Чтение онлайн

«ПЬЕСА!» — с восторгом догадался Кирилл.

Завидев его, Семен Игоревич приветственно махнул рукой с карандашом, взглянул на часы, удовлетворенно кивнул.

— Пришли? — уточнил он.

— Ну да, — несколько смешался Кирилл.

— Хорошо, — одобрил Воробчук. — Эльвира Константиновна вас ждет. — И, предупреждая движение Кирилла в сторону кабинета худрука, добавил: — У вас еще одиннадцать минут. Она сейчас смотрит первое действие. Посидите там, в приемной, подождите. Да, вот еще что… — он снова, как и в прошлый раз, таинственно понизил голос, — советую вам во время интервью держаться спокойно, уверенно, но без, знаете ли, этакой расхлябанности. Эльвира Константиновна терпеть этого не может.

— Какого интервью? — не понял Кирилл.

— Интервью перед приемом на работу, — уже громким, официальным голосом ответил Семен Игоревич и со значением завертел карандаш между пальцами.

Кирилл в нерешительности ждал.

— Ну все, вам пора! Идите, счастливчик! — неожиданно прошептал завтруппой и одновременно подбадривающе подмигнул. И тут же снова перешел на официальный тон: — Потом загляните ко мне, мы кое-что уточним.

— Ага, — не сразу ответил Кирилл, слегка обалдевший от этих быстрых перепадов, — обязательно. — И, уже закрывая дверь, спохватился: — Спасибо вам.

В приемной художественного руководителя царила благоговейная тишина, нарушаемая только чрезмерно громким тиканьем стоящих в углу старинных часов. За столом восседала непонятного возраста крупногабаритная секретарша, над головой у которой висела большая, яркими красками исполненная картина. Эльвира Константиновна, на сей раз не в синем, а в малиновом костюме, сидела за режиссерским столиком, простирая перед собой руку на манер Медного всадника. Жест этот был обращен к стоявшим в живописных позах, одетым в костюмы девятнадцатого века актерам.

— Это Эльвира Константиновна восстанавливает «Живой труп», — любезно заметила секретарша, поймав заинтересованный взгляд посетителя. — А вы, наверное, Латынин?

— Ага, — кивнул Кирилл.

— А я Василиса Трофимовна, референт Эльвиры Константиновны.

Слово «референт» при этом она произнесла через «э» оборотное, так что получилось немного необычно — «рэферент».

— Очень приятно, Кирилл, — в свою очередь представился он.

— Эльвира Константиновна сейчас поднимется. Она просила вас подождать в кабинете.

При этих словах «рэферент» выдвинула правый ящик стола, достала оттуда ключ, поднялась со стула и проследовала к запертой двери в конце приемной. Отперев дверь, за которой оказалась еще одна, она открыла и ее, после чего пригласительным жестом предложила Кириллу войти внутрь.

Он не без робости переступил заветный порог.

Кабинет художественного руководителя поражал своими размерами и яркими красками. Пол был покрыт мягким персидским ковром ядовитой желто-зеленой расцветки. На стенах висели бесчисленные дипломы, вымпелы советских времен и опять же фотографии, запечатлевшие Эльвиру Константиновну в разные торжественные моменты ее безудержной творческой жизни.

В левой части кабинета находился длинный, лакированный, очевидно предназначавшийся для деловых заседаний, стол. В правой стояли шкафы, сквозь стеклянные створки которых Кирилл разглядел многопредметный хрустальный сервиз, а также большой набор блестящей от позолоты хохломы. Еще на полках, умело размещенные между сервизом и хохломой, стояли книги, развернутые таким образом, что можно было увидеть дарственные надписи с размашистыми подписями, явно принадлежащими авторам данных произведений.

Центральное место занимал огромных размеров письменный темно-коричневый стол, над которым традиционно висел портрет хозяйки, на этот раз в лиловом костюме с белым воротником. Напротив стола размещались обитый красным бархатом диван на толстых ножках и два таких же монументальных кресла. И на кресле, и на диване удобно расположились белоснежные игрушечные зайцы. Целая заячья семья — от большого, полутораметрового зайца, одетого почему-то в оранжевый жилет, до более мелких, в локоть ростом.

Слегка ошеломленный увиденным, Кирилл с особым интересом воззрился на этих зайцев. Тем временем Василиса Трофимовна, в руках которой неизвестно откуда появилась тряпка, сноровисто протерла длинный стол, который и без того блестел чистотой. Затем отодвинула один из бесчисленных стульев, стоявших около него, и предложила Кириллу присесть.

Кирилл поблагодарил и деликатно уселся на краешек, оказавшись, таким образом, спиной как к зайцам, так и ко всему кабинету.

— Вам водички принести? — любезно предложила «рэферент».

В принципе водичка бы не помешала. Но с другой стороны, вот-вот может войти Рогова, и мысль о том, что она застанет его в тот самый момент, когда он будет прихлебывать воду, слегка смутила Кирилла, так что он счел за лучшее отказаться, для чего пришлось сильно повернуть голову.

Вообще все это было как-то неловко.

— Ну как хотите, тогда посидите, подождите, — сказала Василиса Трофимовна, оказавшаяся в этот момент уже в другом конце кабинета.

Она походя провела тряпкой по ручкам кресел и дивана и с достоинством удалилась, оставив Кирилла наедине с зайцами.

Однако расслабиться ему не удалось. Очень скоро напряженным слухом он уловил приближающиеся к двери шаги и услышал громкий, властный голос Эльвиры Константиновны, явно за что-то отчитывающей «рэферента». Потом дверь распахнулась, и появилась сама хозяйка кабинета.

Кирилл поспешно вскочил.

— Здравствуйте, — волнуясь, произнес он.

— Добрый вечер! — поздоровалась в ответ народная артистка, четко артикулируя гласные звуки. — Да вы садитесь, что вы встали? — При этом она указала на занятый зайцами диван.