истосковавшееся по теплу тело. Вместо этого я сидела, упершись коленями в подбородок, и не могла отвести глаз от Эдварда. Легкий ветерок ерошил мои волосы, колыхал цветочные бутоны, обвевал неподвижное тело Каллена.

Поляна, очаровавшая меня своей неброской прелестью, меркла по сравнению с великолепием Эдварда.

Очень неуверенно, боясь, что он растает, словно мираж, я потянулась к нему и робко, одним пальцем, погладила мерцающую руку. Кожа у него гладкая и холодная, как камень. Глаза его были открыты, он наблюдал за мной. После вчерашней охоты они были цвета жженого сахара, светлее и теплее, чем обычно. Губы дрогнули в чуть заметной улыбке.

– Я тебя не напугал?

– Не больше, чем обычно.

Эдвард улыбнулся, и на солнце сверкнули ослепительно-белые зубы.

Я придвинулась ближе и теперь уже всеми пальцами стала водить по его предплечью. Рука дрожала, и я знала, что он это заметил.

– Не возражаешь?

– Конечно, нет, – зажмурившись, проговорил Эдвард.

Следуя за голубоватыми венами, я добралась до локтевого сгиба. Мне захотелось перевернуть его ладонь. Без его помощи у меня ничего не вышло бы, но он, поняв, чего я хочу, перевернул ладонь – так быстро, что я испугалась. Пальцы замерли на его руке.

– Извини, – пробормотал Эдвард, и я заглянула в золотисто-медовые глаза, – с тобой так легко быть самим собой!

Как терпелив был он, позволив мне играть с его рукой. Я вертела ею и так, и эдак, любуясь сиянием солнца на блестящей коже, даже подносила к глазам, чтобы убедиться, что на ней нет бриллиантовой крошки.

– О чем ты думаешь?.. Так странно – не слышать мыслей другого!

– Зато ты знаешь, о чем думают все остальные, – примирительно улыбнулась я.

– Это не всегда удобно. – Неужели в его голосе прозвучало сожаление? – Но ты мне так и не ответила.

– Пыталась угадать, о чем думаешь ты.

– А еще?

– Мечтала, чтобы сегодняшний день длился вечно. И чтобы мне не было так страшно.

– Не хочу, чтобы тебе было страшно! – пробормотал Эдвард. Жаль, он не может сказать, что бояться мне нечего.

– Ну, страх не совсем то, что я испытываю, хотя какие-то опасения, конечно, есть.

Опершись на руку, Каллен с молниеносной скоростью поднялся. Лицо греческого бога оказалось всего в нескольких сантиметрах от моего. Я могла и должна была отстраниться, но не было сил пошевелиться – тигриные глаза подчинили меня своей власти.

– Чего же тогда ты боишься? – шепотом спросил он.

Я даже ответить не смогла. От свежего аромата его кожи рот наполнился слюной. Боже, что он со мной делает! Низко опустив голову, я судорожно сглотнула.

Он отошел, вырвав руку. Пока я приходила в себя, он укрылся в тени раскидистой ели, в десятке метров от меня. Глаза его потемнели и пристально смотрели на меня.

Наверное, на моем лице отразилось разочарование. Руку, только что ласкавшую его предплечье, саднило.

– Прости меня, – тихо сказала я, зная, что он все равно услышит.

– Подожди, – прошелестел он, и я замерла, не решаясь пошевелиться.

Через десять бесконечно долгих секунд Эдвард медленно вернулся на полянку и присел на траву всего в метре от меня. Сделав два глубоких вдоха, он сконфуженно улыбнулся.

– Это ты прости меня, Белла. Жаль, не могу сказать, что я всего лишь человек!

Его шутка меня не рассмешила, я просто кивнула. Кровь бешено забурлила, и впервые за весь день мне стало не по себе. Видимо, он это почувствовал, потому что его улыбка тут же превратилась в усмешку.

– Я самый совершенный хищник на земле, ясно? Тебя привлекает все: мой голос, грация, лицо, даже запах?.. Можно подумать, мне это нужно! – Неожиданно вскочив, Каллен скрылся из вида, а через секунду возник под елью на краю поляны.

– Можно подумать, ты могла бы скрыться! Я бы добился своего и без смазливой физиономии!

Отломив толстую еловую ветку, он быстро обломал ненужные побеги, а потом швырнул в соседнюю сосну с такой силой, что бедное дерево еще долго качалось как на сильном ветру.

И вот он снова в метре от меня – неподвижный, как статуя.

– Можно подумать, ты смогла бы мне сопротивляться…

Я оцепенела от страха. Никогда раньше Эдвард не показывался мне в своем истинном обличии. Зверь, настоящий зверь… но какой красивый! Лицо мертвенно-бледное, глаза блестят… Я чувствовала себя маленькой птичкой, завороженно смотрящей на королевскую кобру.

Глаза, которые я так любила, глаза, горевшие от дикого возбуждения, через секунду потускнели. На бледном лице отразилась вселенская грусть.

– Не бойся, – пробормотал Эдвард, и никогда еще его голос не звучал так соблазнительно. – Я не причиню тебе зла, клянусь!

Мне показалось, что он старался убедить скорее себя, чем меня.

– Не бойся, – повторил он и, подойдя ближе, нарочито медленно опустился на траву. Его движения были плавными и тягучими, и вот, наконец, наши лица оказались на одном уровне сантиметрах в тридцати друг от друга.

– Пожалуйста, прости, – очень серьезно проговорил Эдвард и грустно улыбнулся. – Я в состоянии себя контролировать. Просто ты застала меня врасплох. Впредь обещаю вести себя примерно.

Очевидно, он ждал от меня каких-то слов, однако разговаривать я пока не могла.

– Сегодня мне не хочется ни пить, ни есть, – подмигнул он.

Тут я рассмеялась, резко и хрипло, как истеричка со стажем.

– Все хорошо? – заботливо спросил Эдвард, и его рука осторожно коснулась моей.

Я растерянно посмотрела на гладкую холодную руку, а потом в тигриные глаза: они были теплыми, полными раскаяния. Взяв его за руку, я стала водить по ней кончиками пальцев, а набравшись смелости, улыбнулась.